Пассажиры рейса 612 — 115 взрослых и 45 детей, шесть из которых были грудничками — возвращались с летнего отдыха в Анапе домой в Санкт-Петербург. В салоне Ту-154 была атмосфера усталого, но мирного завершения отпуска. Ничто в начале полета не предвещало трагедии. Однако по маршруту следования формировались два мощных очага грозовой активности. Стихия готовилась к встрече.
Командир воздушного судна, 49-летний Иван Корогодин, опытный пилот, принял решение лететь. Вылет из аэропорта Витязево совершился согласно плану. На подходе к Ростову диспетчер предупредил экипаж о мощных грозах с сильным градом в районе их трассы. Однако в этом предупреждении отсутствовала ключевая деталь — необычайно высота грозового фронта, достигавшая 12-13 километров. Эта информация могла изменить расчеты пилотов.
Первое серьезное испытание экипаж встретил южнее Донецка. На их пути возникла огромная, почти черная грозавая туча. Корогодин, оценив ситуацию, принял решение обойти ее справа. Маневр был выполнен успешно. Самолет вышел из зоны сильной турбулентности, и на борту, вероятно, появилась надежда, что самое страшное позади. Но самое страшное ждало впереди.
При переходе на связь с харьковскими диспетчерами экипаж не получил дополнительных данных о развитии и характере грозового фронта в их непосредственной зоне. Лайнер продолжал движение, фактически направляясь в сторону активного и чрезвычайно высокого штормового образования. Пилоты, не обладая полной картиной, не могли оценить всю степень опасности.
В 15:37 по московскому времени самолет начал вход в зону мощных облаков. Сразу после этого произошло резкое, автоматическое поднятие лайнера на 400 метров за считанные секунды. Это была реакция автопилота на сильный восходящий поток внутри грозового фронта. Затем Ту-154 потерял управление. Нос самолета «залип», машина начала заваливаться вправо с возрастающей скоростью.
Пилоты оказались в борьбе со стихией. Командир Корогодин и второй пилот предпринимали попытки выровнять самолет, отклоняя штурвал и пытаясь управлять высотой. Но силы, действующие на воздушное судно в центре грозы, превышали возможности человеческого вмешательства и механизмов управления. Самолет перешел в плоский штопор, состояние почти полной неуправляемости.
Из этого положения вывести многотонную машину было невозможно. Ту-154 начал неуправляемое падение с высоты около десяти тысяч метров. В последние секунды экипаж, возможно, продолжал пытаться спасти ситуацию, но законы физики были неумолимы.
Самолет столкнулся с землей в степной зоне примерно в 40 километрах от Донецка. Мгновенно произошел взрыв топливных баков, фюзеляж разорвался на части. Обломки и фрагменты были рассеяны на большой площади. Никто из 170 человек на борту не выжил.
Спасательная операция началась почти сразу после обнаружения места катастрофы. Но ее характер был трагическим — это была не операция по спасению, а операция по сбору и идентификации. Работа в степной зоне осложнялась масштабами разрушения и разбросом останков. Следственные группы и спасатели трудились в условиях тяжелейшей психологической нагрузки.
Я восемь лет работаю в МЧС, но такого никогда не видел, — вспоминал один из спасателей. — Дети и их матери буквально сплелись в одно целое. Тела жутко обгоревшие. На лицах – ужас.
Памятник погибшим был установлен на месте катастрофы. Он стал символом не только памяти о конкретной трагедии, но и напоминанием о неумолимости стихии и о ценности каждой детали в сложной системе обеспечения безопасности полетов. История рейса 612 завершилась в донецкой степи, но ее уроки продолжают жить в анализе, регуляциях и в сердцах тех, кто помнит.
Уважаемые читатели! Если вам понравилась публикация, не забудьте поставить лайк и подписаться на канал. Это лучшая награда за труд!