Глава 63. И кто же первый?
Регина ещё раз окинула взглядом пациента, написала несколько слов в его карточке, и закрыла её со спокойной решимостью.
- Ладно. На этом мы, пожалуй, и закончим. Теперь остаётся только ждать.
- Как всё? Ты разве уже закончила? - удивлению Льва Климова не было предела. – И, всё-таки, что с ним?
Чтобы не обидеть своего союзника и помощника, Регина сдержала смех, и лишь смущённо улыбнулась.
- Ну, понимаешь… как бы тебе это объяснить – ничего.
После такого ответа Лев просто выпал в осадок.
- Не переживай, - похлопав его по плечу, ответила Регина, - я обязательно тебе об этом расскажу… но позже. А сейчас нам пора.
И они покинули палату, в которой лежал третий пациент.
При их появлении все тут же утратили серьёзный вид. Со всех сторон послышались саркастические насмешки.
- Ого, как быстро!
- Держу пари, что она ничего не поняла.
- Климов, что ж ты не помог своей наставнице?
- Да вы только посмотрите на него! Для него это, как новые ворота…
- Вы хоть что-нибудь им выписали?
- Ага, клизму!
И зал зашёлся в гомерическом хохоте.
Власова, услышав всё это, успокоилась. Ну, какую же угрозу для неё могла представлять эта недоучка без помощи Сабины?
В это время из соседнего зала вышла комиссия - трое военврачей из госпиталя военно-морской базы. Во главе стола уселись двое: адмирал Мартынов и Главврач Окружного Госпиталя, полковник медицинской службы, Доктор медицинских наук, кандидат биологических наук - Карпухин Роман Михайлович.
Зал замер в ожидании…
Наконец, адмирал взял в руки рацию.
- Полковник Харзин, у вас всё готово? – и, выслушав ответ, скомандовал, - заносите.
К столу подошёл Богдан, и передал медкарты, составленные участниками консилиума,
Карпухину. Тот, быстро просмотрел документы, и передал их своим подчинённым. Военврачи ознакомились с материалами дел, заверили их подлинность, правильность диагноза и назначенного лечения, и вновь вернули их Карпухину.
- Внимание, - обратился он к залу, - подводятся итоги осмотра пациентов, предоставленных вашему вниманию. В осмотре приняли участие все присутствующие здесь врачи – персонально или в составе групп. Итак, начнём.
Доктор Власова, ассистент – врач Мария Власова.
Эльвира поднялась, едва сдерживая улыбку. Рядом с ней встала Мария, высоко подняв подбородок. Они купались в лучах славы, хотя кто-то смотрел на них с восхищением, а кто-то и с завистью. Мария, слегка повернув голову, бросила полный презрения взгляд на стоящих у окна Регину и Льва.
Заметив этот взгляд, Регина демонстративно достала конфету, развернула и отправила её в рот.
Но Лев, в отличии от неё, выглядел раздавленным и побеждённым. Несмотря на глубокое уважение к талантам Регины, он не мог отрицать, что им ещё далеко до опыта Власовой.
- После исследования результатов обследования пациентов доктором Власовой, - продолжил свой доклад полковник Карпухин, - мы пришли к выводу, что в отношении первых двух пациентов диагноз был поставлен верно, а предложенное лечение надёжно и может быть использовано в клинической практике. Однако, в отношении третьего пациента диагноз не был поставлен и, следовательно, лечение не было назначено. В целом, действия госпожи Власовой позволяют ей по-прежнему принять участие в этом, назовём его так, конкурсе.
Эльвира самодовольно улыбнулась, хотя такая формулировка насторожила её. Да и в зале пронеслось недоуменное перешептывание. Но, сравнивать результат пока было не с кем, и зал вновь замер в ожидании.
А Карпухин продолжал оглашать итоги, вызывая отдельных врачей или группы по два- три специалиста. Их результаты отличались только назначенными курсами лечения или отдельными препаратами, что подтверждало высокую квалификацию прибывших специалистов. Однако, все они не смогли преодолеть третьего пациента. Хотя две попытки поставить диагноз были. Но…
Наконец, вызвали Регину и Льва.
- Госпожа Осипова, могу ли я попросить вас подойти к столу? – обратился к ней доктор Карпухин. - У комиссии есть к вам несколько вопросов.
