— Да сколько можно-то, Катя? Человек к тебе со всей душой, пироги еще горячие привезла, с мелким предложила в парке погулять, чтобы ты хоть поспала лишний час, а ты сидишь как сыч, даже «спасибо» через зубы выдавила! Оксана — единственный человек, который о нас по-настоящему печется. Она всю жизнь для меня опорой была, а ты ее как врага народа воспринимаешь. Обнаглела совсем!
***
Катя вздрогнула и крепче сжала пальцами край столешницы. Она не поднимала глаз, разглядывая крошечную трещину на старой плитке.
— Денис, я просто... я не просила ее приходить. Я справляюсь сама, — тихо, почти шепотом ответила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Справляется она! — передразнил ее муж, нервно расхаживая по тесной кухне. — Посмотри на себя: синяки под глазами в пол-лица, в раковине гора посуды, в комнате бардак. И при этом ты воротишь нос от помощи моей сестры!
— Ой, Дениска, да ладно тебе, не кипятись ты так, — Оксана, сидевшая на табуретке у окна, примирительно подняла ладони, сверкнув безупречным жемчужным маникюром. Ее голос лился мягко, словно густой липовый мед. — Катенька просто устала, я же все понимаю. Первый ребенок, гормоны, недосып вечный... Ну, подумаешь, не хочет она моей помощи сегодня. Я ж не навязываюсь. Просто за тебя душа болит, вот и прибежала с утра пораньше. Не сердись на нее.
— Вот видишь? — Денис обернулся к жене, тыча пальцем в сторону сестры. — Она тебя еще и оправдывает! А ты даже в глаза ей не смотришь. Что она тебе сделала, Кать? Ну вот честно, скажи мне сейчас при ней — чем она тебя обидела?
Катя медленно подняла голову. Она посмотрела на Оксану. Та сидела в своем идеально отглаженном бежевом джемпере, аккуратная, спокойная, с легкой, почти святой полуулыбкой на губах. В ее взгляде читалось бесконечное терпение и какая-то липкая, приторная жалость, от которой Катю начинало подташнивать.
— Она ничего не сделала, Денис, — выдохнула Катя. — Просто... мне нужно пространство. Мне нужно, чтобы в нашем доме не было никого чужого так часто. Понимаешь?
— Чужого? — Денис осекся, и в кухне на секунду повисла звенящая тишина. — Оксана для тебя — чужая? Моя сестра, которая нам с ипотекой помогла, которая тебе врачей лучших искала, когда ты на сохранении лежала?
— Денис, я не это имела в виду...
— Да нет, именно это ты и сказала! — он сорвался на крик, от которого в соседней комнате заплакал маленький Пашка. — Ты просто неблагодарная эгоистка. Тебе нравится строить из себя жертву, чтобы я вокруг тебя на цыпочках ходил. А Оксана — она семья. И если ты этого не понимаешь, то у нас большие проблемы.
— Дениска, ну не кричи ты, малыша разбудил, — Оксана мягко поднялась с места и коснулась плеча брата. — Давай я пойду к Павлику, укачаю его. А вы тут поговорите спокойно. Катюш, ты не против? Я только подгузник проверю и спою ему, он под мой голос хорошо засыпает.
Катя хотела крикнуть «Против! Не трогай его!», но слова застряли в легких. Она видела, как Денис смотрит на сестру — с обожанием и благодарностью, и как он переводит на жену взгляд, полный разочарования.
— Иди, Ксюш, спасибо тебе, — выдохнул Денис. — Хоть кто-то в этом доме соображает, что делать.
Оксана скользнула в комнату, и через минуту плач ребенка сменился тихим, воркующим пением. Катя опустила голову на руки и зажмурилась. Ей казалось, что она тонет в вязком болоте, и чем больше она брыкается, тем глубже ее затягивает.
— Почему ты так с ней? — уже тише спросил Денис, садясь напротив. — Она ведь правда хочет как лучше. Вчера звонила мне, плакала. Говорит: «Денис, я, наверное, Катю чем-то обидела, она со мной даже не разговаривает, рецепт пирога не взяла, который ты любишь». Ей больно, понимаешь? Она к тебе со всей душой.
— Рецепт пирога... — Катя горько усмехнулась. — Денис, она приходит сюда каждые два дня. Она проверяет, чистая ли у нас плита. Она перекладывает вещи в шкафу Пашки, потому что я, видите ли, «неправильно сортирую пеленки по цветам». Она вытесняет меня из моей собственной жизни.
