Группа The Doors всегда воспринималась мной как культовая и в то же время скрытая где-то в тени. Среди "джентльменского набора" советского рокера вроде The Beatles, Queen, Deep Purple, Led Zeppelin и Pink Floyd этот коллектив обычно упоминался достаточно редко. Но и однозначно сказать, что в СССР, а затем и в России The Doors не любили – тоже нельзя. Потому что, как минимум, их будто бы знают все.
Едва только начался 1967 год, безумный вокалист Джим Моррисон, клавишник Рэй Манзарек, гитарист Робби Кригер и ударник Джон Денсмор из Лос-Анджелеса выкатили на суд слушателя свой первый альбом, который тоже назывался The Doors. Любили, конечно, тогда оставлять дебютник без названия. И что сказать, этот альбом с первой же секунды звучал не так, как тогда было принято звучать. Главным музыкальным элементом там были органные клавишные Рэя Манзарека. Они правили бал и были лидирующим инструментом, часто задвигая на задний план Робби Кригера с его гитарой. Штатный басист в составе группы отсутствовал как таковой – басовую функцию выполнял всё тот же Манзарек, играя левой рукой гипнотические ритмические рисунки. Но не везде. Одним из исключений была культовая вещь Light My Fire, где Манзареку было необходимо освободить обе руки для знаменитого клавишного соло, которое затем сменялось соло гитарным – Кригер не упустил таки возможности проявить себя. На басу же там сыграл небезызвестный сессионный басист Ларри Нечтел. Как и на Twentieth Century Fox, I Looked At You и Take It As It Comes.
Альбом, ко всему прочему, ещё и достаточно контрастный. Начинается он и вовсе с безумной латиноамериканской босса-новы Break On Through (To The Other Side) с сильным влиянием Декстера Гордона и Рэя Чарльза. Такой вот дикий фьюжн. Не менее безумна и Alabama Song – диковатая и весьма неожиданная переработка старой песни Курта Вайля и Бертольда Брехта. Кто мог ожидать в 1967 году такой странный кабаре-рок?
Главным скандалом, конечно, стала The End. Изначально это была более простая песня, но во время одного из выступлений Моррисон вошёл в раж и начал выдавать сумасшедший поток сознания, замешанный на Эдиповом комплексе. Текст был настолько провокационный, что хозяин клуба выгнал группу прочь. В результате The End стала настоящим сеансом психотерапии на 12 минут, в таком виде она и попала на альбом.
Джим вообще был главным виновником всех скандалов, в которые The Doors начинали попадать с самого начала. Виной тому, конечно, в том числе служили и его провокационные тексты, пусть и ставшие культовыми и сделавшие Моррисона одним из главных рок-поэтов в истории.
Изначально встреченный критикой с некоторой осторожностью (помешал мгновенному успеху и вышедший в том же году «Сержант» у Битлов), альбом впоследствии стал живой классикой, которой остаётся и по сей день. Большинство поклонников сходятся во мнении, что это лучшая запись The Doors. Лучшая или не лучшая, я не знаю. Однако то, что это культ, несомненно. Хотя бы потому, что как минимум половина песен оттуда при включении подозрительно легко всплывает в памяти. Как будто ты слышал их ещё в глубоком детстве, ещё не зная ни о каких The Doors. Именно так, наверное, и есть.