Регина вытерла салфеткой руки, чтобы не липли после конфет, и спокойно двинулась к столу комиссии. Следом, обречённо опустив голову, двинулся Лев Климов.
Зал злорадно зашушукался, послышались язвительные смешки.
Не обращая внимания на реакцию зала, Регина подошла к столу.
- Что интересует высокую комиссию? – с невозмутимым видом спросила она.
Карпухин раскрыл карту третьего пациента.
- Нас интересует, чем вы руководствовались, когда ставили этот диагноз, и назначали курс лечения? Но, если вы не возражаете, я, в первую очередь, оглашу назначенный вами курс лечения.
А когда Регина равнодушно пожала плечами, мол, делайте то, что посчитаете нужным, он обратился к залу.
- Господа, надеюсь, вы тоже не будете возражать?
И зал, в ожидании разоблачения, выразил своё согласие смешками и ехидными криками.
- Начинайте!
- Послушаем, что там наваяли эти шарлатаны.
Полковник поднял вверх ладонь, и зал утих.
- Рекомендуемое лечение: полноценное трёхразовое питание. Перед обедом допускается 50 грамм водки или коньяку. Ограничить потребление жирного, копчёного и сдобы, что может привести к нарушению работы кишечника. При этом, в случае возникновения запора – назначать клизму.
Ещё даже не дослушав до конца, зал зашёлся хохотом. А кто-то, особо ретивый, выкрикнул, - мы так и знали! Особенно про клизму!!!
И снова Карпухину пришлось всех успокаивать. Когда страсти утихли он задал вопрос всем присутствующим.
- В таком случае, господа, почему же вы сами не додумались до такого простого и эффективного назначения?
А вот теперь зал замер от тревожного предчувствия…
- Потому, что госпожа Осипова поставила абсолютно верный диагноз…
Стало слышно, как тикают наручные часы.
- Пациент, не считая небольших возрастных изменений – здоров.
После минуты молчания, все возмущённо заговорили разом.
- Вы это серьёзно?
- И что, Мартыновы повелись на эту туфту?
- Но это же невозможно!
Глава 64. Симулянт
- Это же абсурд!
- Как Мартыновы могли принять такой диагноз?
- Да она же сообщница Сабины!
- Таких вообще нельзя пускать в приличное общество!!!
Гул голосов становился всё громче. Вскоре они уже почти перекрикивали друг друга, бросаясь обвинениями и оскорблениями.
А Регина? Она спокойно стояла и невозмутимо слушала, как её называют… самое приличное, что можно озвучить – самозванка.
Климов стоял рядом, опустив голову. Он был готов провалиться сквозь землю. Оправдываться или возражать? Это было выше его сил. А вдруг ему с кем-то из них, возможно, ещё придётся вместе работать…
Наконец, устав от этого гвалта, поднялся адмирал Мартынов. Ему было не привыкать перекрикивать рёв волн в штормовом океане.
- ТИХО!!!
И все вдруг разом смолкли, словно очнувшись от наваждения.
Адмирал, добившись своего, снова сел, и предложил продолжающему стоять Карпухину:
- Оглашайте решение, Роман Михайлович.
И тот, поправив галстук, огласил…
- Изучив все, поданные для рассмотрения данные, комиссия рекомендовала, а адмирал Мартынов утвердил эту рекомендацию: Лечащим врачом и Главным консультантом адмирала Мартынова назначить… Осипову Регину Георгиевну, представительницу аптеки «Гиппократ», а её ассистентом – Климова Льва Семёновича.
В зале воцарилась гробовая тишина.
- Как он сказал? - прозвучал в тишине одинокий голос, - аптека «Гиппократ»?
Но никто ему не ответил.
Власовы выглядели так, словно только что проглотили по паре горьких пилюль.
Мария замерла, не в силах пошевелиться. Эльвира тоже лишь молча хлопала глазами.
Вдруг она бросилась к столу и попыталась выхватить из рук Романа лист с итоговым протоколом, который он только что подписал. Но тот движением ладони остановил её, и, не выпуская лист из рук, поднёс протокол ближе к лицу Власовой.
Там, чёрным по белому, было написано: аптека «Гиппократ».
- Гиппократ… - удивлённо повторила Эльвира, и презрительно поджала губы.
