Глава 28
Когда они приехали домой, гостей усадили за столы, и Тамара принялась щедро угощать сватов. Патрина удалилась с ребенком в комнату, Натан пошел с ней. Они распеленали Злату, Патрина медлила, потом, замерев от ужаса, все же сняла с нее шапочку, и светлый хохолок на лбу ребенка вырвался на свободу.
- Это что такое? - обмер Натан, - это наша? Точно наша дочка?
- Да, - тихо сказала Патрина, но внутри у нее все колотилось от страха. Скрыть от него отсутствие девственности ей удалось, а вот ребенка…
-Не может быть, - потрясенно сказал Натан, - нам подменили ребенка!
- Она такая родилась, - из последних сил выдохнула Патрина, уже не в силах держать это в себе, - и она…не твоя…
Она вся сжалась в комок, ей казалось, что он сейчас ударит ее.
Новость о том, что Патрина родила светленького ребенка, словно удар молнии, расколола мир Натана на «до» и «после». Его жена, его единственная, любимая, родила ребенка не от него!
Эта новость обрушилась на него с такой силой, что он едва мог дышать. Он шумно сглотнул. Злость, обида, чувство предательства - все эти эмоции смешались в какой-то яд, который обжигал его изнутри. Для цыгана, где честь семьи и верность супругов - это не просто слова, а основа всего, такое известие было не просто личной трагедией, а настоящим позором.
-Ты что? Ты что такое говоришь? – повторял он, не в силах поверить, - ты жила здесь, гуляла от меня, а сейчас пришла в мой дом, и принесла ее сюда??? Ты все это время молчала!
-Я не гуляла! И я не знала, - прошептала Патрина в страхе, и закрыла ребенка своим телом, - это случилось до тебя.
Первой реакцией Натана был гнев. Он не мог поверить, что женщина, которую он любил и которой доверял, могла так его предать. Его сердце разрывалось от боли, а разум был затуманен яростью. Он чувствовал себя униженным и обманутым. Ему хотелось снять с себя кожаный ремень, и хорошенько проучить ее. Но он не мог ее ударить, слишком сильно любил!
В его понимании, единственным выходом, чтобы смыть этот позор, было отправить жену обратно к ее родителям. Это не просто наказание! Он не намерен терпеть такое предательство! И тем более воспитывать чужого ребенка! Ему и так предстоит жить с этим клеймом предательства, которое нанесла ему жена. Ну нет уж! Осуждение, сплетни пойдут по всей общине!
Для любого цыгана, известие о том, что его жена ему неверна - это удар по его мужскому достоинству, по его репутации, и по чести его семьи. Это пятно, которое может остаться на нем и его потомках на долгие годы! Он потряс головой и выскочил в зал, где все родственники с удовольствием праздновали и чокались бокалами.
-Ашев (остановитесь)! Ашев лес (прекратите)! – крикнул он. Все замерли
-Ты что? – спросил Николай, не отвлекаясь от еды, - с ума сошел от радости?
-Нет! - Натан спустился с лестницы и воззрился на Любу с Владей.
-Я ей доверял, взял замуж! – крикнул он, - любил! Дал все, одел-обул! А она родила от другого мужчины! Вы же уверяли, что она девственница, как же так получилось?
У Любы пропал дар речи. Владя весь побагровел, брат Василий, ничего не понимая, смотрел на него. Глаза Сандро, который сидел рядом наполнились злостью. Значит, успел этот ее хлыщ оставить свой след! Ну и гад! А сестра! Когда они успели????
-Натан, - начала, было, Люба, судорожно комкая полотенце в руках, - ты что-то не так понял…
-Молчи! - гневно перебил ее Владя, и обернулся к Натану - ты что такое говоришь? Ты все выдумал!
-Посмотрите на ребенка! – бросил со злостью Натан, - он с голубыми глазами, и волосы светлые. И она сама призналась! Забирайте ее, чтоб я ее больше не видел!
Он был готов разрыдаться. А Капитановна, услышав все это, едва не упала в обморок. Вот чувствовала она, что что - то пойдет не так! Но уж такого она точно не ожидала!
