В марте 2026 года заходы кораблей Тихоокеанского флота в иностранные порты стали не просто эпизодами дальнего похода, а последовательной работой по поддержанию связей в Азиатско-Тихоокеанском регионе. За короткий срок российские моряки посетили сразу несколько государств, где их встречали представители командования ВМС, дипломаты и портовые службы. Программа этих визитов включала не только официальные церемонии, но и рабочие встречи, обмен опытом, а также совместные культурные и спортивные мероприятия.
Всё это показывало, что Тихоокеанский флот продолжает использовать дальние походы как важный инструмент профессионального общения и укрепления международных контактов. За несколько недель российские корабли последовательно отметились в Малайзии, Мьянме, Вьетнаме, Индии, Бангладеш и Индонезии.
Мартовская череда деловых заходов фактически началась с завершения визита корветов «Совершенный» и «Резкий» вместе с танкером «Печенга» в малайзийский Джорджтаун. Затем последовали заходы в Тилаву в Мьянме, Камрань во Вьетнаме, индийский Вишакхапатнам, Читтагонг в Бангладеш, а в конце месяца — в Джакарту. Сам по себе такой перечень уже говорит о многом. За короткий срок Тихоокеанский флот показал, что его походы остаются не только формой присутствия в дальних морских районах, но и инструментом прямого рабочего общения с партнёрами в одном из самых насыщенных и чувствительных с точки зрения международной обстановки регионов мира.
В подобных визитах многое строится на протоколе, но одними церемониями дело не ограничивается. Корабль приходит в иностранный порт не для того, чтобы постоять у причала и через сутки снова уйти в море. Почти везде программа включает встречи с представителями военно-морских сил принимающей стороны, визиты вежливости, переговоры с командованием, обмен профессиональным опытом, культурные и спортивные мероприятия. В ряде случаев к этому добавляются совместные тренировки по связи и маневрированию. На практике это означает, что флот ведёт спокойную, рутинную, но от этого не менее значимую работу по поддержанию контактов — ту самую, которая редко попадает в центр внимания широкой аудитории, но в военно-морской среде ценится очень высоко.
Хорошо это видно на примере Джакарты, куда в конце марта прибыл отряд кораблей в составе дизель-электрической подводной лодки «Петропавловск-Камчатский», корвета «Громкий» и морского буксира «Андрей Степанов». Для российского отряда здесь были предусмотрены конференции по обмену опытом, экскурсионная и спортивная программы, а также совместное маневрирование и тренировка по связи с индонезийской стороной. Такой формат уже нельзя назвать простой вежливостью. Это рабочее военно-морское общение, где каждая сторона получает возможность увидеть, как действуют коллеги, как выстроено взаимодействие экипажей, как решаются организационные вопросы и насколько надёжно можно опираться на уже сложившиеся каналы связи.
В Джорджтауне у мартовского маршрута был свой, особый тон. Российские моряки не ограничились официальными встречами и краткой стоянкой. Они посетили исторические и памятные места штата Пенанг, а одной из центральных точек программы стала церемония у монумента матросам и офицерам крейсера «Жемчуг», погибшего у берегов Пенанга в 1914 году. Для флота такие эпизоды не являются декоративным приложением к протоколу. Они возвращают разговор к общей памяти, морской истории, пониманию того, что в международных отношениях многое держится не только на документах, но и на уважении к прошлому. Параллельно прошли товарищеские спортивные встречи с принимающей стороной. Внешне это может показаться деталью, однако именно через такие, казалось бы, простые формы общения быстрее всего снимается лишняя настороженность и появляется обычный человеческий контакт между офицерами и матросами.
Схожим по структуре, но иным по наполнению был визит в Тилаву в Мьянме, куда те же корабли прибыли в первых числах марта. На берегу их встречали представители посольства России и офицеры ВМС Мьянмы. По сообщениям местных источников, визит продолжался шесть дней и был оформлен как goodwill visit — визит доброй воли. В военно-морской практике это обозначение имеет вполне конкретный смысл. Речь идёт о визите, рассчитанном не на демонстрацию силы, а на поддержание устойчивого контакта, подтверждение открытости к общению и создание ровной рабочей атмосферы между флотами. В программу вошли культурные и спортивные мероприятия, встречи с принимающей стороной, неформальное общение экипажей. Для внешнего наблюдателя это может выглядеть как обязательный набор пунктов. Для профессионалов же именно из таких пунктов и складывается доверие, без которого любое взаимодействие на море остаётся чистой формальностью.
