А пока я буду готовить блинчики на завтрак, расскажу о такой проблеме, как "госпитализм" в практике психиатра. Мне кажется, особенно это касается детской психиатрии, потому что во взрослой сети дела с этим обстоят немного иначе.
На прошлой неделе я снова столкнулась с этим понятием. Что такое госпитализм? Это тяготение пациентов к тому, чтобы возвращаться и долго лежать в больнице, получая уход, бесплатную еду и общение.
Это характерно как для взрослых, так и для детей. Для детей из неблагополучных семей, которые по жизни сталкиваются с жестоким обращением, недостатком общения и еды, больница становится спасением. Для взрослых же это чаще характерно для пожилых людей, когда дети и внуки выросли и приезжают редко. Бабушка или дедушка скучают в одиночестве, а в больнице они находят общение: им оказывают внимание, постоянно спрашивают о самочувствии. В общем, они живут полной социальной жизнью.
У нас на отделении был яркий пример. Девочка лежала у нас полгода. Её выписали, хотя она заранее предупреждала: «Я вернусь». Она не хотела жить «на воле», потому что её либо отправят в рехаб (она наркоманка), либо заберёт отец. А отца она хоть и любит, но чувствует, что он её не любит. В общем, замкнутый круг.
Мы с ней болтали об этом в сентябре. Она говорит: «Зовна Александровна, я точно вернусь, будьте уверены». Я ей отвечаю: «Слушай, Видан, зачем? Живи полной жизнью! Тебя очистили от наркотиков, кайфуй, строй свою компанию». Она: «Нет, не хочу». В общем, выписали...
И вот я иду по отделению, смотрю — сидит. Открываю историю болезни: она снова поступила. С актуализирующимися (прости, Господи) суицидальными мыслями — якобы хочет кому-то глаз выколоть (детям отца от второго брака) или совершить суицид. В общем, привезли её в приёмный покой.
Все врачи ей уже знакомы. По комиссии клали, потому что все понимают: она симулирует. На самом деле она ничего такого не хочет, просто манипулирует. Но по комиссии её всё равно положили. И вот она снова лежит в отделении. Снова нужно подбирать ей терапию. Очевидно, что мы не можем оставить прежнюю схему лечения при повторном поступлении с такими симптомами.
То есть сейчас мы будем менять таблетки, а потом снова выписывать её. Не знаю, сколько она пролежит. Вот такие вот грустные истории.
Я честно говоря даже не знаю, как с этим бороться... Почему они так стремятся в больницу? Помимо того, что я уже сказала про уход и еду, в детских психиатрических больницах дети живут как в лагере. У них есть кружки, сон-час, с ними занимаются воспитатели и психологи, они гуляют.
Кормят там нормально — хорошая столовская еда, никаких помоев. Понятно, что это не ресторан «Мишлен», но я сама там ни разу не была и питаюсь не в ресторанах каждый день.
Поэтому для детей из обычных семей, которые живут не лучшую свою жизнь (не ту, которую должен жить ребёнок), попадание в психиатрическую больницу иногда становится лучиком света в тёмном царстве. Сейчас с ним будут заниматься воспитатели, учить учителя... Реальная жизнь в моём отделении напоминает детский лагерь. Поэтому неудивительно, что некоторые из них прямо тяготеют вернуться.
Например, на этой неделе мы выписывали девочку в среду. Она сказала: «Третье отделение стало мне как второй дом, я обязательно сделаю всё, чтобы вернуться сюда ещё раз». Естественно, эту фразу мы не писали в выписке — с таким выписываться нельзя. Но факт остаётся фактом.
Вот такая вот Fan story. Или не очень фан.