Порывистый ветер пронесся по заброшенной свалке. Дыхание подступающей осени окутывало все вокруг, не оставив без внимания одинокую фигуру в далеке. Человек, стоял опершись о ржавый перевернутый минивэн. Ощутив сотню мурашек на своей спине, он скрестил руки и съежился, сохраняя остатки тепла.
— Да где же ты, — буркнул себе под нос Жан.
Он беспокойно оглядывался по сторонам. Совсем не безопасно находится так далеко от бункера, да еще и на северо-востоке. Восток больная тема для Завета, в какой-то момент это слово вообще хотели стереть из словаря.
-Псс! — Послышалось с неожиданной для него стороны.
Жан повернул голову на звук. Меж двух ржавых колымаг, вальяжно опираясь на одну из них стояла Шанти.
— Где тебя черти носят?! — выпалил Жан.
— Ты же знаешь, что я ухаживаю за бабушкой! — ответила она, — Чего разорался!
— Знаю. Просто ты задержалась, — он направился к ней, — Я переживал.
После коротких, но крепких объятий он засунул руку себе в карман.
— Это тебе, — он протянул ей кое-что.
На его руке красовались сережки. Настоящие, золотые ювелирные изделия с ярким изумрудом. Камни заметно переливались даже несмотря на то, что солнце скрывалось за тучами.
Глаза Шанти заблестели ярче самоцветов.
— Откуда они у тебя! — радостно завизжала она.
— Тише! — с улыбкой на устах, остановил он, — Дом обшарил, пока сюда шел. Удачная вылазка получилась, правда?
— Не то слово удачная! — Шанти наклонилась их разглядывать, — Оденешь? — игриво спросила она.
Жан немного растерялся.
— Конечно, — он взял одну из них по удобнее и открыл застежку.
Шанти поправила волосы с одной из сторон, для удобства. Он наклонился к ней поближе. Легкий тремор в его руках немного мешал, но спустя пару секунд он все же надел ее и защелкнул замочек.
— Теперь вторую, — произнес он.
Она помедлила, что-то нащупав меж волос. Ее губы едва заметно сжались.
— Ты чего? — смутился Жан.
— Ничего просто ухо защипало, — улыбнувшись ответила она, — Давай одевай, не тяни!
Вторая сережка далась ему легче.
— А эту ты быстро, — удивленно произнесла Шанти.
— Схватываю на лету, — ответил он.
Шанти поправила волосы и покрутила головой.
— Как тебе? — красовалась она.
— Сногсшибательно, — не отрывая глаз ответил Жан.
Очередной порыв ветра поднял клубы пыли вокруг них. Шанти прикрыла лицо, а ее волосы взмыли в беспорядочном танце. Из них что-то вылетело и брякнуло по ржавой машине позади нее. Металлический звук привлек внимание их обоих.
— Черт, — едва слышно произнесла она.
— Чего? — не разобрав сказанное Шанти, переспросил он.
— Да вся прическа коту под хвост, — поправляя волосы ругалась она.
Жан осмотрел ее с головы до пят, все ее лицо словно паутиной было опутано волосами. Погода была и впрямь ужасная, ветер в такие дни главный ее враг, уж это он знал точно. Но несмотря на то, что день не сулил ярких лучей света, солнышко все же решило чуть-чуть поднять Шанти настроение, выглянув из-за туч. Неожиданная смена яркости, заставила Жана прищурится, в особенности в глаза бликовала лежащая на полу возле машины безделушка. Он подошел поближе и присел, чтобы разглядеть эту вещичку. На удивление в пыли лежала серьга.
— У меня сегодня день сережек, — отряхивая от пыли находку говорил он, — Какого хрена правда она тут делает? — удивленно произнес он.
Плохое зрение Жана вынуждало его прищуриваться, чтобы разглядеть детали. Его брови разъехались в разные стороны.
— Чего, — отклонившись от серьги произнес он, — Это ты что ли обронила? — его брови скучились.
— Дай посмотреть, — ответила Шанти.
Она вырвала у него из руки серьгу и положила на ладонь. Незаурядная форма серьги отсылала к осточертевшим вещам.
— Такие носят послушницы Завета, — глядя на ее ладонь произнес Жан, — И не просто послушницы, а прямые последователи, — его тембр голоса стал заметно ниже.