Когда Лев это услыхал, то его стыд сменился сначала удивлением, а затем и гордостью.
Он понял, что Регина не просто выдержала испытание, но и совершенно потрясла всех собравшихся.
Эльвира была в недоумении. Как её - человека с десятилетиями опыта за плечами, и пользующуюся заслуженным уважением, только что затмила какая-то девчонка? Но положение надо было спасать, и она обратилась к залу.
- Я ни коим образом не ставлю под сомнение решение работодателя, но, как врач с огромным стажем, я не могу не спросить. Как такая молодая девушка, которая еще даже не имеет диплома об окончании университета, может отвечать за здоровье самого Вадима Мартынова.
Часть врачей тут же присоединились к ней, продолжая ставить под сомнение навыки Регины. Почти все они гордились собственными знаниями и навыками, и с готовностью ставили под сомнения чужие.
- Да, да! Мы категорически против назначения неопытной девочки на роль лечащего врача!
- Это же просто безрассудство.
- Учитывая ее возраст, она просто не может иметь достаточного опыта. Мартыновым стоит пересмотреть свое решение.
- То есть, никто из вас не верит в ее квалификацию? – скептически прозвучал вопрос Карпухина.
Эльвира резко повернулась к Регине и Льву и, не сводя глаз с последнего, спросила:
- Лев, ты уже много лет работаешь в первой больнице. Именно там ты получил большую часть своих знаний и навыков. И ты наверняка помогал ей в обследовании. Поделись с нами своим мнением о третьем пациенте.
Лев задумался, но только на мгновение.
- Все три диагноза были поставлены Осиповой. Участвуя вместе с ней в процедуре осмотра, диагностики и назначении лечения всех трёх пациентов, я пришёл к выводу, что она имеет более высокую квалификацию в этих вопросах, чем я.
Такого Эльвира не ожидала.
Плотно сжав губы и кидая недовольные взгляды на Льва, не поддержавшего ее, она снова обратилась к комиссии.
- Уважаемая комиссия, перед тем как признать поражение, я хочу увидеть доказательства. Пусть она, – и Эльвира кивнула на спокойно стоящую Регину, – объяснит, почему был поставлен такой диагноз. Тогда мы поймем, кто действительно достоин получить эту работу.
Регина заговорила ровно и спокойно.
- Первое, на что я обратила внимание – это история болезни. Если вы заметили – она была скомпилирована из историй нескольких пациентов. Теперь симптомы. Первое, на что я обратила внимание, это грелка, которая лежала в постели пациента. Затем - его пышная шевелюра. У тяжелобольных людей волосы обычно тусклые, свалявшиеся. Вывод – скорее всего это парик. Отсюда и испарина. Далее – у больных не бывает таких ясных, блестящих, и, к тому же, лукаво смеющихся глаз. То есть, перед нами лежал практически здоровый человек. Вывод – обыкновенная симуляция.
- Это… просто смешно! – возразила Эльвира, однако чей-то громкий смех не дал ей договорить.
Все одновременно повернулись в ту сторону, откуда донеслось это святотатство.
Из палаты, в которой находился третий пациент, вышел мужчина излучающий спокойствие и уверенность. И, хотя на нем был больничных халат, а в руке грелка, он вел себя так, как будто привык всегда быть главным.
Пройдя через зал, он остановился возле Регины.
- Вы очень наблюдательны, юная леди. Все верно, я ничем не болен.
И ловким движением он снял с себя парик и наклеенные брови и бакенбарды.
В зале вновь воцарилась гробовая тишина.
- Г-господин Мартынов?
Голос Эльвиры дрожал, когда она пробормотала этот риторический вопрос.
Генерал усмехнулся, и отдал грелку, парик и всё остальное подскочившему к нему дворецкому.
- Все верно, господа, третьим пациентом был я. А, чтобы вы меня не узнали, применил простейшую маскировку. – И он с одобрение посмотрел на Регину. – Из всех присутствующих только она это поняла, и поставила мне единственно верный диагноз - симуляция.
- Кстати, юная леди, благодарю вас за назначенное лечение, и приглашаю вас сегодня отобедать с нами. Я с удовольствием подниму рюмку водки в вашу честь.
Продолжение уже завтра