Вчера друг Дима зашел на огонек. Выпить чайку, пожаловаться на жену, на ипотеку. Я сидел в любимых трениках (дырка на колене, но это дизайнерское решение), пил свой дешевый кофе со сгущенкой. В какой-то момент я потянулся за пультом, треник съехал, и Дима увидел мой боксер. Тот самый. С дыркой. Не маленькой, не аккуратной. А такой, раздолбанной, через которую видно… ну, вы поняли. Короче, видно то, что обычно прячут.
Дима поперхнулся чаем. Глаза у него стали квадратные.
— Диман, ты чего? Ты что, трусы с дыркой носишь?
Я посмотрел на него как на инопланетянина.
— А ты что, нет?
Он не нашелся, что ответить. Потому что нормальные люди, у которых есть жена, ипотека и чувство собственного достоинства, конечно, не носят. Они ходят в «адидас» или «кальвин клайн», купленные на распродаже в «Аутлете». А я ношу. И знаете что? У меня на это есть три веские причины. И если вы думаете, что это жадность — вы ошибаетесь. Это философия.
Причина первая. Экономия, которая перешла в искусство
Я не работаю шесть лет. Живу на накопления. Миллион, который я копил пятнадцать лет грузчиком, охранником и администратором в кондитерской, тает быстрее, чем мороженое в метро в июле. Каждый поход в «Пятерочку» — это квест на выживание: взять подешевле, но чтобы не отравиться. Так вот, новые трусы — это роскошь. Вы видели, сколько сейчас стоит упаковка нормальных боксеров? Тысяча рублей, Карл! Тысяча! На эти деньги я могу неделю жить. А вы предлагаете мне променять неделю относительной сытости на тряпку, которая будет прикрывать мои 7 сантиметров?
Нет уж. Пусть лучше они (сантиметры) дышат свежим воздухом моей неубранной квартиры. Тем более, что дышать им, скорее всего, осталось недолго. Средняя продолжительность жизни мужчины в России — 65 лет. Мне 39. То есть, если не случится чудо (а оно не случается, потому что чудеса — это для красивых и богатых), мне осталось где-то 25 лет. Зачем мне покупать трусы на 25 лет? Чтобы они прослужили дольше меня? Это же не ипотека, их не передашь по наследству.
Причина вторая. Женщины всё равно их не увидят
Это, пожалуй, главный аргумент. Зачем мне новые, целые, красивые трусы? Для кого? Для девушки, которая зайдет ко мне в квартиру? А она не зайдет. Потому что меня, страшного, лысеющего, с пузом, которое больше, чем мои перспективы в жизни, девушки обходят за версту. И не потому что они злые. Просто у них есть выбор. А выбирать между мной и кем-то нормальным — даже гадать не нужно.
Помните, я писал про студентку Наташу, которая жила у меня? Та самая, что называла меня «дядя Дима» за глаза и смеялась с Вовкой? Она мои трусы не видела. И слава богу. А если бы увидела — это был бы последний гвоздь в крышку моего гроба самооценки. «Дядя Дима, у вас там дырка! Фу, бе-э-э!» И смех на весь подъезд.
Поэтому мои трусы с дыркой — это как секретный бункер. Об этом никто не знает. Кроме меня, Гоши (коту плевать) и теперь вас, уважаемые читатели. Вы — моя группа поддержки. Мы — братство по дырявым трусам. Признавайтесь, у кого тоже? Молчите? То-то же. Вы просто боитесь в этом признаться, потому что общество велит нам быть «успешными» и «целыми» даже в белье.
Я тут недавно смотрел на Москва-Сити. Сверкает, переливается. Там в офисах сидят ребята в дорогих костюмах. Я уверен, под их идеально отглаженными брюками — идеальные трусы. «Босс» или «Хьюго Босс». А они всё равно несчастны. У них ипотека, кредит на «БМВ», любовница, которая сосет деньги, и бывшая жена, которая сосет алименты. А у меня есть дырка. Я могу просунуть в нее палец и почесать пузо, не снимая трусов. Вы пробовали такое с новыми? Нет. Потому что новые жалко рвать. А мои — уже нет. Это, братцы, и есть настоящая свобода.
Причина третья. Экология и борьба с потреблением
Звучит пафосно, да? Сейчас объясню. Я — борец за экологию в масштабах одной квартиры. Весь этот мир помешался на потреблении. Новый айфон каждые полгода, новая «приора», новый диван. А куда девать старый? На свалку. Мои трусы — это антипод этой философии. Они служат мне верой и правдой уже лет пять. Может, семь. Я уже не помню. Они стали частью меня. Как родинка. Или как запах пота, который уже не вывести никаким «Ариэлем».
Я продлеваю жизнь вещам. Это мой вклад в замедление глобального потепления. Пока вы, богатые бездельники, летаете в Тайланд и оставляете там горы пластиковых стаканчиков, я сижу дома в трусах с дыркой и не сжигаю кислород. Гениально, правда?
Помните историю про деда, который 30 лет ходил в одном пиджаке? Потом этот пиджак стал музеем. Мои трусы тоже можно будет в музей. Только в музей позора. Или в музей одиночества. Экспонат «Белье мужчины, который сдался, но не прогнулся».
На днях я попытался их зашить. Достал иголку, нитку белого цвета (других не было), сел на диван. Гоша смотрел на меня с укором. Типа, «хозяин, ты чего? Это же наш фирменный стиль!» Я ткнул иголкой, порвал ткань еще сильнее. Теперь там не дырка, а стратегическое отверстие. В него может пролезть кулак. Или маленький Гоша, если захочет спрятаться. Я плюнул и пошел курить на балкон. Сижу, курю, смотрю на Сити. И думаю: «А какая разница? Всё равно на мне никто не женится. Всё равно я умру один. И в день смерти, когда санитары будут меня выносить, им будет плевать, в каких трусах я лежу.
Так что, если вы увидите мужика, который неловко поправляет штаны и пытается прикрыть рукой левую ягодицу — знайте, это мой брат. Брат по дыре. Подойдите, пожмите ему руку. Скажите: «Держись, братан. Твоя дырка — твоя крепость».
Что в итоге?
Друзья, я не призываю вас рвать свои трусы. Носите целые, если можете себе это позволить. Если у вас есть девушка, которая вас любит (непонятно за что), покупайте трусы хоть с бриллиантами. А я останусь при своем. Потому что в этом есть своя, особая, больная, неправильная, но такая родная правда.
Это не экономия. Это не лень. Это не запущенность. Это — протест. Протест против мира, который заставляет нас быть идеальными даже там, где никто не видит. Мир говорит: «Будь целым». А я говорю: «Да пошли вы. Мне хорошо».
И знаете, я заметил, что когда мне грустно, я сую палец в эту дыру. И как-то сразу успокаиваюсь. Может, это мой личный антидепрессант. Дешево и сердито. Лучше, чем таблетки. Рекомендую. Но только в своих трусах. Чужие не трогайте — это уже неприлично.