— Ты чего скалишься? — произнесла она, — Ты думаешь я их ношу? Ты сумасшедший? — приложив палец к виску продолжала Шанти, — Я перед тобой еще и отчитываться должна теперь?
— Отчитываться не надо, — твердо ответил он, — Но хотя бы объясниться.
— Хорошо. Параноик фигов! — фыркнула она, — Моя бабушка не ходячая! А ее комната превратилась в груду мусора. Проповедники и послушницы к ней, как на поклон ежедневно со своими травами ходят! Может выпала у кого! А кто убираться будет там? Может мне Джогама попросить?!
Он сжал губы в белую ниточку.
— Прости, этот Завет мне уже сниться, — сделав шаг на встречу к ней произнес он.
-Дай ее сюда, — хмуро продолжила она.
Жан протянул ей серьгу. Небрежно выхватив ее из руки, Шанти с размахом кинула ее в сторону одиноких деревьев.
— Вот и все, — она постучала ладонями друг о дружку, — Там ей и место.
Жан одобрительно кивнул.
— Я правда не хотел тебя обидеть Шанти, — обратился он, — Уверен, будь я на твоем месте. Ты бы мне еще и треснуть успела, — улыбнулся Жан.
— Да все нормально, — ответила она, — Завет и правда уже осточертел...
Она обняла его и закрыла глаза.
— Жан.
— Чего, — ответил он, прижав ее сильней.
— Может твой отец жив? И когда-нибудь, он прийдет за нами... — тяжело произнесла она.
— Не знаю Шанти, не знаю... — он глубоко вздохнул, — Все считают, что он свихнулся и давно умер от голода где-то там, в лесах. Если честно разговоры об отце вгоняют меня в тоску... Но я очень надеюсь, что он построил себе дом на берегу какой-нибудь реки и готовит план для нашего с тобой побега.
— Я тоже очень на это надеюсь, — ответила Шанти.
— А знаешь, что? Мы можем помочь ему! — улыбнулся Жан, — Будем идти к нему на встречу!
— Не понимаю... — ответила она.
— Ну, будем ежедневно на прогулках забираться все дальше! — продолжал он, — Главное время правильно рассчитывать, а то может плохо кончится.
Лицо шанти расплылось в улыбке.
— Жан, ты гений! — крикнула она.
-Тише! — улыбаясь буркнул он, — Тогда решено!
Осколки воспоминаний постепенно склеивались формируя разбитую картину происходящего. Тяжелые веки Жана с трудом раскрылись. Над ним стоял человек, его лицо казалось очень знакомым. Он сильно тряс его за плечи, произнося что-то невнятное. Состояние Жана не позволяло рассудку собраться в цельный, работающий механизм, а потому человек оставил попытки привести его в чувства и бросил его на полу. Перед его глазами оказалась вновь похожая картина, уходящие в даль ноги. Вот только уже не крохотные, а внушительные. Военные сапоги на какое-то время покинули комнату, затем вновь вернулись и по ощущениям, Жана ударило словно током. Человек окатил его водой. Подобная шоковая терапия явно придумана на коленке, но работала безотказно. Картинка в его глазах хоть и плыла, но ясности в ней стало сильно больше. Перед ним стоял Зенит.
— Поднимайся, — рыкнул он.
Организм Жана, физически был сильно потрепан. Нервная система быстро истощалась, поддерживая его в сознании. Тот удар оказался такой силы, что от вазы остались одни осколки. А рассечение, которое он получил окрасило пол в ярко красный цвет.
— Поднимайся я сказал! — он взял его под руки и швырнул на диван, — Где твоя подельница?! — сдавливая плечо рычал он.
Ноющая боль плеча вперемешку с головной была невыносима.
— Я не знаю! — выкрикнул он.
— Животное! — вдавливая палец еще глубже, — Не знаешь?! А я знаю, ублюдок!
На улице слышалась стрельба и крики.
— Пойдем со мной! — потащив его по полу произнес он.
Он выволок Жана на крыльцо и мощным ударом в икроножные свалил его на колени.
— Смотри ублюдок! — он указал на округу.
Военная база повсеместно горела. Военная техника, рядовые машины, казармы все было охвачено огнем. Освещение, работающее по периметру, было практически выведено из строя, а звук стрельбы и взрывов боекомплектов оглушал с нарастающей силой.
