Яниса выплюнуло на поверхность абсолютно бесшумно, но в ушах все равно стоял обволакивающий скрежет песка. Он рухнул на что-то мокрое и холодное. Лёгкие горели огнём. Он закашлялся, выплёвывая песок, хватая ртом воздух, который никак не хотел входить в лёгкие после такого стресса. Глаза слезились, пытаясь вытолкнуть застрявший в них песок. Мужчина перевернулся на спину и несколько секунд просто лежал, пытаясь понять, жив ли он вообще.
Когда глаза немного прочистились - он огляделся.
Над ним было небо. Но не то, которое он видел перед тем, как тело поголотил пляж. Оно было странным - слишком глубоким, слишком ярким, и солнце висело не там, где должно было висеть в этот час. Янис не сразу понял, что не так. Потом сообразил: закат. Солнце садилось, но светило жёлто-голубым светом, какого он никогда не видел. Небо переливалось едва заметными прозрачными волнами, словно кто-то разлил по нему акварель.
Он сел, с трудом сгибая затёкшее тело. Песок был повсюду - в волосах, в ушах, под ногтями, за шиворотом. Футболка промокла насквозь, штаны мерзко облепили ноги. Он вытер лицо тыльной стороной ладони, стряхнув с неё мелкие подсохшие крупинки.
Вокруг теперь не было гор. Не было скалистых мысов, сжимающих бухту с двух сторон. Песок уходил вдаль - огромная, бесконечная полоса, которая терялась где-то за горизонтом. Море было спокойным, серым, с тяжёлыми волнами, но оно казалось чужим, незнакомым. А за спиной всё также стоял лес, но что-то с ним было не так.
Тонкие и высокие деревья с серебристой корой и редкими листьями на макушках, стояли сплошной стеной, напоминая зонтики. Они тянулись вверх, но почти не переплетались кронами, а стояли порознь, словно боялись прикоснуться друг к другу. При этом, ветви умело находили пустое место и закрывали его, так что листья внутри леса казались вторым небом, или потолком.
Между стволами было пусто - ни кустов, ни папоротников, ни мха. Только земля, усыпанная странными мелкими листочками и мелкой, редкой травой.
Янис сидел на песке и смотрел на этот лес, пытаясь прийти в себя.
-Ну ахренеть,- выдохнул он.
В этот момент что-то тяжёлое шмякнулось в песок рядом с ним, обдав его сухими брызгами. Янис дёрнулся - это был его рюкзак. Грязный, мокрый, но целый. Он вылетел следом из ниоткуда, как будто его выплюнула земля.
Янис схватил рюкзак, прижал к себе.
Он встал на четвереньки, потом на ноги. Колени дрожали, голова кружилась, к горлу подступала тошнота. Он сделал несколько шагов по песку, удаляясь от воды. Потом ещё. Остановился, оглянулся на море. Волны набегали на берег, оставляя мокрые полосы, но песок у кромки был спокойным. Никаких воронок, никаких дыр и следов, как будто ничего не случилось.
«Надо уходить отсюда,- подумал он. -Пока не засосало снова».
Но куда идти?
Он посмотрел в одну сторону - песок до горизонта. В другую - тоже песок. Только лес за спиной, но и тот уже не был похож на тот самый лес, по которому Янис только недавно шёл к пляжу.
Он подошёл к границе, где песок встречался с землёй и остановился на самой кромке, не решаясь ступить на твёрдую почву. Лес был странным, и это пугало его больше, чем море. Но оставаться на пляже он не мог.
Он перешагнул черту.
Земля под ногами была мягкой, усыпанной небольшими сухими листочками. Деревья стояли ровными рядами. Янис прошёл вглубь шагов двадцать и остановился. Солнце садилось быстро, тени становились длиннее. Через час стемнеет полностью.
Он решил не рисковать. Возвращаться на пляж не хотелось, но и ночевать в лесу, который он не знал, было бы не разумно. Поэтому он выбрал середину: разбить лагерь на границе. Палатку ставить на песке - там, где его не засосёт, но при этом дрова брать из леса.
Он скинул рюкзак у самой кромки деревьев, там, где песок уже был сухим и плотным. Достал мачете и огляделся.
Всё вокруг казалось живым. Деревья стояли ровные, серебристые, с гладкой корой, на которой не было ни трещин, ни лишайников. Ни одной сухой ветки. Ни одного поваленного ствола. Только земля, покрытая листьями, и стволы, уходящие в небо.
