Император Николай II Александрович и императрица Александра Федоровна были людьми верующими, любящими Господа Бога и крепко чтущими Его заповеди. Такая горячая вера и любовь к Богу была у их пятерых детей: великих княжон Ольги, Татьяны, Марии и Анастасии и Цесаревича Алексея. Именно вера в Промысл Божий и помогла семье Царственных страстотерпцев мужественно перенести все страдания и принять мученическую кончину.
Главный праздник всех православных христиан для Царской семьи был временем особой молитвы и благотворительности. В мирные дни до начала Первой мировой войны семья ездила на пасхальные дни в Москву, Крым или оставалась в Царском Селе, как, например, в 1913 году, чтобы ночь Светлого Христова Воскресения встретить в прекрасном, только что построенном Феодоровском соборе. В военные годы, когда император пребывал в Ставке Верховного Главнокомандующего, императрица и царские дети, встретив Пасху на ночном богослужении, спешили утром в разные госпитали, чтобы нести радость праздника раненым воинам. Свою последнюю Пасху Царская семья встретила в разлуке: император Николай, императрица Александра и великая княжна Мария находились в заключении в доме Ипатьева в Екатеринбурге среди враждебно настроенных красных комиссаров, а остальные царские дети оставались в Тобольске из-за болезни цесаревича и ничего не знали о судьбе своих родителей и сестры. Семья воссоединилась позже, за полтора месяца до своей мученической кончины.
Давайте вместе прочитаем отрывки из дневников и писем святых Царственных страстотерпцев, а также воспоминания их современников, чтобы узнать, как встречали Светлое Христово Воскресение на Руси, когда, до начала периода безбожной власти, еще повсюду был слышен пасхальный звон колоколов…
1903 год. Москва
«Пасхальные торжества 1903 года в Москве надолго остались в памяти жителей города. В этом году вторую столицу, которая по праву могла называться первой в числе святынь Русской земли, посетил с паломничеством ее Державный Хозяин – Государь Император Николай Александрович вместе со своей супругой, Императрицей Александрой Федоровной, детьми: Великими княжнами Ольгой Николаевной, Татьяной Николаевной, Марией Николаевной и Анастасией Николаевной. С умилением молилась Царская семья в кремлевских соборах, перед мощами святых угодников Божиих – московских первосвятителей и благоверных князей, своих предков, испрашивая благословения на труды во благо России. Оторвавшись от забот петербургской жизни, Государь и Государыня приехали в Москву, чтобы спокойно поговеть, приготовиться к Светлому Празднику. Они привезли своих детей, желая напитать их души благочестием, познакомить с русской древностью, которую сами так любили. Москвичи устроили Их Величествам восторженную встречу. В те времена среди простого народа держалось почитание Помазанника Божия, и вот, когда он пожаловал в столицу, толпы людей с радостью вышли встречать его».
Монах Лазарь (Афанасьев). Альманах «Торжествующий дух»
1906 год. Царское Село
«Государь, как и вся семья, был глубоко верующим. Он был русским православным царем. Молитвою начинался, молитвою и кончался его трудовой день. Перед каждым серьезным делом он не спеша истово осенял себя крестным знамением, призывая себе в помощь Господа Бога. Смирение перед Господней волей было отличительной чертой глубоко верующего царя. «Да будет воля Твоя», – с этой молитвой прошел он весь свой крестный путь вплоть до мученической кончины. Помню, солдаты наши неоднократно обращали свое внимание на то, как усердно и истово молился Государь… <...>
На Пасху Государю приходилось христосоваться со множеством православных людей всех рангов. Дворцовые караулы, несшие наряд в Светлую ночь, имели счастье в полном своем составе христосоваться с Государем, получая из Его рук пасхальные яйца».
Ходнев Д. «Император Николай II – державный вождь Российской Армии (из воспоминаний рядового-офицера»
1908 год. Ливадия, Крым
Христос воскрес!
Христос воскрес! Христос воскрес!
О том заре на вольной воле
И песня жаворонка в поле
Звенела радостно с небес…
Услышал весть святую лес,
Дышавший трепетно под снегом,
И повторил своим побегам,
Что смерти нет, что Он воскрес…
И весть о чуде из чудес
Они, согреты небесами,
Несли в земную глубь корнями:
«Христос воистину воскрес!»
