В разгар дня, когда я как раз изучал очередной свиток с данными о неудачных экспериментах Ватхитроса, меня вызвал Асмодей. Внешняя связь вспыхнула ядовито-зелёным пламенем, и в нём появилась его раздражённая физиономия. Он был недоволен. Очень недоволен.
— Саллос! — прорычал он, даже не поздоровавшись. — Там эта Татьяна опять подала на меня в высший суд! Претензия та же! Я истребляю вашу семью и заставляю тебя себе служить!
Я откинулся на спинку кресла и закатил глаза.
— Вот дура неугомонная... Ну ушла, так и помалкивай, называется. Так и чего ты?
Асмодей фыркнул, и из его ноздрей вырвались струйки дыма.
— Меня ночью Амаймон вызывал. По этому поводу. Спрашивал, жалоба реально фиктивная, или ты что-то скрываешь?
Вот это был поворот. Я подался вперёд, внимательно глядя на него. Асмодей, конечно, тот ещё шутник и манипулятор, но чтобы так нагло врать Владыке...
— И что ты ответил ему? — спросил я, уже догадываясь, что ответ мне не понравится.
Асмодей отвёл взгляд и почесал когтем за рогом.
— Скрываю... сказал.
На секунду в кабинете повисла мёртвая тишина. Я молча смотрел на него. Он молча смотрел куда-то в сторону, избегая моего взгляда.
— А он чего? — наконец спросил я, нарушая тишину. Мой голос был обманчиво спокоен.
Асмодей снова посмотрел на меня, и на этот раз в его глазах плясали озорные искорки.
— А он чего... Засмеялся. Громко так. Сказал: «Асмодей, ты неисправим. Опять интригуешь». А потом добавил: «Но раз ты скрываешь, значит, у тебя есть какой-то план. Не разочаруй меня». И всё. Отпустил.
Я выдохнул. Напряжение спало. Амаймон не поверил ни единому слову. Он просто играл с нами, как кот с мышью, давая Асмодею иллюзию контроля.
— Ты... — я не знал, злиться мне или смеяться. — Ты хоть понимаешь, что он тебя просто троллит?
Асмодей расплылся в своей фирменной хищной улыбке.
А:— Конечно, понимаю. Это же самое интересное. Теперь у меня есть повод держать тебя ещё ближе к себе. «Скрываемый секрет» от Владыки — это отличный рычаг влияния, не находишь?
Я лишь покачал головой. Этот демон неисправим.
С:— Ладно, рычаг влияния. Только давай договоримся: когда она подаст в суд в третий раз, отвечать будешь сам. У меня от её бреда уже голова болит. Она что, правда думает — если бы тебя и твоего воплощения в моей жизни не было, её план по созданию семейно-делового союза удался бы? Хех, нет уж, дудки. Я с токсичными телками не якшаюсь долго.
Демон театрально вздохнул, разводя руками.
Асмодей: Ах, как ты жесток! Разбиваешь мне сердце. Неужели совсем не ценишь мои старания? Я же, можно сказать, твой ангел-хранитель... с небольшими особенностями.
Я скрестил руки на груди, не поддаваясь на провокацию.
С:Особенности? Ты называешь это особенностями? Ты же специально её доводишь, чтобы посмотреть, как она будет бегать по судам. Это не особенности, это садизм.
Он щёлкнул пальцами, и в воздухе материализовался бокал с дымящимся напитком.
Асмодей: Называй это как хочешь, но результат налицо: ты свободен, а она в бешенстве. Разве не этого ты хотел? К тому же, — он сделал глоток, — без меня ты бы уже давно был окольцован и связан по рукам и ногам долговыми обязательствами. Ты должен быть мне благодарен.
Я закатил глаза.
— Благодарен? За что? За головную боль и судебные издержки? Нет уж, в следующий раз разбирайся сам. Я умываю руки.
Демон ухмыльнулся, его глаза загорелись опасным блеском.
Асмодей: Следующего раза не будет. Я её окончательно деморализовал. Теперь она будет видеть тебя в кошмарах. Но услуга за услугу: с тебя бутылка хорошего виски. За моральный ущерб, так сказать. Моему тонкому душевному складу тоже нужна компенсация.
Я посмотрел на него с нескрываемым раздражением.
— Компенсация? Ты серьёзно? Ты же демон, у тебя нет души, какой тебе ещё ущерб?