— Она помогает тебе быть нормальной хозяйкой! — Денис снова начал заводиться. — Если бы не ее советы, мы бы тут мхом заросли. Ты после родов вообще в какую-то тень превратилась. Постоянно дерганая, молчишь, в телефон пялишься. Оксана за тебя переживает, она мне говорит: «Денис, Кате нужно к врачу, у нее, кажется, депрессия послеродовая». И я начинаю думать, что она права. Ты ведешь себя неадекватно.
— Депрессия? — Катя подняла на него глаза, в которых блеснули слезы. — Денис, а ты не думал, почему я такая? Ты хоть раз за последний месяц спросил меня, как я себя чувствую, не считая этого дежурного «все нормально»?
— А что спрашивать, если ты на любой вопрос отвечаешь огрызанием? — Денис встал. — Все, я пошел в гараж, мне нужно машину глянуть. Не хочу в этом негативе сидеть. Оксана побудет с мелким, пока ты в себя приходишь. Постарайся хотя бы не грубить ей, когда она будет уходить.
Он вышел, хлопнув дверью прихожей. Катя осталась сидеть в тишине, нарушаемой только тихим пением золовки из детской. Каждое слово Оксаны, долетавшее до нее, казалось ударом маленького молоточка по обнаженным нервам.
— Вот так, мой хороший, спи, маленький... Мама просто устала, мама сейчас отдохнет и придет к тебе... А тетя Ксюша всегда рядом, тетя Ксюша тебя в обиду не даст...
Оксана вышла из детской через десять минут. Она аккуратно поправила прическу перед зеркалом в коридоре и заглянула на кухню.
— Уснул наш ангелочек, — прошептала она, лучезарно улыбаясь. — Катюш, я там на плите супчик оставила, куриный, легкий. Тебе нужно питаться, а то бледная совсем, краше в гроб кладут. Дениска очень расстраивается, когда видит тебя такой. Он ведь мужчина, ему дома уют нужен, радость, а не вечные слезы.
— Оксана, зачем ты это делаешь? — Катя посмотрела ей прямо в глаза.
— Что делаю, дорогая? — Оксана удивленно приподняла брови.
— Внушаешь ему, что я плохая мать и жена. Зачем ты постоянно подчеркиваешь мои промахи?
Оксана вздохнула, прижав руку к груди. В ее глазах мгновенно скопилась влага.
— Катенька, господь с тобой! Да как у тебя язык-то повернулся? Я только и делаю, что его успокаиваю. Говорю ему: «Денис, терпи, Кате тяжело». Я за тебя горой стою, честное слово! А ты... — она шмыгнула носом. — Ну ладно. Видимо, я и правда лишняя. Пойду я. Прости, если помешала.
Она быстро накинула свое дорогое пальто и вышла, оставив после себя шлейф тяжелых, приторных духов и ощущение полной, абсолютной вины, которая теперь камнем лежала на плечах Кати.
Катя подошла к раковине и начала механически мыть тарелку. Руки дрожали. Она знала, что сейчас Оксана дойдет до машины, сядет в нее и первым делом позвонит Денису. Будет плакать в трубку, извиняться за то, что «не смогла найти подход к Катеньке», и просить его «не сильно ругать бедную девочку». И Денис вернется домой еще более обозленным, еще более убежденным в том, что его жена — истеричка, которая уничтожает их семейное счастье.
Катя вытерла руки и пошла в спальню. Ей хотелось упасть на кровать и провалиться в сон без сновидений, но взгляд упал на телефон, лежащий на тумбочке. Экран вспыхнул. Пришло новое сообщение. С того же незнакомого номера, что и вчера. И позавчера. И неделю назад.
Катя затаила дыхание и открыла текст.
«Он сейчас не в гараже, милая. Он заехал за мной. Мы пьем кофе, и он жалуется, какая ты стала скучная и вечно недовольная. Ты — просто обуза, Катя. Неужели ты сама этого не видишь?»
Катя почувствовала, как пол уходит у нее из-под ног. Она опустилась на кровать, сжимая телефон в побелевших пальцах. Это было уже десятое сообщение за неделю. Сначала она думала, что это чья-то злая шутка, ошибка. Но аноним знал слишком много деталей. Знал, во что был одет Денис, когда уходил. Знал, о чем они спорили за завтраком. Знал даже цвет новых занавесок, которые Катя купила вчера, надеясь хоть немного оживить их унылый быт.
Она несколько раз пыталась позвонить на этот номер, но он всегда был «вне зоны доступа». Пыталась показать сообщения Денису, но в последний раз, когда она только заикнулась об этом, он взорвался:
— Ты совсем с ума сошла от ревности? Кто тебе будет писать? Кому ты сдалась со своими подозрениями? Это твои галлюцинации, Катя! Ты просто хочешь оправдать свою ненависть ко всему миру!
