Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
КОШИнМИР

Куда ушли бабушки в платочках? О вязаном коде, который вшит в мои руки

Говорят, что сейчас время других бабушек. Они в джинсах, с айфонами, на фитнесе и в путешествиях. Это прекрасно. Но в моей памяти навсегда запечатан другой образ — образ из детства, который, кажется, постепенно исчезает из нашего мира. Это образ бабушки в платочке. С тихим голосом и удивительными руками. Сухими, натруженными, знавшими и тяжелую работу, и ледяную воду, и землю… Но какими же ловкими они становились, когда в них оказывались спицы! Одна моя бабушка была родом из Оренбургской области. Если вы хоть раз держали в руках настоящий пуховый платок, вы поймете, о чём я говорю. Она пряла сама. Я до сих пор помню этот мерный звук и то, как из облака серого пуха рождалась тонкая, как паутинка, нить. Она вязала изумительно красивые каймы. Сложные, ажурные, похожие на морозные узоры на стекле. Вязала быстро и, что меня всегда поражало, — весело. В её руках тяжелый труд превращался в какую-то легкую игру. Словно она не просто создавала вещь, а напевала её спицами. Хи
Оглавление

Говорят, что сейчас время других бабушек. Они в джинсах, с айфонами, на фитнесе и в путешествиях. Это прекрасно. Но в моей памяти навсегда запечатан другой образ — образ из детства, который, кажется, постепенно исчезает из нашего мира.

Это образ бабушки в платочке. С тихим голосом и удивительными руками. Сухими, натруженными, знавшими и тяжелую работу, и ледяную воду, и землю… Но какими же ловкими они становились, когда в них оказывались спицы!

Оренбургский иней и веселые петли

Одна моя бабушка была родом из Оренбургской области. Если вы хоть раз держали в руках настоящий пуховый платок, вы поймете, о чём я говорю. Она пряла сама. Я до сих пор помню этот мерный звук и то, как из облака серого пуха рождалась тонкая, как паутинка, нить.

Она вязала изумительно красивые каймы. Сложные, ажурные, похожие на морозные узоры на стекле. Вязала быстро и, что меня всегда поражало, — весело. В её руках тяжелый труд превращался в какую-то легкую игру. Словно она не просто создавала вещь, а напевала её спицами. Хитро улыбалась, и говорила глазами, мол, смотри, это так легко!

Бабушкино пуховое облачко
Бабушкино пуховое облачко

Кружево из обычной катушки №40

Другая бабушка была мастерицей тончайших материй. У неё не было дорогой пряжи, она брала обычные швейные нитки — те самые, из которых шили рубашки. И маленьким стальным крючком создавала из них нечто невообразимое.

Помню свои школьные годы: мои воротнички и манжеты на форме всегда были самыми нарядными. Белоснежное, хрустящее кружево, связанное из простой нитки. А дома — салфетки на столах, которые делали даже самый скромный быт уютным и душевным.

Кружевные бабушкины шедевры
Кружевные бабушкины шедевры

Натруженные руки и невидимая нить

Я часами могла смотреть на их пальцы. Удивительный парадокс: руки, которые могли поднять тяжелое ведро или работать в поле, в ту же минуту могли филигранно управлять тонкими спицами, сухие, натруженные, знающие тяжелую физическую работу, но при этом сохраняющие невероятную ловкость и нежность в каждом движении. В этом была какая-то невероятная сила и смирение одновременно.

Сейчас тех бабушек в платочках почти не осталось. Ушла эпоха, когда вязание было не хобби, а естественным продолжением жизни, способом согреть и украсить мир вокруг себя из ничего.

Но каждый раз, когда я беру в руки свои современные спицы и дорогую итальянскую шерсть, я чувствую их рядом. Мой бренд, мои петли — это не просто про моду. Это мой способ сохранить ту самую нежность натруженных рук. Это мой «вязаный код», который передали мне они — мои бабушки, чьи платочки, воротнички, салфеточки остались в моем детстве.

-3

#историясемьи #вязание #ностальгия #оренбургскийплаток #рукоделие #преемственность