Белые списки

Белые списки — один из ключевых моментов того, что сейчас происходит вокруг интернета. Поэтому про них надо поговорить отдельно, чтобы некоторые вопросы стали более понятны как можно большему количеству людей.

Мне очень хочется делать это на техническом языке. К сожалению, нет уверенности в том, что тогда такие объяснения будут сколько-нибудь интересны тем, кто далёк от компьютеров и компьютерных сетей.

Попробую подойти к объяснению другим путём.

Во время событий 1917 года ключевыми действиями по захвату власти считались захват телефона, телеграфа и почты.

Почему?

Потому что за 50 лет до этого началось триумфальное проникновение электричества в жизнь людей. Электромагнетизм фантастически преобразил человеческие сообщества.

Во время Великой Отечественной войны за наличие радиоприёмника у гражданского населения можно было очень серьёзно залететь.

Потом появилось телевидение. Потом компьютеры. Потом интернет и мобильная связь.

Всё это шло с параллельной разработкой широкого спектра теорий, пытающихся осмыслить происходящие изменения. Все они объединяются общим термином «информационное общество». В рамках этих теорий прорабатываются разные направления, но ключевое заключается в том, что современные общества справедливо называются «информационными».

Наше общество также является информационным.

Вопрос контроля над сетями распространения информации является ключевым вопросом современности.

С чем мы сталкиваемся сейчас? Компании, контролировавшие компьютерные сети, обладали последние десятилетия достаточно большой автономией. Гораздо большей, чем компании, которые осуществляют радиовещание, телевещание и мобильную связь. Сейчас государство решило вернуться в сферу регулирования компьютерных сетей.

В условиях войны, до сих пор скромно называемой СВО, это понятно.

У этого процесса есть как свои минусы, так и плюсы.

Для подавляющего большинства граждан важно, как именно осуществляется регулирование и контроль, а не сам факт наличия такого надзора и контроля.

Здесь начинается самое важное!

Воспользуюсь аналогией. Как и любая аналогия, она достаточно условна. Но для первого приближения, как мне представляется, вполне достаточная.

Есть компьютерные сети. Их можно сравнить с автомобильными дорогами. По автомобильным дорогам перемещаются автомобили. По компьютерным сетям перемещаются пакеты данных. Информация.

Если автомобильная дорога соединяет две страны, то пункт пересечения административных границ государств становится пунктом пропуска. На нём осуществляются различные виды контроля того, что границы пересекает. Таможенный контроль.

Десятилетиями межгосударственный информационный траффик по компьютерным сетям никак не регулировался. Что, в общем-то, было достаточно уникальным явлением. Сейчас происходит создание информационной таможни для контроля над ним. VPN — способ контрабандного ввоза информации в обход создаваемой таможни.

Белые списки не имеют к описываемому никакого отношения!

Белые списки — способ контроля распространения информации по сетям мобильного интернета внутри страны. И это ключевой момент!

На случай террористических актов у нас есть особый правовой режим, который называется контртеррористической операцией (КТО). Его вводит ФСБ. На время проведения КТО силовые ведомства получают расширенные полномочия. Право досматривать все автомобили. Право получать доступ в любые помещения. Право контролировать обмен информацией и отключать связь. И некоторые другие полномочия.

Представим ситуацию, что на территории какого-либо субъекта вводится КТО. Начинается досмотр автомобилей. Отключение мобильной связи. КТО есть КТО. Что ж поделать?

Автомобили скорой помощи и пожарных служб не досматриваются. Логично? Думаю, большинство согласится, что, в целом, да.

К ним же можно добавить прочий спецтранспорт государственных ведомств. Хотя здесь уже всё не так логично. Ведомств много. Ну, да ладно.

А теперь представим, что к списку автомобилей, не подлежащих досмотру, добавляется транспорт развозки продуктов сети Лента, Пятёрочка и Магнит. И инкассаторские машины. И машины депутатов и членов их семей. И машины любовниц депутатов и членов их семей. И машины популярных артистов. Певцов. Массажисток. И прочих полезных и значимых общественных профессий!

Представили?

Так вот закон о режиме контртеррористической операции не вводит никакого перечня автомобилей, которые не подлежат досмотру.

По умолчанию абсолютно все автомобили попадают в поле зрения силовых ведомств. Включая автомобили других силовых ведомств.

Что мы имеем в случае ограничений мобильного интернета? Белый список сайтов, которые не ограничиваются!

Большего глумления над безопасностью представить сложно.

Так с чем мы имеем дело?

С обеспечением безопасности?

Или с захватом сетей мобильного интернета? С перспективой широкого масштабирования практики?