Внутри разрушенного реактора Чернобыльской станции нет света, воздух пропитан радиацией, а бетон трескается под ногами. Туда не водят экскурсии и не пускают случайных людей. Но один человек регулярно пробирается вглубь этих руин — не ради риска, а ради данных, от которых зависит безопасность будущего.
26 апреля 1986 года на Чернобыльской атомной электростанции произошла крупнейшая техногенная катастрофа в истории человечества. Во время испытаний турбогенератора операторы нарушили регламент, и реактор четвертого энергоблока вышел из-под контроля. Мощность взлетела в сотни раз выше номинала, последовал взрыв, который разрушил крышу и выбросил в атмосферу тонны радиоактивного топлива.
Температура внутри активной зоны в первые часы после аварии достигла 2500 градусов Цельсия. Расплавленное топливо — смесь урана, плутония, графита, бетона и металла — потекло вниз, проедая перекрытия и застывая в причудливых формах. Этот материал назвали кориумом. Он до сих пор находится внутри руин, и никто точно не знает, где именно.
Сразу после катастрофы над четвертым блоком возвели саркофаг — бетонную конструкцию, которую спешно собрали за несколько месяцев. Но она трескалась, пропускала воду и птиц, внутри росла влажность. В 2016 году саркофаг накрыли новой защитной аркой — «Новый безопасный конфайнмент». Однако под этой аркой по-прежнему остается разрушенный реактор, и ученым нужно знать, что там происходит.
Сейчас за состоянием чернобыльского реактора следит молодой сотрудник Института проблем безопасности атомных электростанций Анатолий Дорошенко. Его работа — забираться в самые опасные зоны, куда уже давно не ступала нога человека, и делать замеры.
В лаборатории института, расположенной в зоне отчуждения, Анатолий Дорошенко показывает на макет и объясняет, куда он забирается. А когда приходит время работы, он едет к разрушенному блоку, надевает защиту и спускается внутрь саркофага, чтобы через лабиринты обломков добраться до места назначение, которое находится в восьми метрах от активной зоны.
Иногда он спускается раз в месяц иногда чаще. Каждое погружение похоже на покорение Эвереста или полет в космос. «Странное чувство, — признается Дорошенко. — Сравнимо с ощущением, когда поднимаешься на вершину мира или опускаешься на дно океана. Адреналин всегда зашкаливает».
Но времени на размышления нет. У ученого есть четкий список задач на каждое посещение, и действовать нужно быстро, но осторожно. «Ты должен заранее знать, что будешь делать и куда пойдешь. Контролируй себя», — повторяет он дважды, словно читает мантру.
Главная опасность — радиация. Любая поверхность — источник радиации. «Если ты к чему-то прикасаешься, нужно понимать, к чему именно, потому что ты не хочешь испачкать одежду или себя», — объясняет Дорошенко. Время безопасного пребывания жестко ограничено, поэтому нельзя отвлекаться на посторонние вещи. «Это не экскурсия. Ты работаешь там, поэтому должен держать в голове все, что нужно сделать».
Экипировка зависит от того, в какую часть реактора идет ученый. В менее опасных зонах достаточно шапки, защитных перчаток и респиратора. В местах с сильным загрязнением он надевает полный костюм, который не пропускает пыль. Иногда приходится натягивать третий слой — полиэтиленовый комбинезон. Сверху можно добавить свинцовый фартук, но его масса и объем мешают пролезать в узкие проходы между обломками.
Коллеги Дорошенко говорят о нем с уважением. Исследовательница Елена Паренюк из того же института подчеркивает: «Главная защита для нас — знания, а не костюмы. Анатолий — один из ключевых сотрудников. Он выглядит уставшим и немного подавленным, как и все мы, но он делает важную работу. У нас не так много молодых людей, которые разбираются в дозиметрических измерениях».
Внутри реактора ученого ждут не только радиация и теснота. Трубы с радиоактивной водой, огромные куски застывшего кориума, который натеками растекся по руинам. Все эти объекты получили неформальные прозвища еще от первых исследователей, которые забирались сюда после аварии. «Слоновья нога», «Кошкин дом», «Собачий дом», «Луч осьминога», «Луч мамонта», — перечисляет Виктор Краснов, исполняющий обязанности директора по науке института. — Внутри все разрушено, так что все маршруты очень сложные».
Одна из главных угроз нависает сверху. Это верхняя биологическая защита реактора — бетонная плита весом 2200 тонн. В момент взрыва ее подбросило, как монетку, и теперь она застряла под углом 15 градусов, опираясь на груду обломков. Если плита рухнет, она вызовет новое обрушение и поднимет в воздух гигантские облака радиоактивной пыли. Каждое движение Дорошенко внутри — это риск спровоцировать смещение этой громадины. Плиту ласково называют Еленой.
Но есть и другая опасность, для отслеживания которой и нужны регулярные замеры. Внутри разрушенного реактора до сих пор случаются всплески ядерной активности. Никто не знает точного расположения всего топливного материала. Иногда уран или плутоний начинают вести себя активнее обычного.
Когда топливо распадается, оно испускает нейтроны. Если нейтрон захватывается другим радиоактивным ядром, возникает цепная реакция. Вода замедляет нейтроны и не дает им захватываться. Сразу после катастрофы старый саркофаг создал внутри сухие условия, и это привело к скачку нейтронов. Позже влажность выросла — сквозь дыры в бетоне проникали птицы и осадки, — и поток нейтронов упал.
Сейчас, после установки нового конфайнмента, влажность снова снизилась. «Мы ожидаем, что могут произойти аварии, и нам нужно знать о них заранее», — предупреждает Краснов. Именно поэтому Дорошенко продолжает лазить внутрь снова и снова.
Сам ученый не строит иллюзий. Он знает, что его работа никогда не станет безопасной, какой бы строгой ни была защита. «Я знаю о рисках, — говорит Дорошенко. — И поэтому я беспокоюсь о своем здоровье. Потому что если не беспокоиться, можно совершить ошибку. Я не знаю, будут ли у меня проблемы со здоровьем в будущем. Но в чем я уверен точно, если соблюдать стандарты радиационной безопасности, можно свести эти риски к минимуму».
По материалам New Scientist
-----
Еще больше интересных постов в нашем Telegram.
Заходите на наш сайт, там мы публикуем новости и лонгриды на научные темы. Следите за новостями из мира науки и технологий на странице издания в Google Новости