Принц Гарри болен. Нет, не вирусом. Его диагноз, по мнению королевского эксперта леди Колин Кэмпбелл, куда серьёзнее. Она называет это зависимостью. И объект этой зависимости — Меган Маркл.
«Гарри зависим от Меган. И подобно тому, как нар-ан переступит через жену, детей, родителей ради дозы, Гарри переступит через кого и что угодно ради своей дозы, которую получает от Меган», — заявила леди Си. в эфире шоу Outspoken.
Жёстко? Возможно. Но после свежих откровений о том, как пара обошлась с памятью любимого дедушки Гарри — принца Филиппа — это уже не кажется преувеличением.
Сегодня разбираем три громких скандала: как Netflix едва не получил иск от герцога Эдинбургского, почему голливудские инсайдеры окончательно списали Сассекских со счетов и что на самом деле происходит с их «империей» джемов и варенья.
«Они обвинили Филиппа в смерти любимой сестры»: за что дедушка хотел судить Netflix
Новый биограф королевы Елизаветы II, Хьюго Викерс, раскрыл шокирующую деталь. Оказывается, принц Филипп, который обычно не обращал внимания на киношные выдумки, был настолько взбешён сериалом «Корона», что собирался подать в суд на Netflix.
Что же его так задело?
В сериале показали сцену, где юного Филиппа обвиняют в гибели его любимой старшей сестры Сесилии. По версии сценаристов, Филипп якобы подрался в школе, его отправили домой, из-за этого он пропустил семейный сбор, сестра полетела на самолёте… и разбилась. А отец якобы сказал ему: «Из-за тебя, мальчик, я хороню любимого ребёнка».
Всё это — ложь от первого до последнего слова.
В реальности никакой драки не было. Филипп не пропускал никаких сборов. Его сестра Сесилия (наследная великая герцогиня Гессенская) вместе с мужем и двумя маленькими сыновьями летела на свадьбу брата. У неё начались схватки прямо в полёте, самолёт врезался в дымовую трубу. Погибли все — включая неродившегося ребёнка.
Филиппу тогда было 15 лет. Он шёл за гробом сестры. И всю жизнь носил эту боль.
Когда сериал вышел, принц Филипп был в ярости. Хьюго Викерс (который, кстати, был лично знаком с герцогом и имел с ним 40 встреч) рассказал, что Филипп обращался к юристам. Он хотел подать иск. И лишь после того, как Викерс публично разоблачил ложь в эфире Radio 4, Филипп немного успокоился — правда всё же прозвучала.
Леди Си. подтверждает: «Филипп был невероятно расстроен. Это была его любимая сестра. И представить, что его обвиняют в её смерти… Это подло и жестоко».
Гарри знал — и всё равно заключил сделку с Netflix
И тут возникает главный вопрос. Принц Гарри обожал своего деда. Филипп души не чаял во внуке. Но когда Netflix предложил Сассекским 100 миллионов долларов (или сколько там на самом деле, об этом позже), Гарри даже не моргнул глазом.
Он знал, как «Корона» ранила его семью. Знал, что дед был готов судиться. Знал, что отец (тогда ещё принц Чарльз) был в бешенстве от своего образа в сериале и долгие годы запрещал королевской семье иметь дело с Netflix.
И всё равно пошёл на сделку.
Более того. Во время скандального интервью Опре Уинфри, когда Филипп уже был тяжело болен (у него был рак поджелудочной железы, о чём в семье знали), Гарри позволил себе цинично заявить: «Мы думаем, он симулирует». Про своего умирающего деда.
Леди Си. вспоминает, что ещё за два года до смерти Филипп спокойно говорил друзьям: «У меня рак поджелудочной, но в моём возрасте это вполне управляемо». Он не скрывал болезнь. А внук сделал вид, что дед «притворяется».
«Это поведение человека, у которого нет истинных чувств ни к кому, кроме Меган, — говорит леди Си. — Он переступит через любого, даже через самого любимого деда».
