Один немолодой мужчина встретил старого приятеля. Именно так: мужчина был немолод. А приятель - стар. Хотя одногодок, вместе учились в университете много лет назад. И потом встречались, бывали в одних компаниях, даже в походы ходили вместе. Поздравляли с праздниками друг друга. Приятельствовали, в общем.
Навстречу шел старик. Нет, не седой как лунь, морщинистый и дряхлый. Но старик. Неуловимая печать старости лежала на облике старого приятеля. И немолодой Валерий Иванович обрадовался и немного испугался одновременно. Лет семь не виделись. Но человек так переменился!
Отошли в сторонку поболтать, сели на лавочку в сквере. Молодая листва тихонько шумит, светит ясное солнышко. И Валерий Иванович даже излишне энергично стал разговаривать с приятелем, хотел расшевелить, приободрить, зацепить интересным. Про новые открытия в квантовой физике рассказал, про удивительные эксперименты. И про политику заговорил, чего уж там. О том, что всех волнует.
Приятель слушал со скукой в блеклых выцветших глазах. На миг Валерию показалось, что это и не приятель вовсе. Какой-то очень похожий на приятеля старик.
Но старик открыл рот и стал детально рассказывать про свои анализы. Бесплатно проходил обследование недавно. Трудно было записаться, но он смог. Пришлось так-то и так-то записываться, даже жалобу подать пришлось. Но потом все сдал. Моча не очень хорошая. Теперь надо искать причину такого анализа. Там лейкоциты. Пока в пределах возрастной нормы, но все же надо лечение превентивное начать.
И в этом году очень плохо рассада помидоров взошла. Слабенькая такая. Непонятно, в чем дело. То ли подсунули плохие семена, то ли почва недостаточно питательная. А еще сосед топает над головой. Придет и топает. Из-за этого вышел конфликт. И пришлось жалобу подать. Хотя из-за жалобы и переживаний давление поднялось до ста сорока при норме сто двадцать. И надо пройти обследование.
Приятель все это детально и долго рассказывал. Увлеченно. Но как только Валерий пытался заговорить о разных событиях, подвигах, открытиях, книгах, о жизни вообще, - приятель уходил в невидимую раковину. Он переставал слушать. Хотя вроде бы слушал.
"Смотри, дожили до весны! Благодать какая, листочки уже появились, ветер теплый!", - говорил Валерий. А приятель смотрел блеклыми глазами в телефон. Искал скрины анализов. И запись шума, который производит сосед.
Валерию Ивановичу было не по себе. Он и сам не мог понять, в чем дело-то? Разговаривает с приятелем о жизни. Человек делится своими событиями. Трезвый, одет чистенько, слушает вежливо, не перебивает. Но он как мумия. Он неживой. И оживляется только когда рассказывает о событиях своего маленького мира. Склепа. Тараканы вот появились. Травили их, травили. Стало лучше. Но все равно лезут, - видимо, сосед травит, а к нам лезут.
Они жили в разных мирах. И в маленьком, сузившемся до размеров точки мире приятеля были свои важные события. Моча, тараканы, топанье соседа. Остальной мир, большой, не существовал. И что там происходило, кто геройствовал, кто страдал, кто боролся, кто совершал открытия или создавал прекрасное, - было неинтересным. И весны в маленьком мире не было. В полумраке личного склепа.
А ведь был интересный человек, образованный, энергичный. Когда-то давно был живым. А теперь - Валерий Иванович отгонял мысль о том, что беседует с призраком. С тенью человека.
И распрощался с облегчением. Старик встал с лавочки, кряхтя. Вяло пожал протянутую руку и пошел домой. А немолодой Валерий решил пройтись по аллее, как-то продышаться после общения. Ему как будто воздуха не хватало, кислорода. И было тяжело на душе. Словно навек распрощался с приятелем, словно того уже и нет.
Да. Сначала попадаешь в маленький замкнутый мир. И если не делаешь попыток выбраться оттуда в большой, если сосредоточен теперь только на маленьких жизненных делах, ты оказываешься в камере или в склепе. Там довольно уютно. И довольно безопасно. Только ты сам уменьшаешься и начинаешь исчезать, блекнуть, превращаться в тень.
И приходит старость. Иногда - в молодости! С человеком можно говорить только о бытовых вещах. Исключительно. Ссоры с родственниками и соседями, покупка нового крана, анализы, рассада, удобрения. Проценты на вклады. И все. Ну, иногда еще дети. Их оценки, стул, или, если дети взрослые, семейные ссоры. Больше ничего.
И неважно, что весна и солнце. И клейкие зеленые листочки появились на деревьях. И в космос полетел экипаж. И подвиги совершили герои. И кто-то страдает и нуждается в помощи. А справедливость нарушена, надо помочь ее восстановить. И можно накормить голодного и поддержать гонимого... И вышла новая книга хорошего автора, спорная, но глубокая. Неважно. Этого словно нет - большого мира.
И самого человека словно уже нет. И не о чем говорить. И смотреть тяжело. И слушать... И начинаешь проверять свою память, вспоминать, что читал и видел, искать общения с людьми большого мира, - потому что маленький мир - предбанник гибели. Склеп и саркофаг, - которые кажутся сначала безопасными. И даже приятными...
Анна Кирьянова