Катя удалила сообщение, как делала это всегда. Ее тошнило от собственной слабости. Она посмотрела в зеркало на свое осунувшееся лицо и едва узнала себя. Где та веселая, уверенная в себе девушка, которая два года назад выходила замуж за Дениса? Теперь здесь была тень. Тень, которую планомерно стирали из реальности.
А в это время в уютном кафе на другом конце района Оксана медленно потягивала латте. Перед ней на столике лежало два телефона. Она взяла один из них — дешевый, купленный в переходе за наличные, — и аккуратно вытащила сим-карту. Сложила ее в специальный футляр в кошельке и улыбнулась своему отражению в витрине.
— Все для тебя, Дениска, — прошептала она, поправляя безупречный локон. — Все для того, чтобы ты понял: никто, кроме меня, тебя по-настоящему не любит. А эта... она скоро сама уйдет. Ей просто нужно еще немного помочь.
Оксана достала зеркальце, подкрасила губы нежной помадой и заказала еще один десерт.
***
Катя сидела на краю кровати, баюкая телефон в ладонях, словно это была не кусок пластика и стекла, а ядовитая змея, готовая ужалить в любой момент. В детской было тихо — Павлик наконец-то крепко заснул. Кате казалось, что тишина в квартире стала осязаемой, тяжелой, как ватное одеяло, которое давит на грудь, не давая вздохнуть.
Экран снова мигнул. Сердце Кати пропустило удар. Она знала, что там. Знала, но все равно открыла, как человек, который не может удержаться и не посмотреть в бездну.
«Видела твои новые занавески. Денис сказал, что они похожи на тряпки в дешевой столовой. Он смеялся, Катя. Сказал, что у тебя всегда был вкус колхозницы. Нам так весело вместе, ты даже не представляешь».
Катя почувствовала, как к лицу прилила кровь, а потом резко отхлынула, оставив после себя ледяную пустоту. Занавески. Она выбирала их три часа, надеясь, что Денис заметит, что он оценит ее попытку сделать их дом уютнее. Он вчера действительно зашел на кухню, мазнул по ним взглядом и проворчал: «Ну, пойдет». А оказывается, он смеялся над ними с кем-то другим.
— За что? — прошептала она в пустоту комнаты. — За что ты так со мной?
Она вспомнила, как начинался их брак. Денис был нежным, внимательным. Он носил ее на руках, он обещал, что они построят свой собственный мир. А потом в этом мире появилась Оксана. Сначала она была просто «заботливой старшей сестрой». Она помогала с переездом, советовала, какой диван купить, приносила домашние заготовки. Кате казалось, что ей повезло с золовкой. До тех пор, пока советы не превратились в приказы, а помощь — в тотальный контроль.
Катя вспомнила первый скандал. Это было через три месяца после свадьбы. Оксана «случайно» проболталась Денису, что видела Катю в кафе с каким-то мужчиной. На самом деле это был однокурсник Кати, они обсуждали рабочие моменты, но Оксана подала это так:
— Дениска, ты только не волнуйся, Катя просто общительная девочка, она, наверное, просто старого друга встретила, они так мило смеялись, за руки держались...
Денис тогда не разговаривал с ней неделю. А Оксана пришла «мирить» их, принесла торт и весь вечер вздыхала:
— Ну, Катенька, ты же молодая, глупая еще, не понимаешь, как это со стороны выглядит...
Именно тогда Катя впервые почувствовала этот холодок. Именно тогда она поняла: Оксана не хочет ей добра. Она хочет, чтобы Катя всегда была виноватой. Всегда была «недостаточно хорошей».
Катя быстро удалила сообщение. Она боялась, что Денис увидит его, хотя он никогда не брал ее телефон. Но страх стал ее постоянным спутником. Ей казалось, что аноним следит за каждым ее шагом.
В коридоре послышался звук ключа. Денис вернулся из гаража. Катя быстро спрятала телефон под подушку и вышла ему навстречу. Он выглядел хмурым, на лбу была полоска мазута.
— Ну что, Павлик спит? — буркнул он, снимая куртку.
— Да, уснул. Денис, нам надо поговорить... — Катя замялась, глядя, как он раздраженно дергает замок молнии.
— Опять? Катя, я устал. У меня на работе завал, в гараже машина барахлит, еще и Ксюша звонила вся в слезах. Сказала, что ты ее чуть ли не выставила сегодня. Ну что ты за человек такой? Почему ты не можешь просто быть нормальной?