-Да что за хрень,- буркнул Янис.
Он подошёл к ближайшему дереву. Оно было не толще его шеи, но высокое - метров двадцать, не меньше. Нижние ветки росли низко, почти у самой земли. Тонкие, гибкие, с редкими, мелкими, серебристыми листьями. Янис схватился за одну, нажал - ветка прогнулась, но не сломалась, и тогда он принялся их рубить.
Ветки отлетали с глухим стуком. Он поднял одну и удивился - маленькая веточка, толщиной с его палец казалась тяжёлой, словно бревно. Из среза сочилась серебристая жидкость. Янис расстроился - влажные ветки плохо горят. Но продолжил рубить.
И вдруг по лесу прокатился шелест.
Мужчина замер. Ветра не было - он точно помнил, что ветра не было. Но листья на всех деревьях зашевелились одновременно, словно кто-то невидимый провёл по ним рукой. Шелест нарастал, пробежал от ближних деревьев к дальним, прошёлся над головой и затих так же внезапно, как начался.
Нависла искусственная, мёртвая тишина.
Янис стоял с мачете в руке, сжимая в другой обрубленные ветки, прогибаясь под их тяжестью, и слушал. Ничего. Только море шумит где-то за спиной.
Показалось.
Он сложил ветки в кучу. Из рюкзака достал горелку, баллон, но потом подумал - зачем тратить газ, когда есть дрова и сухие листья? До этого момента как-то справлялся же… Он достал длинные походные спички, чиркнул, поднёс к охапке сухих листьев, которыми обсыпал ветки.
Пламя вспыхнуло мгновенно - жёлто-голубое, высокое, неестественное. Оно горело в три раза ярче обычного костра и жгло так сильно, что Янис отшатнулся. Жар ударил в лицо, и он отодвинулся на пару шагов, выставив руки вперёд. В тишину вырвалось ругательство.
Костер горел ровно, без дыма, без треска. Языки пламени лизали воздух, и от них исходило нестерпимое, агрессивное тепло. Янис сел подальше, вытирая пот со лба. Одежда начала быстро сохнуть. Вытекавшая из веток серебристая влага моментально сохла в огне.
Янис только достал из рюкзака сублимированную гречку, чтобы разогреть, как услышал странные звуки. И шелест. Тот самый шелест, который он слышал в лесу, только теперь он нарастал и приближался.
Янис встал, положил руку на мачете.
Из леса, из темноты между стволами, поодаль вышли люди. Пятеро. Девушка и четверо парней.
Они были одеты в странную одежду - грубые рубахи до колен, подпоясанные шнурками, свободные штаны из толстой ткани, босые ноги. У парней были длинные бороды, подвязанные веревочками, у девушки - тёмные волосы, заплетённые в косу до пояса. Все худые, жилистые, с какими-то деревянными амулетами на шеях.
Девушка шагнула вперёд, выходя на свет костра. Она была молодой - лет двадцать пять, с большими серыми глазами и тонкими чертами лица. Ни страха, ни удивления в её взгляде не было.
-Затуши огонь,- сказала она.
Янис опешил. Он ожидал чего угодно, но не приказа.
-Что?- переспросил он.
-Затуши огонь,- повторила девушка. -И пойдём с нами.
Парни за её спиной молчали. Они смотрели на Яниса без враждебности и без дружелюбия, больше походя на роботов… Просто ждали.
-Вы кто?- спросил Янис, сжимая мачете. -Откуда вы здесь взялись? Я два дня шёл по лесу, никого не встретив. Как вы сюда попали?
Девушка не ответила. Она перевела взгляд на костёр, и её лицо чуть дрогнуло - Янису показалось, что ей больно смотреть на огонь.
-Не буду я тушить,- отрезал Янис. -Я хочу есть и просушить вещи.
Он говорил громче, чем хотел. Эти странные люди вышли из странного леса, стояли на странном песке, не боясь и чего-то требуя от незнакомого человека.
Девушка покачала головой.
И в этот момент парни двинулись на него, словно по команде.
