Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Я перестал потреблять новости. И ничего не произошло

Три года назад я перестал жить в новостях.
И знаете, что произошло?
Ничего. Я не уехал в тайгу и не питаюсь росой. У меня есть телевизор, смартфон и интернет. Я не стал фанатиком. Я просто перестал быть их заложником. Раньше утро начиналось с ленты новостей. Она затягивала, как пылесос засасывает оказавшийся на пути носок. Через полчаса ты уже не понимаешь, зачем зашёл, но выйти не можешь. Сейчас утро начинается с тишины. И нарисовалась необычная мысль:
если не знать, что произошло в мире за последние два часа — мир не рушится.
Зато в голове становится больше места. Меня иногда спрашивают:
— Ну что, стал спокойным? Постиг дзен? Нет. Я всё так же могу выругаться, глядя на очередную «победу технологий», которая усложняет жизнь.
Я всё так же смотрю на людей, идущих по улице с опущенной в экран головой. Но я больше не хочу их менять. Они — пассажиры другого поезда.
И он едет не туда, куда мне нужно. Моя «коробка» — это не убежище.
Это фильтр. Я оставил себе:
— книги, которые не шу

Три года назад я перестал жить в новостях.

И знаете, что произошло?

Ничего.

Я не уехал в тайгу и не питаюсь росой. У меня есть телевизор, смартфон и интернет. Я не стал фанатиком.

Я просто перестал быть их заложником.

Раньше утро начиналось с ленты новостей. Она затягивала, как пылесос засасывает оказавшийся на пути носок. Через полчаса ты уже не понимаешь, зачем зашёл, но выйти не можешь.

Сейчас утро начинается с тишины.

И нарисовалась необычная мысль:

если не знать, что произошло в мире за последние два часа — мир не рушится.

Зато в голове становится больше места.

Меня иногда спрашивают:

— Ну что, стал спокойным? Постиг дзен?

Нет.

Я всё так же могу выругаться, глядя на очередную «победу технологий», которая усложняет жизнь.

Я всё так же смотрю на людей, идущих по улице с опущенной в экран головой.

Но я больше не хочу их менять.

Они — пассажиры другого поезда.

И он едет не туда, куда мне нужно.

Моя «коробка» — это не убежище.

Это фильтр.

Я оставил себе:

— книги, которые не шумят, а объясняют

— музыку, от которой бегут мурашки

— редкие фильмы, в которых ещё есть человек

И право молчать, когда вокруг кричат.

Стал ли я счастливее?

Не знаю.

Но я точно стал меньше тратить себя на пустоту.

И, возможно, это и есть единственная настоящая экономия в жизни.

-2