Мы еще посидели с Асмодеем (я призвал его прямо в кабинет) попивая вино из древних кубков принесенных из замка Ватхитроса. Вино было вкусным, из красного винограда...из личных запасов Асмодея :)
***
Я телепортировался в энергетический сектор цитадели. Уровень радиации здесь стараниями техников Миренэ уже снизился до нормы, впрочем, местами фон был ещё превышен в 3–5 раз. В кварталы вокруг начало возвращаться эвакуированное на время работ население, там фон был уже в полной норме. Энергоблок был в основном уже построен. Техники завершали монтаж всяких технологических схем и компонентов.
Миренэ: господин Саллос, работы идут полным ходом, ещё часов 20–25 и можно запускать установку.
Саллос: очень на это надеюсь, Миренэ, а то наши резервные источники уже почти выработали свой ресурс. За ночь генерация энергии в цитадели снизилась до 35 твт. Во многих кварталах пришлось полностью — к недовольству населения — отключить весь свет, чтобы не встал утилизационный завод и не отключилась Камалока. Экономить уже не получается, промышленность останавливается.
Миренэ: отлично понимаю трудности... сейчас монтируются энергетические шины, а внутри завершается установка активной зоны и загрузка топлива. Мы используем новый тип кристаллического топлива, стабилизированного некротическими полями. Это даст нам прирост мощности минимум до 185 твт, а при полной синхронизации с резервными линиями — до 210.
Саллос: 210 — это уже другой разговор. Но этого едва хватит, чтобы покрыть нужды ИаШинхарии на ближайшие 50 лет. Население растёт, а новые кварталы требуют энергообеспечения уже сейчас. Нам нужен запас прочности. Что с системой аварийного сброса? Если опять произойдёт скачок, как в прошлый раз, мы потеряем не только энергию, но и половину инженерного корпуса.
Миренэ поправил визор и активировал голографическую схему реактора.
Миренэ: система сброса полностью переработана. Теперь у нас есть три независимых контура охлаждения и автоматические изоляторы на каждой шине. Даже при неконтролируемой цепной реакции выброс будет локализован в пределах активной зоны. Риск минимален.
Саллос: надеюсь, ты прав. Потому что если эта махина рванёт, нам придётся эвакуировать не пару кварталов, а весь сектор. А это пара миллиардов жителей. Я не хочу объяснять Амаймону, почему его подарок превратился в груду радиоактивного щебня.
Миренэ усмехнулся, его голос прозвучал уверенно:
Миренэ: господин Саллос, я ручаюсь за этот проект головой. Мы учли все ошибки прошлого. Через сутки цитадель получит энергию, которой хватит даже на твои амбициозные проекты по освоению новых Фиоров.
Саллос: вот это уже деловой разговор. Держи меня в курсе каждого этапа. И предупреди службы гражданской обороны, чтобы были готовы к немедленному запуску. Как только дашь зелёный свет, я лично активирую главный рубильник.
Я только успел вернуться в кабинет, как дверь распахнулась. На пороге стоял придворный демон-маг Вельветариил — его рога сегодня были украшены светящимися рунами, а в руках он держал небольшой кристалл, пульсирующий тусклым красным светом.
— Господин Саллос, отчёт по заказу колдуна готов. Приворот завершён, объект зафиксирован на цели. Всё прошло чисто, без побочных эффектов для структуры реальности.
Я нахмурился, жестом приглашая его войти.
— Вельветариил, напомни мне ещё раз: этот колдун точно не из «серого племени»? Мне не нужны проблемы с нелегалами и их «свободой и едой».
Вельветариил усмехнулся, аккуратно положив кристалл на стол.
— Нет, господин. Обычный человеческий колдун, платит всякой обычной для н их ерундой, да вы сами же приносили, кольцо и свечи. Просил стандартный приворот на бывшую деловую партнёршу. Судя по досье, она действительно пыталась его использовать, так что мы лишь восстанавливаем баланс.
Я задумчиво повертел кристалл в руках.
— Хорошо. Но если она подаст в суд или начнёт обвинять нас в ментальном воздействии, отвечать будешь ты. И перед судом, и передо мной. У меня сейчас нет времени на разборки с человеческими ведьмами.
Вельветариил склонил голову.
— Разумеется, господин Саллос. Все следы ведут к естественному магическому фону, комар носа не подточит. Колдун получит свой рычаг влияния, а мы — лояльность и оплату.
