Из вечных врагов в друзья: как установились добрососедские отношения со Швецией накануне войны 1812 г

В России были обеспокоены тем, что риксдаг избрал регентом французского маршала (в это время отношения с Францией уже начали обостряться). Кроме того, Швеция объявила войну Англии. Вполне оправданными были опасения, что Россия может столкнуться в войне с коалицией Франции и Швеции.
Тем не менее российский посол в Швеции генерал П. К. Схтелен получил инструкцию не вмешиваться во внутренние дела и отслеживать развитие событий. После церемонии избрания российский посол получил аудиенцию у нового регента, на которой заявил, что Александр I «стремится все больше укреплять мир и доброе согласие между Россией и Швецией».
В свою очередь правитель Швеции отметил, что не является ставленником Наполеона. Он подчеркнул: «Я верю, что счастье Швеции неотделимо от мира с Россией». Обсуждая вопрос Финляндии, Бернадот заявил, что «по своему географическому положению она должна принадлежать России».
В конце 1810 г. в Стокгольм приезжает А. Чернышов для встречи с Бернадотом. Заканчивая аудиенцию, Карл Юхан (такое имя получил Бернадот после принятия протестантства) просил передать: «Скажите его величеству, что с прибытием моим в Швецию я сделался совершенно человеком Севера, и уверьте его, что он может смотреть на Швецию как на свой верный ведет (охранный отряд)». Карл Юхан рассчитывал получить поддержку российского императора в присоединении Норвегии (что и произошло позже).
Бернадот высоко оценил то, что Россия не стала препятствовать его избранию. В письме Александру I он отмечал: «… Ваше величество особенно ярко доказали мне свое уважение тем, что ни в чем не помешали моему избранию в Швеции…».
Европа жила в ожидании конфликта между Францией и Россией. Стокгольм в этой ситуации пытался лавировать — держать дистанцию, чтобы не быть вовлечённым в войну. Поначалу круги, чьими стараниями Бернадот был обязан своим регентством, рассчитывали на поддержку Франции в возвращении Финляндии.
Но развитие событий заставило шведскую аристократию изменить свою внешнеполитическую ориентацию. Шведы, которым Париж навязал разрыв отношений с Англией, не соблюдали торговую блокаду. Померания, находившаяся тогда во владении Швеции, служила «чёрной дырой», с помощью которой продолжалась торговля континентальной Европы с Англией. Париж усиливал давление на Стокгольм с целью пресечь обход санкций. При этом Париж не особенно заботился о соблюдении дипломатического этикета. Ударом для двусторонних отношений стал отказ Наполеона поддержать претензии Швеции на Норвегию. Когда же в Париже узнали о тайных переговорах Швеции и России, Наполеон приказал оккупировать Померанию. Путь к коренному изменению отношений России и Швеции был открыт.