В истории литературы немало споров вызывала личность Александра Солженицына. Но мало кто знает, как относился к его творчеству настоящий классик русской словесности — Михаил Александрович Шолохов. Автор «Тихого Дона», лауреат Нобелевской премии, дважды Герой Социалистического Труда не стеснялся в оценках и говорил прямо то, что думал.
Изучая публикации по этой теме, я наткнулся на письмо Шолохова в секретариат Союза писателей СССР от 8 сентября 1967 года. Документ поразил меня своей откровенностью и точностью формулировок. Михаил Александрович разобрал творчество Солженицына по косточкам, не оставив камня на камне от его претензий на «правдоискательство».
Что увидел мастер слова
Шолохов прочитал произведения «В круге первом» и «Пир победителей». Его вердикт был беспощаден: писатель отметил поразительное бесстыдство автора. Солженицын, по мнению Михаила Александровича, выставлял напоказ позу некоего «правдоискателя», при этом со злостью и остервенением указывая на ошибки Советской власти и партии, начиная с тридцатых годов.
Меня всегда восхищала способность Шолохова видеть суть вещей. Он не просто критиковал форму — он задавал вопросы по содержанию. И эти вопросы били точно в цель.
Михаил Александрович указывал: все командиры у Солженицына либо конченные подлецы, либо колеблющиеся люди, ни во что не верящие. Шолохов задавался логичным вопросом — как при таких условиях батарея, в которой служил сам Солженицын, дошла до Кенигсберга? Или это случилось исключительно персональными стараниями автора?
Вопросы, на которые нет ответа
Дальше — больше. Шолохов продолжал задавать неудобные вопросы. Почему в батарее из «Пира победителей» все, кроме главного героя Нержина, никчемные люди? Почему осмеяны русские солдаты и солдаты-татары? И самое главное — почему власовцы, изменники Родины, прославляются как выразители чаяний русского народа?
Эти вопросы риторические. Ответ очевиден для любого здравомыслящего человека. Шолохов видел в текстах Солженицына не художественную правду, а злонамеренное искажение действительности.
Михаил Александрович отмечал, что «В круге первом» находится на том же низком художественном и политическом уровне. Для писателя масштаба Шолохова, создавшего эпопею «Тихий Дон», подобная оценка была приговором.
Диагноз от мастера
В какой-то момент у Шолохова даже сложилось впечатление, что Солженицын — душевнобольной человек, страдающий манией величия. Михаил Александрович честно признавался: он не психиатр, и не его дело определять пораженность психики. Но при этом делал важное замечание — если это так, то злобному человеку, потерявшему разум, нельзя доверять перо.
Меня поражает прямота Шолохова. Он не прятался за обтекаемыми формулировками, не юлил. Говорил как есть.
Но дальше великий писатель сделал еще более жесткий вывод. Если Солженицын психически нормален, то тогда он открытый и злобный предатель, антисоветский человек. Шолохов считал, что в обоих случаях Солженицыну не место в рядах Союза писателей.
Принципиальная позиция
Михаил Александрович занял четкую позицию: он выступал за исключение Солженицына из Союза писателей. Это не была личная неприязнь или зависть. Шолохов защищал то, во что верил — советскую литературу, правду о войне, честь миллионов людей, прошедших через ад фронтов.
Для меня это пример настоящей принципиальности. Он знал цену слову и понимал, какой вред может нанести ложь, облеченная в литературную форму.
История расставила все по местам. Шолохов остался в памяти народа как великий писатель, создавший бессмертные произведения. Его книги читают, изучают, любят. А творчество Солженицына вызывает множество вопросов у тех, кто знает настоящую историю нашей страны и ценит честность.