Я шла после работы и улыбалась. Опять Коля Семенов чуть не подрался с Мишей Зеленовым из-за машинки. Вовремя разняла их. А Толя Перший подарил Снежане сегодня букетик полевых цветов. Подготовительная группа- такие уже взрослые и совсем еще дети.
Из воспоминаний меня вытащил чей-то голос.
- Привет, Света, как дела?
- Привет, Танюша ,вот с работы иду, своих воспитанников вспоминаю.
- А, ты, что ничего не знаешь,- удивилась она?
- Чего я не знаю?
- Славка твой в госпитале :ему руку и ногу ампутировали,- мне мама сказала.
У Тани мама работала ведущим хирургом в военном госпитале.
- Как, растерялась я, мы с ним неделю назад созванивались.
- Его два дня назад привезли. Или сам не хочет звонить, или родители запрещают.
Я остолбенела. Да, у родителей Славы ко мне предвзятое отношение. Мои- обычные :педагоги в сельской школе, я тоже недалеко от них ушла.
Хотя , и Слава пока многого не достиг. Работал на отцовской мойке. Ушел добровольцем, как я его не отговаривала.
Что теперь будет? Я его любым приму и заботиться буду. Но, почему его родители мне даже не позвонили- не сочли нужным, или им вообще сейчас не до меня? Он у них старшенький, любимчик.
Прибежала домой, приняла душ, купила фрукты и в больницу.
В палате четыре человека. Двое, ближе к двери ,сидят, переговариваются. Двое других у окна,укрыты с головой, отвернулись к стене.
"Слава",- негромко позвала я.
Тот, что справа, слегка пошевелился.
- Зачем пришла?
- Я тебе вот фрукты принесла. Слава, я ничего не знала.
- Уходи, мне сочувствующих не надо. Он также лежал не поворачиваясь ко мне.
Я стояла с этим пакетом , не зная куда его деть.
Вошла медсестра.
- Кому?- бросила она на ходу.
- Вячеславу Мищенко.
Она поставила пакет на его тумбочку и, взяв меня под руку, вывела из палаты.
- С ним сейчас психолог работает, подождите немного. Зайдите через пару деньков.
Но, и в следующий раз повторилось тоже самое.
Потом их в палате осталось двое. Лицо второго парня я вообще не видела, а Слава все же повернулся ко мне.
- Чего ты хочешь? Возврата к старому уже не будет. Ничего не будет.
- Слава, но другие же живут, я тебе обещаю быть верной до конца жизни.
- А , ты спроси меня: мне нужна эта твоя щенячья жалость.
- Я не о жалости, а о любви говорю.
- Уходи, и не приходи больше. Или может тебе мои выплаты нужны, как инвалиду?
- Чтобы бы ты не говорил, я не обижаюсь, гонишь меня, а я все равно приходить буду.
Так повторялось из раза в раз. Ничего в поведении Славы не поменялось- он ненавидел всех: и меня в том числе, потому что я была из той , довоенной жизни.
Какое то время мне пришлось работать одной: заболела напарница, а когда я пришла в больницу в очередной раз, кровать Славы была пуста.
Я громко ойкнула и закрыла рот рукой.
Лежавший слева пациент поднял простынь.
- Не пугайтесь, его выписали домой.
Я не могла вымолвить ни слова: за это время столько мыслей в голове пронеслось.
Я подошла к кровати.
- Тогда это вам и поставила пакет.
- Как вкусно пахнет булочками с корицей.
- Славе пекла, он любит,- сказала я и осеклась.
- Я тоже люблю. Мне бабушка их часто стряпала.
Уйти сразу из палаты я не смогла, присела на стул.
- А, к вам кто-то приезжает?
- Нет, мои даже не знают ,что я жив.Мой телефон остался там- он сделал паузу- вместе с ногами.
- Так, я могу дать вам свой.
- Не надо, я не хочу обременять родителей. Вот культяпки затянутся и буду оформляться в дом- интернат.
- Вы давно здесь?
- Два месяца.
