Конец марта в моём календаре всегда отмечен ярким маркером. Это не только время, когда природа заходит в резкий поворот изменений на шоссе реконструкции и созидания – это период активного токования столь любимых мной тетеревов. И вот в небольшой и уютной компании единомышленников-фотографов дикой природы мы отправились в самое сердце Ярославской области на встречу новым приключениям. Погода выдалась отличной – солнечные лучи считали километры дороги, вокруг дышали таящим снегом обширные поля, сверкали изумрудной хвоей сосновые леса и приветственно махали на слабом ветру изящными ветками берёзы и вербы.
Как и в прошлые поездки мы остановились в маленькой уютной деревне на берегу реки в столетнем деревянном доме – невероятно тёплом и гостеприимно обнимающем. Ужин, прогулка, короткий сон и выезд на первое утро – на болото к тетеревам. В 4 утра мы уже заходили в лес – первая часть пути пешком, кое-где в воде выше колена, вторая – на охотничьих лыжах, которые мы несли в руках. Единственным светом были луна и опущенные вниз налобные фонари. На востоке угольного неба начинала пульсировать тонкая красная кайма. Тишину нарушал лишь треск льда под лыжами, дыхание и обрывистые лесные звуки, происхождение которых останется неразгаданной тайной. Романтика в самом чистом виде. Предвкушение и ожидание встречи с удивительным зрелищем.
Отправляясь в фотопоходы нужно быть начеку, даже, если уверен в своих силах и всегда нужно иметь что-то с собой на подстраховке... До заветного скрадка-засидки, где предстояло размещение и дальнейшая съёмка оставалось метров 50, и как это часто бывает – в самом конце пути начинается самое сложное. Кочки сменяли небольшие ямы, сквозь свет фонарика отчетливо виднелись обширные тёмные пятна – здесь лёд был предательски тонким, но что делать, приходилось двигаться только вперёд, стараясь по возможности огибать подтаявшие участки по зернистой корке наледи. В какой-то момент лыжа резко ушла под лёд и застряла, я стал заваливаться на бок. По инерции воткнул левую палку сквозь лёд в подводную кочку и переместил центр тяжести и всю силу на левую сторону. Увы… кто-то до меня сломал опорный элемент палки и вместо стоппера, она превратилась в пронзающее всё копьё – резко потянув меня в воду. Шансов затормозить уже не было.
Ледяная вода мгновенно заполнила болотный сапог и промочила левую часть куртки и брюк, я бросил палки и изо всех сил двумя руками выдернул застрявшую ногу с лыжей на поверхность, моментально выбрался и помчался к скрадку. По-армейски быстро разложил плед, спальник, переоделся в тёплое, сделал бутерброд: носки / стельки грелки / шерстяные носки, положил под настил-пенку промокшую одежду, закутался и стал ждать ток. Да, неприятность, но она оказалась поправимой, благо всё что нужно было с собой и скорость реакции не подвела. Зато точно будет, что вспомнить – мало кто может похвастаться открытием «купального сезона» в 4:30 утра на мартовском болоте…
Вдали уже слышалось узнаваемое бормотание. Ночь стекала сумеречным воском по свечам зари. За навесом засидки начинали блуждать огненные переливающиеся всплески. Бесшумной волной накатывался рассвет. Слоёный влажный воздух источал аромат холода – терпкий и пронизывающий. И вот, послышались тяжёлые хлопки крыльев – тетерева вылетели из сосновой крепости на поле брани – своё историческое токовище. Не успев рассесться и занять позиции, они приступили к поискам спарринг-партнёра. Ток начался, когда лава рассвета закапала над ледяной коркой древней мари.
Градус повышался. Тетерева бурлили, пыхтели, скрипели, подпрыгивали, расправляли крылья, раздували хвосты и вели себя максимально вызывающе. Но когда, казалось, вот-вот произойдёт грандиозная битва – что-то пошло не так. Чтобы сделать бросок нужно было разбежаться или хотя бы занять атакующую позу, но лёд… лёд предательски не давал грозным птицам показать всю свою удалецкую мощь и ловкость. Пытаясь разбежаться, тетерева поскальзывались и неуклюже падали на пятую точку, выпятив вперёд лапы. В общем по падениям у нас с ними была ничья – как никто другой я разделял их досаду.
Солнце поднималось по пламенной лестнице очень быстро, и уже к 7 утра краски «золотого часа» утратили свои благородные оттенки, позволив лимонному свету взять верх. Контрасты усилились, тени заполнялись почти фиолетовой синевой, и съёмка переходила в этап наблюдения. Ещё час тетерева бурлили, перемещаясь по периметру, при этом каждая птица придерживалась своего участка. В центре особую активность проявляли взрослые токовики, поодаль менее опытные, а на дальней границе – совсем молодые с бровями-полосками. Обычно птицы покидают ток поочередно, но в тот раз они сделали это практически синхронно, как будто с небольшой досадой – в 8 утра токование первого дня было завершено.
Болото ещё больше подтаяло за несколько часов, но дорога назад была проще, благо яркое солнце танцевало в лужах и на ледяных островах - всё было видно. А под серебряной коркой красовались крупные ягоды клюквы, коей я съел какое-то невообразимое количество. Вернувшись в дом, у меня появилась мысль сходить в лес, как в прошлом году, но усталость пудовыми гирями повисла на ногах, видимо, сказалась и высокая концентрация усилий по вытягиванию себя из болота, как барон Мюнхгаузен, да и последствия не так давно тяжело перенесённого ковида явно сократили уровень выносливости. На высокой кровати с периной я уснул младенцем почти до 16 часов…
О втором дне, проведённом на старом болоте мы поговорим в следующий раз. Спасибо за доброе внимание! С Вами был фотограф природы Михаил Ездаков