— Это вы их сюда привели, сукины дети! — Зенит передернул затвор.
— Стой! — сквозь боль произнес он, неожиданно для себя.
Инстинкт самосохранения сработал бессознательно.
— Она не моя подельница! — закричал он, — Посмотри на меня! — он указал на свое окровавленное лицо.
— Я больше не собираюсь вами возиться! — он прислонил дуло к его затылку.
Перед глазами Жана побежала вся его жизнь. И почти в каждом отрывке мелькающих воспоминаний он видел Шанти. Сотни деталей, что он замечал, но не придавал значения складывались в одну картину. Молитвенные хоры, на которых он так часто видел ее неразборчивые нашептывания. Постоянные вопросы на тему отца. Она расспрашивала о планах на его жизнь и каких-то деталях его возможного побега, прикрываясь интересом к внешнему миру. Вспомнились даже ее ладони, которые были периодически измазаны ритуальным углем, которым рисовали символику Завета. А еще ее больная бабушка, которую Жан не видел на протяжении восьми лет ни единого раза. Все эти вещи кажутся очевидными если ставить их в ряд, но в разрезе восьми лет знакомства с Шанти, их связь была не велика.
«Этого просто не может быть. Почему я не замечал этого раньше, почему не видел... — он закрыл глаза, — Она появилась, когда исчез отец. Боже она ведь, появилась, когда исчез отец.»
— Какой же я идиот! — обреченно произнес он, смиренно опуская голову.
— Зенит, — окликнул его военный, — Он и так не жилец, — смерив Жана взглядом произнес он, — Давай со мной, фанатики рвутся через пробоину в стене.
— Этого и добить не жалко, — зло рычал он.
— Патроны хотя бы не трать, — солдат достал нож, — На вот, лови быстрей! — он кинул его к ногам.
Палец, который почти преодолел сопротивление курка вернулся в кулак. Зенит обошел Жана и наотмашь врезал ему. Удар пришелся по рассечению и кровь брызнула на бетонный пол крыльца. Он свалился наземь, едва удерживая себя в сознании. С виду казалось, что тело уже бездыханно. Зенит с отвращением посмотрел в его сторону. Рана сильно кровила, Жан закашлял кровью.
— Ладно, пойдем, — он поднял нож с пола, — Сдохнешь как свинья! — сплюнув на пол произнес он.
Дождавшись пока военные окажутся на «безопасном» расстоянии он с трудом отринул от земли. Головная боль пронизывала каждую клеточку его мозга, а звон в ушах был просто невыносим. Он небрежно вытер кровь с лица и совершил первую попытку встать. Тело ответило отказом. Ноги и руки обмякли, а нутро дрожало от бессилия. Жан протянул руку до перилл, которыми было опоясано крыльцо. Усилием воли он напряг все свои мышцы и подтянул себя поближе к ограде. Опершись на нее, совершил очередную попытку подняться и преуспел. Неуверенно стоя на ногах, Жан осмотрелся. Плывущая картинка наперевес с плохим зрением, тут и там пестрила яркими очагами. Он протер глаза и происходящее стало слегка четче. Хаос, творящийся на базе не укладывался в голове. Ворота были на распашку открыты, а стены в нескольких местах были пробиты из тяжелых орудий. Бой шел практически вслепую. Местность освещали лишь пожары и редкие прожектора, которые целенаправленно выводили из строя фанатики. Нападающие вели себя как одержимые. Голой грудью они бежали на оружие, получая смертельную автоматную очередь. Не жалея людей, они давили в прямом смысле «мясом». Но были и те, кто вел прицельную стрельбу. По всей видимости их целенаправленно обучали, либо это были перебежчики со стороны военных. Тела фанатиков были исписаны с ног до головы уже знакомыми символами, а на лбу и ладонях был единый знак — треугольник, внутри которого находился глаз, испускающий слезу.
Жан сделал несколько глубоких вдохов и двинулся в сторону столовой. Туда, отстреливаясь отступали военные. Надежда была только на отца, ибо сейчас он чужд для обеих сторон. Рядом с ним свистели пули, а в какой-то момент земля содрогнулась с такой силой, что его ноги подкосились.
