От строительных объектов к истории родного края: почему инженер-строитель занялся топонимикой, как искал корни своего рода в белорусских архивах и что интересного узнал о хуторах Марьинского поселения.
Когда я писал статью о хуторе Екатеринославском (Солонянке), консультировался по телефону с жителем
Марьинского поселения Виктором Комисарчуком. И тогда понял, что имею дело с неординарным человеком, обладающим ценной информацией об истории Марьинского поселения. Тот разговор подтолкнул меня к тому, чтобы разузнать о нем подробнее.
– Виктор Иванович, расскажите коротко о себе, вашей семье.
– Я родился в 1964 году в станице Старолеушковской Павловского района, там же с золотой медалью окончил школу и поступил на строительный факультет Кубанского сельскохозяйственного института, который окончил в 1986 году с красным дипломом.
Хотел заняться наукой, но в аспирантуру меня не взяли, так как я должен был отработать три года в родном колхозе, по направлению которого поступал. И хотя колхоз «Советская Россия» дал мне «вольную», принципиальный проректор по науке сказал, что надо отработать на производстве три года. Я выбрал работу, связанную с наукой, а именно с внедрением новых строительных материалов.
Женился я в 1985 году, когда учился на четвертом курсе. Моя жена Ольга тоже была студенткой. Вместе мы уже 40 лет, у нас двое взрослых детей: дочь Олеся и сын Дмитрий. Оба экономисты.
– Как вы оказались в хуторе Марьинском?
– Работал я в научном отделе треста «Оргтехстрой», часто разъезжал по краю. Жили в Краснодаре на съемной квартире с удобствами во дворе, а жена находилась в отпуске по уходу за ребенком, так как мест в детском саду не было. Получить квартиру на предприятии не было перспектив, и тут подвернулся, как оказалось, счастливый случай. В 1989 году нас с женой (она агроном) пригласил на работу в колхоз имени Фрунзе председатель Иван Федорович Сальников. Предоставил жилье, ребенку – место в детском саду. Я работал инженером-строителем, претворяя в жизнь программу газификации хуторов, а жена – агрономом. Со временем я заочно окончил юридический факультет, а жена – финансово-экономический. В 1997 году меня назначили заместителем директора сельхозобщества по общим вопросам, а жена со временем стала главным бухгалтером.
К СВЕДЕНИЮ
Топонимика – наука, которая изучает названия городов, сел, рек, гор, озер и других географических объектов, их происхождение, смысловое значение, развитие, современное состояние, написание и произношение.
– Как вы стали краеведом-топонимистом?
– С возрастом у человека возникает потребность обратиться к своим корням. Так случилось и со мной: я решил изучить историю нашего рода Комисарчук.
Мои предки родом из Брестской области Белоруссии. В 1961 году переехали на Кубань, в станицу Старолеушковскую Павловского района. Дядя – брат отца – мне в детстве много рассказывал о Белоруссии, многострадальной истории ее народа. Он меня и надоумил изучить нашу родословную.
Семью моего деда в Первую мировую войну из Брестской губернии выслали в Саратовскую. Дедушка, Михаил Емельянович Комисарчук, в Гражданскую воевал за красных. А в 20-х годах семья вернулась на родину – в Брестскую область, которая по итогам Первой мировой войны оказалась польской территорией. Спецслужбы быстро вычислили бывшего красноармейца и упекли его в польскую тюрьму на 10 лет. Выйдя из нее в 1936 году, он в возрасте 39 лет женился. А в 1939 году Западную Белоруссию освободили – она стала советской. Там и жили мои предки до переезда на Кубань.
В 1992 году я сделал запрос в Белорусский национальный архив. Оплатив услугу в долларах (заграница!), я получил информацию о деревне Пигасы, где проживают Комисарчуки. Эта фамилия в тех местах распространенная, но не все они родственники.
Постепенно, изучив свою родословную, я уже не смог оторваться от поисковой работы и решил изучить историю Марьинского поселения.
Тут уже начались масштабные поиски. Краеведение – дело серьезное: каждая информация должна быть подтверждена документами. С этой целью я обращался в Национальный исторический архив Белоруссии, центральные исторические архивы Российской Федерации, Государственные архивы Краснодарского, Хабаровского краев, Российскую национальную библиотеку и даже в государственный архив Кировоградской области (Украина).