Отдельное место в мартовском маршруте заняла Камрань. Деловой заход фрегата «Маршал Шапошников» во вьетнамский порт имел и текущую служебную, и очевидную историческую нагрузку. Экипаж встречали представители российского посольства и командование военно-морской базы принимающей стороны. Во время стоянки проходили встречи с представителями ВМС Вьетнама, были организованы экскурсии по городу и району, а одним из ключевых эпизодов стало возложение цветов к памятнику советским, российским и вьетнамским военнослужащим, погибшим во Вьетнаме в 1978–2002 годах. Для Тихоокеанского флота Камрань остаётся точкой, где служебная повестка естественным образом соприкасается с общей биографией двух стран. И потому любой визит сюда неизбежно воспринимается шире, чем обычная портовая стоянка. Это напоминание о давно существующих связях, которые не растворились в прошлом и продолжают поддерживаться уже в нынешних условиях.
В Индии эта же линия проявилась по-своему. В Вишакхапатнаме российских моряков корветов «Совершенный» и «Резкий» встречали представители посольства и ВМС Индии, причём сама церемония проходила с участием национального оркестра. Экипажи пополнили запасы, приняли участие в протокольных, культурных и спортивных мероприятиях. Российские СМИ сообщали, что индийская сторона организовала для моряков знакомство с местными достопримечательностями, а также турниры по волейболу и пляжному футболу. За этим на первый взгляд вполне стандартным набором мероприятий стоит вещь более существенная. Военно-морские связи не поддерживаются только перепиской штабов или редкими совещаниями. Они требуют личного присутствия, прямого общения и постоянного подтверждения готовности к контакту. Когда экипажи встречаются не на бумаге, а у причала, когда командиры разговаривают не через посредников, а лично, уровень взаимопонимания заметно меняется.
Сходная по назначению, но более отчётливо связанная с исторической памятью программа была у визита в Читтагонг. Экипажи «Совершенного» и «Резкого» встречали представители ВМС Бангладеш и сотрудники российского посольства. В программу вошли памятные мероприятия, связанные с советскими моряками, работавшими здесь после войны за независимость Бангладеш. Для местной стороны это также не было рядовым эпизодом. Бангладешские издания прямо писали, что четырёхдневный визит должен укрепить двусторонние отношения и расширить возможности для подготовки и обмена опытом. И это, пожалуй, одна из самых точных формулировок смысла таких заходов. Флот приходит в иностранный порт не только для того, чтобы обозначить своё присутствие, но и для того, чтобы напомнить: сотрудничество имеет продолжение, а за официальными заявлениями стоят вполне конкретные профессиональные связи.
Если собрать всю мартовскую картину воедино, становится видно, что Тихоокеанский флот вёл последовательную и достаточно насыщенную работу сразу в нескольких направлениях. Во-первых, это поддержание контактов с военно-морскими силами стран региона. Во-вторых, взаимодействие по линии посольств и официальных представительств. В-третьих, сохранение исторической памяти, которая в морской среде по-прежнему играет заметную роль. И, наконец, это демонстрация того, что российские корабли остаются активным участником международной военно-морской жизни в АТР, несмотря на сложный фон мировой политики.
Здесь важно и другое. Визиты кораблей в иностранные порты ценны не громкими формулировками и внешним эффектом. Их значение проявляется в накоплении. Сегодня это протокольная встреча, завтра уже конференция по обмену опытом, затем совместная тренировка по связи, позже проходит новый заход уже другим составом сил. Со стороны всё это может показаться повторением одного и того же сценария. Но именно такая повторяемость и создаёт устойчивость контактов. На море доверие редко появляется после одной встречи. Оно складывается постепенно: из аккуратно выдержанного протокола, памяти о прошлых связях, личного знакомства офицеров, уважительного отношения к партнёрам и готовности возвращаться к разговору снова.
Поэтому мартовские заходы Тихоокеанского флота стоит рассматривать не как набор красивых картинок из зарубежных портов, а как продолжение системной работы. В Джорджтауне она прошла через историческую память и товарищеское общение. В Тилаве — через формат визита доброй воли и прямой контакт с мьянманскими моряками. В Камрани — через соединение текущей службы с общей страницей российско-вьетнамской истории. В Вишакхапатнаме — через протокол, приём и неформальное общение с индийской стороной. В Читтагонге — через память о советских моряках и обсуждение дальнейшего взаимодействия. В Джакарте — через конференции, спортивную программу и совместные элементы морской подготовки.
В результате март для Тихоокеанского флота стал месяцем не деклараций, а практики. Практики спокойной, последовательной и выстроенной по-военному строго. Именно так обычно и поддерживаются деловые связи на море: не громкими заявлениями, а регулярными заходами, встречами, рабочими разговорами и готовностью снова выходить на тот же маршрут, где тебя знают, встречают и понимают, зачем ты пришёл.
Альберт РУБЕНЯН.
Фото Ильдуса ГИЛЯЗУТДИНОВА и из открытых источников.