- Вас на улицу вывозят?- там так тепло , прямо по- летнему.
- Девушка, вы не от мира сего, у нас сестричек не хватает, а вы о прогулке.
- Извините, я как-то не подумала.
Выйдя из палаты, я подошла к двери "Ординаторская".
Постучала.
- Да, услышала с той стороны.
- Извините, кто лечащий врач больного из 12?
- Я, из- за стола поднялся невысокий, уже немолодой врач.
- Мне нужна инвалидная коляска, я хочу вывезти его на улицу.
-А, вы ему кто?
- Двоюродная сестра. Родители у него из деревни, отец- пастух, мать- техничка в школе. Хлопотать за него некому. Я врала не моргая.
- Коляски у нас есть, но у него ослабленный иммунитет, как бы простуду не подхватил.
- А мы его по всей форме наденем, а ноги укутаем одеялом.
Уже через полчаса я уговорила Анатолия на прогулку.
Он щурился от яркого солнца и улыбался, как ребенок. Мы сделали несколько кругов по двору госпиталя и вернулись в палату.
Спасибо вам, Света. Жаль, больше не увидимся.
- Почему, удивилась я?
- Меня через два дня выписывают и уже есть путевка в интернат.
Я помахала ему рукой, впереди два дня- еще увидимся.
Дома я твердо решила забрать Анатолия к себе.
Со стороны вообще может быть глупый поступок. Не зная кем он был до этого, кто его родители, каков он по характеру.
Не нужна Славе, буду ухаживать за Анатолием.
Да, возможно поступила безрассудно , но это был не минутный порыв.
Через два дня я везла его на такси к себе, даже не предупредив Анатолия о своем намерении.
Он догадался, когда мы подъехали к современной кирпичной пятиэтажке.
Таксист помог ему сесть на коляску. Мы молча въехали в квартиру.
Чтобы опередить все его вопросы, я сказала: "Поживешь у меня месяц, а дальше сам решай".
Я взяла отпуск, ездила с ним по госучреждениям: добилась прописки, его поставили на учет на протезирование.
Я видела его счастливые глаза, немое" спасибо"вместо тысячи благодарственных слов.
Однажды вечером он спросил меня: "Ты святая? Зачем тебе все это?".
- У меня дед погиб в Афганистане. Я его только по фото знаю, а ты на него сильно похож. Сейчас покажу и Света принесла альбом.
Чуть старше самого Анатолия: высокий, плечистый , волосы крупными кудрями.
-Он был командиром артиллерийского расчета.
Думаю родители меня поймут, потому что, как только тебе сделают протезы и ты научишься ходить , мы поедем в гости.
На самом деле все произошло гораздо раньше.
Придя с работы, Светлана застала родителей за столом.
Бутылка вина, салаты, колбаса. Немного захмелевшие папа и Анатолий.
- Света, почему мы узнаем последними, что , она хотела сказать - Славе, но вовремя остановилась, Анатолию нужна помощь.
-Я подключу все свои связи, выйду на директора школы, тем более, мы узнали, что Толя тоже учитель. Может со временем снова вернется к своей профессии.
Я присоединилась к ним. Разогрела замороженные блины и пирожки ,и мы всей семьей пили чай.
Толя жил у меня уже полгода. Во всем помогал по хозяйству: готовил кушать, мыл посуду, мы смотрели с ним фильмы, а вечером гуляли, пока на коляске.
Протезы были готовы, но Анатолию было сложно к ним приноровиться. В свободное время мы уходили в школьный двор, там он пытался ходить, держась за перекладину, шведскую стенку, или трубы лабиринта. Сначала минут по пять, потом все больше и больше. Через год он уже ходил с палочкой, слегка прихрамывая.
Все это время он был на связи с родителями, но обещал к ним приехать только тогда, когда встанет на ноги.
И вот этот день настал.
Нас встречали с почестями. Мама Толи не бросилась обнимать сына, а упала перед моими коленями и поцеловала мне руки.
Анатолий помог подняться маме и представил меня- моя жена Светлана: мои ноги, руки, глаза и сердце.
.