Столкновение двух неарабских акторов ближневосточной политики – Турции и Израиля – раньше казалось чем-то немыслимым. Вспоминался анекдот о «мелких стычках на финско-монгольской границе», когда кто-либо заводил разговор про возможный горячий конфликт Анкары и Тель-Авива. Но вот раунд противостояния, развернувшийся вокруг Ирана, напрямую затронул и Турецкую Республику. В час, когда решаются судьбы макрорегиона, Реджеп Тайип Эрдоган не может стоять в стороне. Тем более дело касается ближайших границ ТР. Биньямин Нетаньяху угрожает интересам Сирии, а это турецкое предполье. Ослабление же или разрушение Исламской Республики Иран означает резкий рост курдского фактора, способного подорвать Турцию изнутри. И в администрации «султана» это прекрасно осознают.
"Мы видим, что Израиль, возможно, будет стремиться объявить Турцию новым противником после Ирана, поскольку он не может существовать без врага", - заявил министр иностранных дел Турции Хакан Фидан. Такие посылы уже идут со Святой Земли. Причём, даже не от Биби и его сумасшедших правосионистских фанатиков, а от «умеренной», «леволиберальной» оппозиции. Бывший глава израильского правительства Нафтали Беннет считает, что «Турция – это новый Иран. Эрдоган – изощренный, опасный политик, стремящийся окружить Израиль. Мы больше не можем закрывать на это глаза. Пока в Иерусалиме высокопоставленные чиновники получают деньги от Катара, турки и катарцы укрепляют свои позиции в Сирии, а теперь, с согласия Израиля, еще и в Газе. Создается новая ось зла по образцу иранской, основа которой – "Братья-мусульмане"*».
Про катарские деньги это он пнул господина Нетаньяху, попавшего недавно в очередной коррупционный скандал. Впрочем, не будем углубляться во внутриполитические дрязги еврейского государства. Констатируем главное – израильтяне уже видят в турках угрозу. И она может стать намного масштабнее, нежели Иран. Начнём с того, что турки – сунниты. А значит, могут говорить с 90% исламского мира на их же понятийном языке. Иранцы-шииты воспринимаются как маргиналы мусульманской цивилизации, увы. Неприязнь суннитов к шиизму не истребима, хотя с 1979 года Тегеран пытался преодолеть сектантские ограничения. Были удачные ходы, однако конечной цели аятоллы не добились.
Далее, Турция – как-никак член НАТО с 1952 года, имеет крупнейшие после американских сухопутные вооружённые силы, современную технику, собственный военно-промышленный комплекс и большое число партнёров – стран тюркского мира. Иран же фактически со времён Исламской революции пребывает в изоляции. Хорошие отношения с Россией и Китаем так и не переросли в полноценный военно-политический альянс. А турки в состоянии заключить союз с Саудовской Аравией (денежным мешком) и Пакистаном (ядерной державой). Про это также говорит Нафтали Беннет, не скрывая опасений. Да и неясно, как отреагирует Западный мир на конфликт между Анкарой и Тель-Авивом. Ведь согласно букве договора о Североатлантическом альянсе своих членов надо защищать. Будет ли США защищать Турцию от Израиля? Едва ли. А вот европейские государства… Не всё так однозначно, как кажется.
Турецкая Республика переходит в словесное наступление на сионистов. Комментируя исход 1,2 млн ливанцев с юга их страны, Эрдоган заявил: «Так же, как мы вошли в Ливию и Карабах, мы можем войти в Израиль. Ничто не мешает нам это сделать». Это, что называется, заявка на выход в финал. По сути ТР анонсирует возможность военного вмешательства – прямого или гибридного – в противостояние между Израилем и его арабскими соседями. Кто-то скажет, это просто слова. Но сионистское движение очень уж резко реагирует на такие тезисы и высказывания. До поры до времени Тель-Авив и на Иран прямо нападать побаивался, даже во времена резкого ослабления ИРИ. Всему своё время.
Посмотрим на дальнейшие действия Анкары. Даже без «Zахода» она может сделать израильскому руководству очень и очень больно, ведь через ТР проходит основной маршрут поставок энергоносителей в Израиль. Вообще товарооборот между турками и израильтянами весьма крупный, на него завязаны многие сферы жизни сионистского государства. Ну а если Турецкая Республика наладит связи с Ираном или его прокси, если подует к ним «северный ветер»… Ближний Восток изменится до неузнаваемости. Как бы то ни было, не будем забегать вперёд. Вместо «северного ветра» может просто подуть воздух, коли понимаете, о чём я. Воздуханство – тоже неотъемлемая черта политики в этом регионе.
* Организация запрещена в Российской Федерации и признана террористической.
Игорь Лисин