В детстве я любил художественно пересказывать выдуманные книги и фильмы. И не только выдумывать сам, но и слушать. Тут неподражаем был мой лучший летний друг Димка Жданов. У Жданчика была крышесносная фантазия и непробиваемая харизма Остапа Бендера. Врал как боженька! Высший пилотаж! И все в рамках уголовного кодекса!
Но и не только Жданов, и не только воображаемые фильмы/книги.
Но и, представьте себе, игрушки.
Отдельный совершенно жанр советского детства - "крутые игрушки, в которые кто-то из знакомых-друзей играл, зуб даю, честное слово, чтоб мне провалиться, если вру".
Однажды мы с родителями отдыхали на Азовском море. Это был лагерь отдыха, весь заставленный маленькими синими домиками, каждый на отдельную семью. Песчаный берег, мелкое море, песчаная коса. И, конечно, накупавшись досыта и настроив замков, я скоро заскучал. И поскольку нельзя все время купаться (мама против), начал искать себе другие развлечения.
Вскоре я мелким хвостиком ходил за одним мальчишкой на год или два старше себя. Разница в возрасте не позволяла нам играть на равных, зато он мне художественно рассказывал о солдатиках из своей коллекции. И оно того стоило. Каких только солдатиков у него не было! (по его словам, конечно). И все объемные, вроде знаменитых ковбойцев, и всякие крутые! Из резины, из олова, из пластика какого-то импортного. И немецкие солдаты, и американские зеленые береты, и вьетнамские партизаны, и древние римляне с карфагеном, а то и каратисты всякие (советская промышленность выпускала принципиально только фигурки советских солдат и русских витязей, а как такими сражаться? Русские бьют русских? Бррр. Прямо весело так, что обхохочешься. Вообще не думали головой, честное слово, в этих министерствах игрушки!).
Некоторые солдатики из коллекции пацана даже двигались - руки-ноги сгибались, оружие можно было менять, а самые клевые вообще оказались - как заводные, ходили сами, двигая руками и ногами, как настоящие роботы. А некоторые сидели в кустах на дереве и стреляли, как снайперы, издавая звуки - и огонек горит в дуле игрушечной солдатской винтовки. Фантастика!
Я и тогда, в детстве, прекрасно знал, что пацан безбожно свистит. Но мне было все равно. Круто было ходить за ним хвостиком, слушать и представлять себе крутых солдатиков - и вот таких, и еще таких, и вот этих. А вот эти вообще офигенные! Эх, мне бы всех солдатиков! Ух, я бы тогда наигрался!
А парнишка тот нашел во мне благодарного слушателя - и каждый день выкручивал свою фантазию на максимум. Работал в поте лица, не побоюсь этого слова. Но при этом осторожно - я должен был все время находиться на грани "офигеть, как круто/да не, это уже бессовестное вранье". В общем, это был мастер-класс прямо по заветам Стругацких: "чудо, тайна, достоверность".