Это оказалось настолько увлекательным, что все свободное время я отдаю своему хобби.
– Над чем сейчас работаете, какие планы на будущее?
– Я продолжаю собирать материалы по истории Марьинского поселения. Это бесконечный процесс, как сама история. Со временем планирую систематизировать мой огромный архив и передать его в надежные руки.
– Спасибо за интересную информацию, дальнейших вам успехов!
В каждом названии есть своя тайна
У Виктора Комисарчука уже образовался собственный исторический архив из полученных документов – это итог долголетних поисков и его капитал. В результате изысканий ему удалось узнать много интересного о хуторах Марьинского поселения.
О хуторе Екатеринославском наша газета писала уже не раз. Поэтому сегодня – об остальных хуторах Марьинского поселения.
Марьинский
История хутора Марьинского оказалась весьма интересной, начиная уже с его названия. Была легенда, что хутор назван в честь помещицы Марьи, которая построила в хуторе школу и даже преподавала в ней. С нее и начал поиски Комисарчук. Да, была такая Марья Гермогеновна Аксенова – уроженка города Тифлиса, дочь военного инженера. Она вышла замуж за офицера Аполинария Фомича Рукевича, который дослужился до генерала и после Кавказской войны жил в Екатеринодаре и возглавлял управление Кубанского губернского воинского начальника, а также был почетным мировым судьей по Екатеринодарскому уезду. После окончания войны за боевые заслуги он получил на Кубани от царя земельный участок размером 1000 десятин, то есть около 1000 гектаров в современном измерении, став таким образом помещиком. На этих землях образовались два хутора Рукевича – первый и второй.
Жена генерала, Марья Гермогеновна Рукевич, как и другие жены офицеров, занималась благотворительностью, была членом правления Екатеринодарского женского благотворительного общества. Ее стараниями в конце 80-х годов XIX века в одном из хуторов Рукевич была открыта одноклассная школа. Радея за культуру и просвещение жителей родового селения, Марья Гермогеновна приняла решение о строительстве нового помещения для местной школы, где периодически, приезжая из города, и сама давала уроки.
После смерти мужа вдова решила уехать к родителям в Тифлис, а землю оставила местной хуторской общине. Благодарные хуторяне в честь доброй и щедрой хозяйки переименовали один из хуторов Рукевича в Марьинский, тем самым увековечив имя меценатки.
Школа функционировала до 1969 года, когда ее здание снесли, а на этом месте построили здание правления колхоза. В архивах даже фотографии школы не нашлось.
В хуторе сохранились здания, построенные в начале ХХ столетия, они принадлежали зажиточному роду Тороп, признанному кулаками, которых выслали в места не столь отдаленные. Сейчас никого из представителей рода Тороп в хуторе не осталось, а здания стоят и служат людям как жилые дома, а в одном из них располагается почта.
Хутор Марьинский, как и другие хутора поселения, пережил все тяготы революции, гражданской войны, коллективизации, фашистской оккупации, послевоенного восстановления, смену общественного строя и собственности.
Особое место в истории Марьинского сельского Совета занимали киносъемки в 1961 году художественного фильма «Наш общий друг». Его снимал прославленный своими «Кубанскими казаками» режиссер Иван Пырьев. Старожилы до сих пор помнят, как принимали участие в съемках массовых сцен, как общались с настоящими и будущими кинозвездами Сергеем Филипповым, Юрием Беловым, Натальей Фатеевой, Михаилом Кононовым и другими актерами. Благодаря этому фильму хутор Марьинский и хуторяне прославились на весь Советский Союз.
В 90-х годах колхоз имени Фрунзе стал АСО ЗТ «Марьинское», принадлежащим на паях всему коллективу.
Зиссермановский
Хутор Зиссермановский назван в честь его основателя – полковника Арнольда Львовича Зиссермана, командира первой бригады Кубанского казачьего войска, которая была дислоцирована в станице Ладожской.
Он принимал активное участие в Кавказской войне и за боевые заслуги был наделен земельным участком 1100 десятин на берегу реки Терс (Мокрый Зеленчук), где занялся садоводством.