Он не понял, как они оказались рядом. Просто вдруг чьи-то руки схватили его за плечи, кто-то наступил ему на ногу, кто-то выдернул мачете из ослабевшей ладони. Янис рванулся - он был большой, накаченный, но эти худые, жилистые парни держали его так, словно он был тряпичной куклой. Янис даже не успел подумать, что такой глупый проигрыш этим доходягам должен был задеть его самолюбие.
-Пустите!- заорал он.
Они не пустили. Девушка тем временем подошла к костру и начала забрасывать его песком. Пламя зашипело, взметнулось напоследок жёлто-голубым языком и погасло, не оставив после себя даже струйки дыма.
Стало темно. Глаза не успели привыкнуть, и Янис на секунду ослеп, пытаясь проморгаться от бликов костра.
-Отпустите, я сам пойду,- сказал он уже тише.
Парни отпустили. Но мачете не вернули. Один из них, самый высокий, молча взял Яниса за локоть и повёл к лесу.
-Свои вещи забери,- сказала девушка, кивнув на рюкзак.
Янис нагнулся, закинул рюкзак на плечи. Внутри всё кипело от злости и обиды. Он ничего не понимал. Эти люди, этот лес, этот пляж - всё было неправильным. Но его лицо не выражало никаких ярких эмоций, так он привык себя сдерживать и соответствовать статусу. И ещё, он адски устал.
Поэтому пошёл следом.
Лес встретил их густой, почти осязаемой тьмой. Янис ничего не видел. Только слышал шаги впереди и чувствовал чью-то руку на своём локте. Люди шли уверенно, как будто видели в темноте. Они обходили ветки, нагибались под лианами, перешагивали через корни, которых Янис даже не замечал.
Он спотыкался, налетал на стволы, царапался. А они шли ровно, бесшумно, как тени.
Наконец, глаза немного привыкли, в темноте начали проступать очертания веток. Янис решил, что так дальше нельзя. Он пошарил рукой по поясу, нащупал небольшой походный нож. Не мачете, так хоть это. Достал, размахнулся и рубанул по ветке, которая лезла в лицо.
Ветка упала. Но в тот же миг чья-то рука перехватила его запястье и сжала так, что нож выпал сам собой. Янис взвыл от боли.
-Не смей,- сказал кто-то рядом. Голос был тихим, но в нём чувствовалась сила.
-Это же просто деревья! Я как лучше хотел!
Никто не ответил. Руку отпустили, но нож подобрали и сунули в карман своей одежды. Теперь у Яниса не осталось ничего - ни мачете, ни ножа.
Они шли дальше. Лес всё громче издавал звуки.
Янис не сразу понял, что это не ветер. Деревья шевелились. Тонкие серебристые стволы покачивались, хотя воздух стоял неподвижный, тяжёлый, спёртый. Гул нарастал и затихал, нарастал и затихал. Лес дышал.
Янису стало по-настоящему страшно. Он шёл, сжимая кулаки, и старался не смотреть по сторонам.
Вдруг впереди показался слабый свет. Лес расступился, и они вышли на поляну.
Это было странное место. Поляна как поляна - ровная, круглая, с утоптанной землёй. Но на ней ничего не росло. Ни травинки, ни кустика. Голая земля, серая, сухая, безжизненная, словно её выжгли огромной горелкой какие-то туристы.
Девушка остановилась, обвела взглядом поляну и кивнула.
-Здесь можно,- сказала она. -Здесь безопасно. Разбивайте лагерь, спите.
Парни молча разошлись по краям поляны, садясь на землю. Кто-то просто лёг, положив голову на руки.
Янис стоял посреди поляны, сжимая лямки рюкзака. Он не знал, что делать. Эти люди не казались враждебными, но они отняли его оружие, затушили костёр, притащили неизвестно куда. И теперь они спокойно сидели и молчали.
-Где я?- спросил он в темноту.
-Завтра поговорим. Сейчас - спи.- женский тихий голос ответил ему, и всё стихло.
Янис хотел возразить, но сил не было. Он опустил рюкзак на землю, достал спальный мешок. Палатку ставить не стал - слишком устал, да и эти люди спят прямо на земле, значит, и он сможет.
Он расстелил спальник, залез внутрь, застегнулся до подбородка, надеясь, что никакая живность ночью не заползёт в уши. Голодный, злой, напуганный. Гречка так и осталась в рюкзаке неразогретой.
Он закрыл глаза и провалился в сон мгновенно, убаюканный нарастающим и стихающим гулом леса.