«Нужно найти отца — крутилось у него в голове, — Нужно срочно его найти»
Прямо на его глазах бритоголовый фанатик зубами вцепился в шею сваленного наземь военного. Но прокусив ему гортань, одержимый не остановился. Он выдавил ему глаза, а затем достал нож и несчетное количество раз нанес удары по всему телу. Выпустив пар, бритоголовый оглянулся и его взгляд упал на него самого. Его дикие глаза смотрели прямо ему в душу. Фанатик облизнул окровавленные губы и словно цепной пес бросился на Жана. Его обессиленный организм был попросту не готов к сопротивлению. Одержимый сбил его с ног и размашисто наносил удары ножом. Жан увернулся от двух таких, но третий удар попал ему в ключицу. Кость приняла на себя весь удар, а нож соскочив на половину вошел в его грудь. Жан оттолкнул его от себя используя остатки своих сил. Боевой раж, в котором находился этот одержимый, был сравним с поведением голодного хищника. Его тело было изранено, пулевые ранения обильно кровили, но он будто бы не замечал их. Не успев подняться на локти, он снова набросился на него. Издав громкий рев, он придал ускорение ножу целившему прямо в горло. Внезапная автоматная очередь остановила фанатика. Как тряпичная кукла он упал рядом с Жаном.
— Ты как, пацан? — подхватывая его под руку произнес Арчи.
Шок в котором он находился, не давал ему осознать, что он сейчас все еще жив.
— Ало, ты меня слышишь? — слегка тряхнув его продолжил он, — Держите его парни, — обратился он к группе солдат, стоявших позади него.
Он приложил дуло к голове фанатика и сделал контрольный выстрел.
— Кого-нибудь из моей группы видел? — спросил он, заглядывая в лицо Жану.
-Зенит, — он тяжело закашлял, — Он ушел туда, — Жан указывал в сторону стен.
— Это он тебя так? — поинтересовался Арчи.
— Не он.
Арчи едва заметно улыбнулся.
— Зенит, Зенит... Он не плохой человек. Поверь мне на слово, если бы он действительно захотел тебя убить — убил бы.
Очередная дрожь земли заставила всю группу пошатнуться. В далеке частично свалилась наземь израненная стена, придавив собой несколько человек.
— Так, — начал Арчи, — Слушайте меня внимательно. Парня нужно оттащить к столовой, поближе к нашим. Предоставьте ему необходимую медицину.
— Арчи, он один их них, — возразил один из солдат.
— Посмотри на него, дружище, — указывая на него пальцем произнес он, — Даже если так, он уже недееспособен. Да и с чего бы его собрату в таком случае нападать на него. Не клеится же, ну?
Солдат сжал губы.
— Вы двое займетесь парнем, — он указал на двух воинов, что держали Жана под плечи, — А вы вдвоем со мной. Увидите девку в плен не брать, стрелять на поражение!
«Девку? Какую еще девку? — тяжелая голова Жана, едва соображала, — Шанти что ли? Стрелять на поражение? Это как же так.»
Жан отхаркнул сгусток крови.
— Есть у вас «сладенькое» с собой? — обратился он к воякам, — Дайте ему пока он коней не отбросил.
Военный достал маленький шприц и вонзил его в ногу Жана. Неизвестное вещество, проникая в межклеточное пространство с завидной скоростью распространялось по телу. Боль и тревога сменилась спокойствием и ощущением подоспевших резервов организма. Его взгляд в считаные секунды получил ту ясность взора, что была ему присуща.
— Легче? — спросил Арчи.
Жан кивнул.
— Понимаешь теперь, как эти ублюдки на ногах стоят, когда по ним пол обоймы выпустишь? Накачивают их черти чем, они потом на людей не похожи. Зверье...
Рядом резко засвистели пули, вся группа пригнулась.
— Все братья. Исполнять. — махнув рукой воякам двинулся к стене Арчи.
Жан посмотрел ему вслед. В его голове звучала фраза:
«В плен не брать, стрелять на поражение»
Где-то здесь, среди мрака, пыли и гари сейчас находится Шанти. Это никак не укладывалось у него в голове. Произошедшее лишило его возможности оправдать ее хотя бы для себя самого. Его переполняли противоречивые эмоции. Злость вперемешку с чувствами, которые он питал к ней.
«Я был просто возможностью пробраться сюда, — по его щекам побежали слезы, — Во всех этих смертях виноват я, — он небрежно вытер их с лица грязным рукавом, — Я это заварил, мне и расхлебывать...»