-Ну, - у Тамары в глазах вспыхнул недобрый огонек, - раз такое дело…
- Мы заберем ее! - сказала Люба, вставая и намереваясь идти к дочери, но Владя схватил ее за руку..
-Куда это ты ее заберешь? – прогремел он, - я ее в свой дом не пущу! От такого позора не отмоешься!
-Принимайте меры! Разбирайтесь сами! – хлопнул ладонью по столу Николай. Он не мог поверить в происходящее. Эта скромная девочка, жила у них, поили-кормили, люльку ребенку купили такую, что сам бы спал. А тут такое!
Патрина наверху все слышала. Она прижала к себе Злату, и стояла у двери, вся дрожа. Конечно, ее ждет позор и осуждение даже со стороны ее собственной семьи. Они не будут с ней разговаривать! Ее будущее становится еще более неопределенным. Ну что делать? Придется нести ответственность за свои поступки и их последствия. Она ждала, что скажет отец. Хоть бы ее забрали! Может, это и к лучшему, что она вернется домой. Она никогда не хотела тут жить!
-Патрина, - выкрикнул Владя, вскочив так, что уронил стул, на котором сидел. У него внутри все клокотало, - а ну иди сюда! Живо!
Она вышла вся красная от стыда. Владя, только взглянув на нее, все понял без слов.
-Как ты могла? - рявкнул он, - такой срам...
-Собирайся, - Люба вытирала слезы, Сандро нервно щелкал пальцами и зло смотрел на сестру.
-Куда это ты ее зовешь? - осведомился Владя, - я ее в свой дом не возьму - меня уважать перестанут!
-А куда же? - Люба была в шоке, - не на улицу же, ребенок ведь у нее!
-Мне все равно, куда она пойдет! – кричал Владя, - пусть под забором живет! Потаскушка! Это надо такое натворить?
-Погоди - ка, сынок, - подала голос Капитановна, - вот что я тебе скажу. Это пока еще мой дом! И я в нем хозяйка! И внучку я на улице с дитем не оставлю!
-Так, - сказала Тамара, вытирая красное лицо салфеткой, - уходите, прямо сейчас. Разбирайтесь там сами. Мне такое в дом принести! Вон! Я теперь даже не знаю, как людям в глаза смотреть!
- Иди сюда, - скомандовал Натан, схватив со стола нож, которым резали хлеб. Патрина повиновалась. Натан сорвал в ее головы платок и ножом отрезал ее роскошные волосы, заплетенные в косу. Люба и Рузанка ахнули. Он швырнул косу к порогу и бросил нож на стол.
-Надо было это сделать перед всеми, - сказал он, - опозорить тебя. Эх ты…
***
Патрина ничего не взяла из дома, в котором жила последний год, только завернула Злату в одеяльце, накинула кофту и села в машину Василия. Все молчали и смотрели на нее, как на прокаженную. Всю дорогу она сидела, ни жива, ни мертва. Что будет дома, она не знала. Хорошо, хоть бабушка за нее заступилась.
Злата беспокойно заворочалась в одеяльце. Патрина открыла его. На нее смотрели голубые глазенки.
-Тише, моя девочка, - прошептала она, - скоро приедем, будешь спать.
Дома Люба молча толкнула ее в свою прежнюю комнату. Она не знала, как разговаривать с дочерью. Сначала нужно поговорить с мужем, успокоить, а то, не ровен час, и правда выгонит их на улицу. А с Патриной она потом разберется.
***
Наутро хмурый Натан привез и бросил под калитку Вишняковых мешок с вещами Патрины. Сплюнул на него и уехал. Патрина не забрала вещи, ей не хотелось брать ничего, не хотелось этих больных воспоминаний.
Весенний дождь капал на мешок, на ее вещи. Ни отец, ни мать не занесли их в дом, как будто от больного они. Ей не хотелось ни пить, ни есть, настолько боялась она разговора с родителями. Она решила, если они и прогонят ее – она сбежит, пешком в город пойдет! А Вадим, увидев дочку, ее точно не выгонит.
-Успокойся уже, - погладила ее по плечу Капитановна, словно читая ее мысли, - никуда тебя не выгонят. Я сказала!