— Она тебе звонила? — Катя почувствовала, как внутри закипает обида. — Денис, она сама ушла. Я просто попросила ее не лезть в мои дела. И вообще... ты сегодня заезжал куда-нибудь после гаража?
Денис замер с одним кроссовком в руке. Его глаза сузились.
— В смысле? Куда я должен был заезжать?
— Ну, может, в кафе? Пил кофе с кем-то? — Катя старалась говорить спокойно, но голос дрожал.
Денис швырнул кроссовок в угол. Звук удара был резким, как выстрел.
— Ты что, следишь за мной?! Какое кафе, Катя? Я из гаража — домой! У меня руки в масле, посмотри! Ты совсем уже со своей паранойей с катушек съехала? Ксюша была права, тебе лечиться надо. Тебе везде мерещатся бабы, заговоры... Это уже не смешно. Это пугает.
— Мне пишут сообщения, Денис! — Катя сорвалась на крик. — Каждое утро и каждый вечер! Кто-то знает все, что происходит в этом доме! Кто-то пишет мне, что ты смеешься над моими занавесками!
Денис подошел к ней вплотную.
— Покажи, — коротко бросил он. — Покажи мне эти сообщения. Прямо сейчас.
Катя метнулась в спальню, выхватила телефон из-под подушки и... замерла. Она ведь их удалила. Все до единого. Она всегда их удаляла, потому что боялась, что он разозлится, если увидит эту грязь. Боялась, что он обвинит ее в том, что она дает повод.
— Ну? — Денис стоял в дверях, скрестив руки на груди. — Я жду.
— Я... я их удалила. Я боялась...
Денис горько расхохотался. В этом смехе было столько презрения, что Кате захотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю.
— Удалила. Конечно. Как удобно, — он покачал качал головой. — Катя, ты понимаешь, как это выглядит? Ты придумываешь какие-то сообщения, чтобы устроить мне допрос. Ты обвиняешь мою сестру, которая для нас делает все. Ты просто больной человек. Мне Ксюша говорила, что ее подруга-психолог может тебя принять анонимно. Я, пожалуй, возьму номер. Потому что так жить больше нельзя. Ты разрушаешь нашу семью своими фантазиями.
Он развернулся и ушел на кухню. Катя слышала, как он гремит чайником, как хлопает дверцей холодильника. Она опустилась на пол у кровати и закрыла лицо руками. Она сама загнала себя в эту ловушку. Оксана создала ситуацию, в которой любая правда Кати выглядела как безумие.
А в это время Оксана сидела в своей уютной, идеально обставленной квартире. На ее коленях лежал ноутбук, а рядом — тот самый дешевый телефон. Она открыла социальную сеть и зашла на страницу Кати. На фотографии Катя улыбалась, держа на руках маленького Павлика. Снимок был сделан еще летом, до того, как Оксана начала свою «игру».
— Какая ты тут миленькая, — прошептала Оксана, проводя пальцем по экрану. — Была. А теперь посмотри на себя.
Оксана вспомнила первую жену Дениса. Марина была сильной, независимой женщиной. Она сразу поняла, кто такая Оксана, и попыталась ограничить их общение. Она говорила Денису:
— Твоя сестра слишком лезет в нашу жизнь, это ненормально.
Оксане пришлось потрудиться, чтобы разрушить тот брак. Она действовала тоньше: капала Денису на мозги, что Марина его не ценит, что она карьеристка, которой плевать на семью. А потом «случайно» организовала ситуацию, в которой Денис заподозрил Марину в измене. Развод был быстрым и грязным. Денис тогда пришел к Оксане, плакал у нее на плече, а она гладила его по голове и шептала:
— Ничего, родной, я всегда рядом. Я тебя никогда не предам.
С Катей все было иначе. Катя была мягкой, домашней. Она была идеальной жертвой. Оксана знала, что Катя будет терпеть до последнего, будет сомневаться в себе, а не в других. И это доставляло Оксане почти физическое удовольствие — видеть, как гаснет свет в глазах этой девчонки.
Оксана взяла телефон и вставила в него новую сим-карту. Она купила их целую пачку на радиорынке. Она знала, что Катя удаляет сообщения — это была естественная реакция запуганного человека. И это было Оксане на руку. Никаких улик. Только слово «безумной» жены против слова «святой» сестры.
Она быстро набрала новый текст:
«Денис сейчас на кухне. Он пьет чай и думает, как бы побыстрее отправить тебя в дурку. Он уже договорился с Ксюшей. Ты проиграла, Катенька. Смирись».
Оксана нажала «отправить» и довольно откинулась на спинку кресла…
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце каждой недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подписаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.