Дневник 1910 года
Читал дневники Толстой и ловил себя на мысли, что жалко обоих: и Льва Николаевича, и Софью Андреевну. И женой гения быть не просто, и гению - среди простых - сложно. 48 лет они прожили вместе. А в итоге - бегство из родового имения, фактически от жены, которой не дадут даже толком проститься с умирающим мужем...
Как там Лев Николаевич говорил? «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему»? Последняя часть этой фразы словно про самого Толстого.
1910-й - последний год жизни писателя - стал испытанием для всех. Семья фактически распалась. Обстановка в Ясной поляне накалена до предела. И становится понятным, почему Толстой не выдержал и сбежал из дома.
Софья Андреевна до помешательства ненавидит ближайшего сподвижника Толстого - Владимира Черткова, подозревая его во всех грехах, включая плотские (мужа «отбил», дневники его увел, новые произведения не ей читают). На стороне матери сыновья, отца поддерживает дочь Саша, которая много позже переоценит роль Черткова во всей этой истории.
Софья Андреевна то устраивает скандалы, то демонстративно пытается покончить с собой (стреляется из пугача, топится, уходит из дома одетой не по погоде, ложится спать в саду под деревом), то вдруг становится ласковой. В дневнике этой своей нестабильности она находит оправдание: одни только мысли о Черткове выводят ее из себя. Но со стороны, а в книге на каждую запись Софьи Андреевны - по записи других участников процесса, это выглядит как явное расстройство личности.
Толстой периодически срывается, но чаще после общения с женой пишет в тайном дневнике: «держусь». Кстати, писатель ведет в это время два дневника: официальный, который переписывает дочь Саша, и дневник "для себя". Но вокруг все всё фиксируют. Почти каждый жилец дома и многие из посетителей оставят потом записки о Толстом.
28 октября 1910 года 82‑летний Лев Толстой тайно уезжает из Ясной Поляны, оставив жене прощальное письмо:
«Не думай, что я уехал, потому что не люблю тебя. Я люблю тебя и жалею от всей души, но не могу поступить иначе, чем поступаю».
С 26 октября по 6 ноября записей в дневниках Толстой нет...
31 октября тяжело заболевшего писателя сняли с поезда на станции Астапово. Толстая едет к мужу, но в первые дни она не может попасть к нему: не пускают дети и окружение, боятся, что ее нестабильность повредит Льву Николаевичу. Софью Андреевну допустили к Толстому перед самой его смертью.
Толстая переживет мужа на 9 лет. До конца жизни будет заниматься сохранением и изданием его наследия, в т. ч. подготовит посмертное издание его писем и дневников.