Netflix устал: как Variety разрушил миф об «успешном бизнесе»
Но вернёмся к Netflix. На днях Мэтт Доннелли, главный корреспондент Variety (библии Голливуда), опубликовал разгромное расследование. И оно объясняет, почему стриминговый гигант тихо, но методично отказывается от Сассекских.
Главные тезисы (прямо из видео):
- Netflix заплатил за всё. Не просто за шоу. Компания оплачивала производство, упаковку, логистику, маркетинг и даже брендинг всего, что Меган пыталась продавать под маркой As Ever (бывшая American Riviera Orchard). Это были колоссальные инвестиции.
- Через год Netflix вышел из игры. Если бы бизнес был таким успешным, о чём трубит команда Меган (мифические 60 миллионов долларов продаж джема), зачем публичной компании с её обязанностью перед акционерами выходить из прибыльного предприятия? Ответ очевиден: никакого рекордного джема не было.
- Сассекские — утомительные и требующие ручного управления. Инсайдеры говорят, что пара нуждается в постоянном личном общении, бесконечной обратной связи и «держании за ручку». Для Netflix, у которого сотни проектов, это непозволительная роскошь.
«Вердикт о них таков: они немного утомительны, — цитирует Доннелли источники. — Результат этого партнёрства оказался незначительным».
Почему Netflix вдруг вспомнил про поло?
Особенно цинично выглядит история с объявленным сериалом про поло. Доннелли напоминает: концепция этого шоу пролежала в архивах три года. Три года Netflix на неё не обращал внимания.
И вдруг — буквально через несколько дней после того, как Variety опубликовал материал о провальных отношениях стримера с Сассекскими — появляется «сенсационная новость»: Netflix берёт в разработку сериал про поло от Гарри и Меган.
Случайность? Вряд ли.
Доннелли предлагает зрителю самому сделать выводы. А заодно напоминает: все трое креативных продюсеров, привлечённых к этому проекту, — клиенты одного и того же агентства WME, с которым Меган подписала контракт в 2023 году. Сами Сассекские, без помощи Netflix, не могут найти ни одного топ-креативщика, готового с ними работать.
Айсберг без подводной части. Почему бренд Меган обречён
Леди Си. завершает разговор блестящей метафорой. Она сравнивает любого успешного человека с айсбергом. Та часть, что видна публике, — это макушка. А под водой — колоссальный опыт, знания, навыки, которые держат эту макушку на плаву.
У Меган, по её словам, под водой ничего нет.
Она не создала ни одного знаменитого мероприятия. Ни одной успешной вечеринки. Ни одного премьерного показа. Её «советы по сервировке стола» и «покраске яиц на Пасху» выглядят так, будто она разговаривает с людьми свысока, пытаясь учить их тому, в чём сама не смыслит.
«Она не Марта Стюарт. Она даже не Гвинет Пэлтроу, — жёстко резюмирует леди Си. — Её единственный талант — это продавать вагинальные освежители и феромонные таблетки, чтобы ты взрывался на вечеринках. Вот где её место».
Публика чувствует эту пустоту. Люди перестали верить. И когда белый медведь (образ критиков) начинает бить по айсбергу, он мгновенно рассыпается.
Итак, что мы имеем:
- Принц Филипп был готов судиться с Netflix за ложь о его сестре.
- Гарри знал об этом и всё равно взял у Netflix 100 миллионов.
- Netflix тихо и методично сливает Сассекских, оплатив их провальный бизнес и устав от капризов.
- Голливудский инсайдер Variety публично подтверждает: пара — яд для любой студии.
Гарри переступил через деда. Меган переоценила себя. Netflix пересчитал деньги.
Итог предсказуем: Сассекские больше не нужны ни британской короне, ни американскому шоу-бизнесу. Остались только жалкие попытки продать варенье через вертикальные видео в Instagram. И странная надежда, что кто-то ещё купится на их «успех».
Как говорит леди Си.: «Они — абсолютный провал в кассовом смысле. И это то, что мы с вами знали уже очень давно».
А вы верите, что Меган и Гарри когда-нибудь вернутся в большое кино и бизнес? Или их «эра флопа» только набирает обороты? Делитесь в комментариях.
