Новая революция в джазе грянула в 1960-е, да не одна, а сразу несколько! Самым радикальным залпом революции шестидесятых стал фри-джаз — «свободный джаз»: первопроходцы этого стиля называли его «новая вещь», The New Thing. Эта пугающе новаторская музыка отражала и стремление молодых импровизаторов вырваться ещё дальше за пределы коммерческих рамок шоу-бизнеса, и чисто социальный протест, прежде всего у афроамериканских музыкантов. Уходя от прежних канонов, джаз учился передавать всё более сложные и сильные эмоции — в том числе и «тёмные», отрицательные. В наше время фри-джаз осмыслен как исток более обширного явления, определяемого как «джазовый авангард». С годами в джазовом авангарде появились и более сложные направления на стыке самых разных видов музыкального искусства, а фри-джаз навсегда остался памятником своему времени: через шесть десятилетий после своего возникновения в чистом виде он звучит уже довольно архаично, но до сих пор влияет на продолжающееся развитие джаза.
В начале шестидесятых саксофонист Джон Колтрейн (1926–1967) открыл для себя творческие поиски более молодых музыкантов-импровизаторов, привлёк кое-кого из них к своим выступлениям и таким образом проложил дорогу радикальным экспериментаторам, искавшим новые направления развития джазового языка. Абсолютное, ничем не сдерживаемое творческое самовыражение — таково было кредо «новой вещи».
СЛУШАЕМ: квартет Джона Колтрейна и Эрик Долфи в Стокгольме, 1961 «Впечатления»
Среди самых ярких первопроходцев были альт-саксофонист Орнетт Коулман (1930–2015), пианист Сесил Тейлор (1929–2018), саксофонисты Эрик Долфи (1928–1964), Алберт Айлер (1936–1970) и Арчи Шепп (р. 1937). Они могли нравиться или не нравиться, но они действительно были новаторами, реформаторами джазового языка. Колтрейн скажет позже, что те двенадцать минут, что он в 1961 г. играл вместе с Орнеттом, стали едва ли не самым мощным музыкальным переживанием за всю его жизнь.
СЛУШАЕМ: Алберт Айлер «Святые»
Джазовый авангард, оставаясь уделом немногих бесстрашных экспериментаторов, помог джазу освоить новые эмоциональные глубины и интеллектуальные вершины. Вслед за глубокими эстетическими и духовными поисками Колтрейна фри-джаз открывал новые эмоциональные краски, прежде доступные только академической музыке — уже не только молитвенный экстаз колтрейновских сюит, но и гнев, и боль, и ярость, и сокрушение казавшихся незыблемыми идеалов.
СЛУШАЕМ: Петер Брётцманн «...Чем хуже, тем лучше»
К концу шестидесятых авангард захватил джазменов по всему миру: свои радикалы-экспериментаторы появились во всех частях света, прежде всего в Европе, где упрямо искали крайние пределы звукового радикализма — как, например, происходило в творчестве западногерманского саксофониста Петера Брётцманна (1941–2023).
СЛУШАЕМ: Трио Вячеслава Ганелина на Тбилисском джаз-фестивале, 1978
Возник свой джазовый авангард и в СССР: он породил такие яркие явления, как захватывающие импровизационно-композиционные сюиты вильнюсского Трио Вячеслава Ганелина или эпатажные междужанровые проекты ленинградца Сергея Курёхина. Есть интересные экспериментаторы-нонконформисты и в современном российском джазе: один из них, саксофонист Алексей Круглов, как раз и представляет фри-джаз в нашем цикле.
Круглов на джазовой сцене уже четверть века. Творческий поиск выпускника Российской академии музыки им. Гнесиных намного шире джазового авангарда: он играл в «Кадансе» Германа Лукьянова, получил второе образование как театральный режиссёр и ставит спектакли в Электротеатре Станиславский, выступил с перформансом памяти Сергея Курёхина «Ветры наречий, или Заветы Капитана», выпустил более 100 альбомов (чемпион российского джаза в этом плане!), записывался и гастролировал по всей Европе, в Китае и Японии с целым рядом мировых музыкантов-импровизаторов и, в частности, по очереди со всеми тремя участниками легендарного коллектива советского джазового авангарда — Трио Ганелина: Вячеславом Ганелиным, Владимиром Чекасиным и Владимиром Тарасовым. Его нынешний проект с пианисткой и певицей Кариной Кожевниковой, основанный на пересечениях джазового авангарда, джазовой классики и классики академической, достойно представляет российскую импровизационную сцену, в том числе и на мировых сценах.
Алексей Круглов и «Круглый бенд»: Алексей Круглов — альт- и тенор-саксофон, бассетгорн и другие язычковые духовые; Карина Кожевникова — фортепиано, вокал; Денис Шушков — контрабас; Пётр Талалай — ударные
16 апреля, 19:00, Малый зал МКЗ «Зарядье»: встреча 8 — «Фри-джаз». Алексей Круглов и Круглый Бенд | КУПИТЬ БИЛЕТ
СЛУШАЕМ: Алексей Круглов, Карина Кожевникова и Круглый Бенд «Lonely Woman» (Ornette Coleman)