В отношении переводов написанных на носителях древности символов, которые воспринимаются по аналогии с нашими языковыми принципами уложения письменности, как последовательную систему развития одной и той же языковой формы в общепринятых правилах уложения языковых форм – от так называемых праславянских признаков письменности на древних носителях к старославянской церковной письменности до письменности так званых славянских языков восточного и западного происхождения славян, что весьма сомнительно, в приложении к современному русскому языку по признакам его последовательного развития с начал умения писать на сколь надёжных по времени, носителях для написания устной речи.
Я не уверен, что:
1. Значки, которые заранее представили себе буквами современные языковеды в праславянском языке являются таковыми.
2. Я не уверен, что значки на древних носителях, могут хоть как-то соответствовать буквам старославянского языка.
3. Я предполагаю, что на основе применения значков письменности праславянских носителей из раскопов, стали основой для составления старославянского языка с приданием им фонетических значений так же, как у знаков письменности времени начала православия, как основы для составления библейских текстов Святого писания для православия с именами и описанием, которое бы было понятным для так называемой славянской части населения, для которых и предназначено православие, как пропагандистская основа уклада жизни этих народов. Значки, из найденных носителей праславянской цивилизации, явно не имеют никакого сходства не с одним из значков белее поздних славянских языков и их письменности, а сам старославянский язык имеет синтетическую основу с использованием значков праславянской письменности в виде понятных поздними поколениями знакомых букв поздней письменности.
Вывод: какие голосовые звуки соответствуют голосовому произношению их в праславянской письменности, неизвестно. Являются ли в совокупности сочетания праславянских значков, которые мы понимаем, как письменность, знаками их алфавита, или это особый вид письменности, не имеющий аналогов в поздних языковых формах, достоверно неизвестно. Порядок и последовательность прочтения и значение символов, понимаемых, как буквы при их созерцании глазами, неизвестны, а также неизвестно, эти символы, обозначают букву в современном понимании, ряд фонетических голосовых артикуляций, или цельные слова в их понимании – это тоже, неизвестно.
Чтобы это понять, нужно представить себе их праславянскую письменность и более позднюю письменность, не как последовательно развивающуюся письменность одного вида и одной формы лингвистического построения, а как – два разных вида письменности, никак не связанных между собой, и, ником образом не соответствующие друг другу.
Слово о полку Игореве: Если представить себе, что мы не знаем о том, как применяли значки в написании этой рукописи, как буквы, или в качестве символов, более напоминающих иероглифы, то есть знаки, при взгляде на которые, произносили не один или два звука, а несколько и это никак не соответствует не старославянскому языку, не другим языковым формам, то, - исчезает как сам смысл так красиво переведённых текстов, так и само смысловое значение начертанного на рукописи, а, главное, не будет и имён, указанных в перевода, как люди, о которых написан текст. Сказка исчезнет, как только сменится понимание вида письменности, абсолютно не имеющей никакой лингвистической связи с современными принципами построения письменности.
Я полагаю так, что мы, зачастую, чтобы понять то, о чём не имеем представления, отыскивается связь между нашим пониманием придания значения звуковому описанию с письменным описанием, и на этой основе составляем представление, что было написано нашими предками. Только вот такая связь возникает лишь в нашем сознании, а предки об этом, не знали. А, значит, надо ответ, что там написано, искать, полностью отбросив наше знание о построении письменности ранее так же, как и сейчас, в результате непрерывного развития оной. Однако, на самом деле, в формировании письменности был разрыв и явно - не один. Поэтому подход с точки зрения современного понимания о непрерывности развития и формирования языкового устного обмена с сопровождением этого процесса на носители, камень, бересту и т.д., неправилен, потому что не соответствует факту о непрерывности развития языковых форм. Как и отсутствую факты о создании двух клеток с последующим оплодотворением их в океане для формирования там всех видов природы по Ч. Дарвину в непрерывном развитии по фрактальному признаку до форм всех живущих на нашей планете существ живой природы, равно как и безволосых хомо.
При формировании рассуждений, следует допустить, что свойство разумности у людей во все времена была однотипной, соответствовала нашей на более низком уровне развития, то в качестве постулата установить постулат о непрерывности свойства разумности хомо сапиенс на нашей планете. Однако, теория о непрерывности по Ч. Дарвину «рассыпается» со временем по факту отсутствия законов природы о формировании составляющих живой природы из белкового раствора в мировом океане.
Об основах мышления древних людей, ничего неизвестно, и, каков был принцип основ анализа окружающей среды, а также, формы голосовых общений, неизвестно ничего. Представления о том, что люди, жившие на нашей планете, стони тысяч лет назад, имели формы мышления и анализа, сходные с современными формами, надуманы и, нельзя представлять детьми наших предков, равно как и нельзя устанавливать постулатами то, чего мы не знаем. Полагать, что формой мышления и анализа окружающего мира может быть только такая, как у современных людей, всё равно, что полагать до сих пор самих себя высшими существами в Великом космосе при понимании, что элементы сознания хомо, результаты математической разработки и внедрения её в биологических безволосых хомо, которые, как известно суть реализации фрактального построения из одной оплодотворённой клетки, что также не самосоздание по законам природы, а расчёт и реализации в соответствии теории фракталов и приложении к развитию биологических существ.
Опираться на антропологию и археологию в части определения функции развития свойства разумности у биологических существ вида безволосый хомо, по крайней мере, глупо. Отрицать факт, что формы развития свойств разумности также могли быть не только прерывными, но и различными, также не менее безграмотно. следует признать, что по этому поводу людям, ничего не известно.
Прямой вывод. Признавать то, что письменность, как следствие элементов развития свойств разумности у безволосых хомо вида, при факте неизвестности, в каких формах существовало свойство разумности у тех людей, чьи носители найдены при раскопах и определены, как рукописи праславян, можно перевести или сопоставить с современными формами письменности и лингвистики, могут соответствовать друг другу и поддаются переводу, как перевод между современными языками, глупо и неправильно. Потому что факт прерывности в развитии и существовании для хомо сапиенс на планете, имеется.
Поэтому, сочетания знаков (значков), расположенных последовательно друг за другом с размывами в последовательности написания, мы не может не прочитать, не выяснить, о чём, собственно эти значки и какой имеют смысл – пока не поймём, как мыслили люди того времени.
Поэтому можно написать сюжет «Слова о полку Игореве» и «Повесть временных лет» в новом поэтическом рассказе, как выдумке, слова которой будут, по нашему мнению, похожи на некоторые литеры, начертанные в этой рукописи. Но всё, что бы не было написано, будет только поэтическим изложением в духе нашего времени, выдумкой, которая никак не будет соответствовать тому, что написал автор. Это связано с фактом, что мы не знаем, как мыслили тогда люди и какое значение они придавали знакам – символам, которые отображены в рукописях.