Помимо садоводства, Арнольд Львович серьезно занимался историей Кавказской войны, его считали лучшим историком Кавказа того времени. Он написал книги «История Кабардинского полка», «Двадцать пять лет на Кавказе». На почве литературного творчества был знаком с Львом Николаевичем Толстым, который даже консультировался с ним при написании рассказа «Хаджи-Мурат». После революции земли Зиссермана национализировали, а название хутора, к удивлению, сохранилось.
В результате длительных поисков Виктору Комисарчуку удалось установить, что правнук полковника Константин Николаевич Зиссерман живет в Австралии, ему сейчас 87 лет. Он приглашал Виктора Ивановича в гости, но тому все как-то недосуг.
Терско-каламбетский
Хутор Каламбет был образован в 1873 году, когда братья Каламбетовы вместе с братьями Гетовыми купили 827 десятин 725 квадратных сажень земли у коллежского советника Серафиновича.
А хутор Терский заселялся в 1921-1922 годах переселенцами с Терека на бывшей земле изгнанного помещика Е. Ф. Бабкина, который имел усадьбу с добротными помещениями, бассейном и фонтаном, фруктовым садом и сосновым бором.
После слияния этих двух хуторов в 30-х годах прошлого века образовался единый Терско-Каламбетский – хутор, носящий двойное название.
Зубов
Зубов, возникший в конце XIX века, не стал исключением из исторической традиции: хутор назвали по фамилии помещика-основателя. Он знаменит своей мельницей, здание которой стоит с начала XX века. Буквально до последних лет она выполняла свои функции, пока не уступила в конкуренции современным предприятиям.
Зайчанский
В хуторе Зайчанском проживает около 90 человек. Старожилов в живых не осталось, поэтому его топонимику Виктору Комисарчуку установить не удалось. Исторически хутор связан с Зайцевским крестьянским поземельным товариществом, которое было образовано в 1901 году и административно причислено к Ванновской волости.
Этот маленький хуторок известен великим земляком: здесь родился Герой Советского Союза Владимир Иванович Грецкий (1912-2000).
Долинов
Хутор Долинов, входит в перечень населенных пунктов Тбилисского района, но его население, согласно официальным данным, составляет ноль жителей, то есть, по факту, его нет. Хутор возник на землях помещика болгарского происхождения И. Г. Дулинова.
Леоновка
Также исчезло с лица земли красивое старинное село Леоновка, образованное в 1871 году. Оно стало жертвой программы по укрупнению населенных мест и ликвидации неперспективных в 70-х годах ХХ века.
Село получило свое название в 1893 году в честь атамана Кубанского казачьего войска Г. А. Леонова. До этого село называлось Александрфельд, что говорит о немецкой национальности его первых жителей. Маленькая интересная деталь: сейчас на месте села сохранился фундамент кирхи (храма) – его не смогли разрушить.
Почему местный колхоз назвали именем красного полководца?
Потому, что в довоенные годы в угаре революционной эйфории было принято называть колхозы именами героев Гражданской войны и первых лет советской власти, никакого отношения к сельскому хозяйству не имеющих. В результате на территории Марьинского поселения в те годы появились колхозы имени Чапаева, Чкалова и Фрунзе и даже «Артиллерист». После укрупнения остался только красный полководец Фрунзе, думали так увековечить его имя, но время пришло к здравому смыслу – сейчас это АО «Марьинское». Однако памятник Фрунзе сохранили.
ОТ АВТОРА
После этого разговора я в очередной раз поблагодарил свою профессию за возможность встречаться с неординарными личностями, энтузиастами, подвижниками-краеведами, такими как Виктор Комисарчук. Думаю, результаты его фундаментального исследования смогут заинтересовать районный архив. А заодно у меня возникла мысль, что неплохо было бы под эгидой районного архива издать топонимический словарь-справочник Тбилисского района, где в алфавитном порядке расшифровать историю названия станиц, хуторов, рек, исторических мест и прочих топонимов. К примеру, почему река называется Кубанью, Бейсугом, станица – Геймановской, хутор – Староармянским, лес – Кадушкиным и так далее.
К поисковой работе можно привлечь молодежную организацию «Движение Первых» по примеру ранее существовавших красных следопытов. Думаю, они справятся с этим делом.
Уверен, что такая книга станет бестселлером районного значения и может быть примером для других районов.