Я кивнул, отпуская его взмахом руки.
— Свободен. И держи меня в курсе, если что-то пойдёт не так.
Вельветариил исчез в клубах дыма, а я снова остался один. День обещал быть насыщенным: энергетический кризис, привороты, суды... Обычная рутина для правителя ИаШинхарии
***
Внезапно из коридора послышался шум и крики.
— Женщина, куда вы? — кричал Хиариил. — Хозяин занят...
— Мне надо больше всех! — раздавалось в ответ.
Дверь резко открылась. На порог влетела барышня. Сзади стоял Хиа с виноватым выражением лица.
— Хозяин, я её пытался не пускать... но она всё равно... это живая... — промямлил он.
Душа подошла к столу, встала на колени и начала извиваться в интересной позе. Потом прошептала:
— О, демон Асмодей, возьми меня, возьми полностью...
Я вздохнул и посмотрел на неё с нескрываемым раздражением.
— Гражданка, вы адресом ошиблись. Я Саллос, а не Асмодей.
Душа не обратила никакого внимания. От неё в стороны расплывалась энергия похотливости.
— О, все инкубы Асмодеева легиона, я вся ваша... — бормотала она в экстазе, закатывая глаза. — Пусть Асмодей придёт и возьмёт меня! Я чувствую его зов! Он здесь, он рядом! Я готова отдать всю свою жизненную силу, лишь бы он коснулся меня! Я принесу ему в жертву всё, что у меня есть! Возьми меня, мой господин, возьми прямо здесь, на этом столе! Я твоя рабыня, твоя игрушка, твоя пища...
Я стоял и беспомощно смотрел на этот цирк. Потом вызвал Асмодея по связи.
— Асмодей, у меня тут цирк призывательский. Какая-то дура корчится в экстазе и призывает тебя, принимая меня за тебя... Хочешь на это посмотреть?
Асмодей: Ой, да они достанут и мёртвого... Весна на дворе, чего ты хочешь? Ща приду, раз она такая искренняя...
Связь погасла. Через секунду Асмодей проявился в моём кабинете, брезгливо поморщился и принялся изучать эту тётку. Он обошёл её по кругу, скрестив руки на груди, и саркастически ухмыльнулся.
А:— Ну-ну... Какая страсть. Какая самоотдача. Прямо слеза наворачивается. Саллос, ты только посмотри на этот шедевр человеческой глупости. Она даже не удосужилась узнать, как выглядит объект её вожделения. Я бы сказал, вкус у неё так себе.
Он щёлкнул пальцами, и вокруг души на мгновение вспыхнуло алое пламя. Она издала протяжный стон, не прекращая извиваться.
А:— Саллос, это даже не профессиональный призыв. Это просто весеннее обострение и гормональный взрыв. Она даже не знает, что такое контракт с демоном. Просто хочет «большой и чистой любви» в демоническом исполнении. Тьфу.
Я скрестил руки на груди.
Саллос:— И что мне с ней делать? Она же не уйдёт, пока не получит своего «Асмодея». А у меня совещание через десять минут.
Асмодей наклонился к самому уху женщины и прошептал что-то на древнем языке. Её глаза расширились, а потом она резко побледнела и начала оседать на пол.
— Я её немного... разочаровал в её фантазиях. Теперь она будет считать, что провела ночь с самым скучным демоном в истории мироздания. Желание пропадёт само собой через пару часов. А когда она очнётся, будет помнить только то, что «Асмодей» оказался занудным бюрократом, который заставил её подписать двадцать семь форм отказа от претензий.
Он выпрямился и подмигнул мне.
— Ты мне должен бутылку хорошего виски. За моральный ущерб. И за вино которое я доставал из личных запасов чтобы с тобой тут выпить перед этим вот всем.
Я лишь покачал головой: Ты же демон страсти, тебе должно быть в радость.
Асмодей усмехнулся и растворился в воздухе, оставив после себя запах серы и тихий смех. Хиариил осторожно подошёл к лежащей на полу женщине.
— Господин Саллос... куда её?
Я махнул рукой.
— Пусть Херемитакиос заберёт. Скажи ему, что это нелегалка по части «серого племени». Пусть оформит как нарушение общественного порядка и отправит в Камалоку на профилактическую беседу. И дверь запри покрепче. У меня ещё совещание.