Первый Гран-при Вьетнама был запланирован на этот день, 5 апреля 2020 года, но так и не состоялся...
5 апреля 2020 года должно было стать знаковым моментом для Формулы‑1. Совершенно новое место проведения, впечатляющая городская трасса в Ханое и дальнейшее продвижение спорта на развивающихся рынках — всё это должно было сойтись воедино на дебютном Гран‑при Вьетнама.
Вместо этого 5,613‑километровая трасса Ханоя стояла в тишине: то, что должно было стать историческим дебютом, превратилось в одну из самых необычных и злополучных глав в современной истории Формулы‑1.
Гран‑при Вьетнама, анонсированное в 2018 году в рамках многолетнего соглашения, было ключевым элементом расширения Формулы‑1 под управлением Liberty Media.
Фактически это было первое совершенно новое место проведения гонок в ту эпоху — символ более масштабных амбиций по выводу спорта за пределы традиционных регионов.
Председатель Формулы‑1 Чейз Кэри так описал эту концепцию на презентации:
«Мы рады сообщить, что Ханой примет Гран‑при Формулы‑1.
С тех пор как мы присоединились к этому спорту в 2017 году, мы говорили о развитии новых городов‑участников… и Гран‑при Вьетнама — воплощение этих амбиций».
К началу 2020 года эти амбиции стали реальностью. Трасса, спроектированная Германом Тильке и построенная, по сообщениям, за 600 миллионов долларов, была готова.
Гибридная конфигурация, сочетающая общественные дороги и стационарную инфраструктуру, включала 23 поворота и 1,5‑километровый прямой участок, на котором машины должны были разгоняться до скорости свыше 330 км/ч. Дизайн трассы даже отдавал дань уважения легендарным автодромам: он перекликался с начальной последовательностью поворотов Нюрбургринга, плавным средним сектором Монако, «эсками» Сузуки и быстрыми финальными поворотами Сепанга.
Отсрочка из‑за COVID‑19
Всё было готово. Затем мир изменился.
По мере того как в марте 2020 года пандемия COVID‑19 нарастала, календарь Формулы‑1 начал рушиться.
Гран‑при Австралии, с которого должен был стартовать сезон, отменили — и за этим последовал эффект домино. Гран‑при Вьетнама, запланированное на 5 апреля, сначала перенесли: организаторы Формулы‑1 пытались оперативно отреагировать на ситуацию.
Президент FIA Жан Тодт тогда высказался однозначно:
«В первую очередь нужно защитить людей… Это было единственно возможное решение с учётом всей информации, которая у нас на тот момент имелась».
Какое‑то время надежда ещё оставалась. Вьетнам сравнительно успешно справился с первыми вспышками заболевания, и организаторы изучали возможность перенести гонку на более поздний срок в том же году.
Но логистическая сложность Формулы‑1 — международные перевозки, доставка грузов и перемещение персонала — делала такие планы всё менее реалистичными.
К октябрю 2020 года гонку официально отменили. Генеральный директор промоутерской компании Ле Нгок Чи подтвердил:
«Мы не сможем принять самую захватывающую и престижную гоночную серию планеты во Вьетнаме в 2020 году из‑за пандемии COVID‑19».
На том этапе Вьетнам казался ещё одной жертвой нарушенного сезона — он в итоге сократился с 22 запланированных гонок до всего 17. Но настоящая история только начиналась.
Политическая коррупция
За кулисами разворачивалась более серьёзная проблема — та, что в конечном счёте полностью решила судьбу Гран‑при Вьетнама.
В августе 2020 года председатель Народного комитета Ханоя Нгуен Дык Чунг — одна из ключевых фигур, благодаря которым Формула‑1 пришла в город, — был арестован по обвинениям, связанным с коррупцией (не имевшим отношения к гонке).
Чунг сыграл важную роль в организации мероприятия: он заложил его основы и отстаивал экономический потенциал проекта.
Его арест сразу же создал неопределённость. Без его поддержки проект лишился политической опоры, и динамика быстро сошла на нет.
Последствия не заставили себя ждать. Гран‑при Вьетнама исключили из предварительного календаря Формулы‑1 на 2021 год, и вскоре стало ясно, что мероприятие не вернётся. В то время как другие гонки, отложенные в 2020 году, смогли найти путь обратно в календарь, Ханой — нет.
Юридические проблемы Чунга усугубились в последующие годы и достигли кульминации в 2022 году, когда ему вынесли приговор — 10 лет лишения свободы. К тому моменту любые реалистичные надежды на возрождение гонки исчезли.
Сегодня осталось лишь яркое напоминание о том, что могло бы быть. Трасса в Ханое, которая должна была принять новейшее зрелище Формулы‑1, используется лишь ограниченно.
Многие её участки бездействуют, трибуны и широкие повороты напоминают о проекте, на создание которого ушли годы, — но который так и не принял ни одного соревновательного круга.
Сочетание глобальных потрясений и местной нестабильности создало идеальный шторм. Пандемия лишь отложила гонку, но именно политические последствия в итоге гарантировали, что она никогда не состоится.