Стихотворение, посланное Цесаревичем Алексеем бабушке, вдовствующей императрице Марии Феодоровне. ГАРФ
1913 год. Царское Село, Феодоровский Государев собор
«При приближении величайшего момента, когда ежегодно вот уже XIX веков воспоминается восстание от гроба Божественного Страдальца, сладостно замирает душа верующего, трепетно ждет она гласа церковного о Воскресении Господа. Наступил и радостный день Светлого праздника. В 11 часов 30 минут вечера началась в верхнем храме полунощница. Зажженные лампады и паникадила, и убранные цветами местные иконы и иконы на солее у Царского места указывали, что торжественные минуты приближаются. <...> К самому началу изволили прибыть Их Императорские Величества с Августейшей семьей. По окончании полунощницы величественный крестный ход выступил из алтаря и двинулся вокруг храма. <...> За крестным ходом следовали Их Императорские Величества и Их Императорские Высочества. Чудесный вид представляло это церковное шествие: вся дорога до зданий конвоя была окаймлена огнями молочного цвета; при выходе крестного хода из храма загорелись красные огни, осветившие белый храм и все шествие розовым светом. Была дивная весенняя ночь, прозрачный воздух и бесчисленные звезды на темном небе дополняли картину, невиданную вековыми деревьями Царскосельского парка, черневшими в стороне дворца.
Медленно и торжественно двигаясь, крестный ход обошел вокруг храма и остановился у закрытых дверей. Приветно раздался радостный возглас: "Христос воскресе!". Крестный ход вступил в церковь и началась Пасхальная заутреня. В конце заутрени духовенство вышло из алтаря для христосования. <...> Их Величества изволили прикладываться к иконам и христосоваться с духовенством, а затем христосовались между собою. Наследник Цесаревич Великий князь Алексей Николаевич с Великою княжной Анастасией Николаевной отбыли вслед затем во дворец, а Их Величества с Великими княжнами Ольгой Николаевной, Татианой Николаевной и Марией Николаевной оставались до конца литургии».
«Феодоровский Государев собор в Царском Селе». Вып. 1. Издание Феодоровского Государева собора
1915 год. Первая мировая война
«В течение всей войны, каждое Рождество и Пасху, всем раненым Царскосельского района выдавались великолепные подарки на личные средства Их Величеств, как, например, серебряные ложки и вилки с гербами, и, кроме этого, еще устраивались елки с угощением. Их Величества не ограничивались общественной благотворительностью: значительные суммы раздавались нуждающимся раненым, так что, наверно, многие из них и не подозревали, откуда идет им помощь. Еще менее знали об этом в обществе, так как это шло иногда через моего отца, иногда через других лиц, умевших хранить секреты».
Из воспоминаний Татьяны Мельник-Боткиной,
дочери страстотерпца врача Евгения Боткина
1916 год. Последняя Пасха перед революцией
Император встретил Пасху в Ставке недалеко от Могилева, а императрица с великими княжнами и цесаревичем в Царском Селе.
«Пасхальная заутреня, в присутствии Государя, казалась еще светлее и радостнее. После заутрени Государь разговлялся с лицами свиты. Были приглашены старшие чины Ставки, военные иностранные представители, местные власти. Утром, <...> Государь принимал поздравления и христосовался с духовенством, чинами Ставки, чинами всех частей охраны, с прислугой. <...> Государь сам вручал каждому яйцо. На прелестных фарфоровых яйцах с ленточками был вензель Государя... После завтрака Государь проехал на автомобиле к пристани... При проезде к пристани и обратно народ особенно восторженно приветствовал Государя. Махали платками. Некоторые дамы, дети кричали: "Христос воскресе!" Государь кланялся, улыбаясь. Едва ли когда-нибудь Могилев переживал так радостно наш Праздник из Праздников».
Спиридович А. И. «Великая Война и Февральская революция 1914–1917 гг.»
«Дорогой мой Папа <...> Днем поедем к нам в лазарет, Мама будет там яйца раздавать. Вчера чудно было во время заутрени. И совсем тихо во время крестного хода. Даже свечи не нужно было рукой прикрывать. Масса было народа»
Из письма великой княжны Татьяны Николаевны
отцу императору Николаю Александровичу
1916 год. ГАРФ
«На первый день Пасхи приезжали все (в лазарет. – Прим. ред.), мило христосовались, Государыня была бесконечно ласкова и внимательна. <...> Говорила с офицерами много, подолгу, со всеми нами, даже с низшими служащими, христосовалась. Девочки дали по прелестному яичку-карандашику, Государыня – фарфоровое с красным крестом и Ее вензелем».
Из воспоминаний В. И. Чеботаревой,
старшей медсестры Дворцового лазарета
1917 год. Царская семья находится под арестом в Царском Селе
Великие княжны и цесаревич выздоравливают после тяжелой болезни. Царственным заключенным разрешалась выходить в дворцовый сад под наблюдением охранников.
«Суббота 14 апреля. В 9 1/2 часов утра обедня и причастие. Вечером, в 11 1/2 часов, все собираются к заутрене. У заутрени присутствует комендант дворца полковник Коровиченко, друг Керенского, и три офицера караула. Служба продолжается до двух часов, после чего все идут в библиотеку для обычных поздравлений. Государь по русскому обычаю христосуется со всеми присутствующими мужчинами, включая коменданта дворца и караульного офицера, который остался при нем. <...> Потом все садятся за круглый стол для пасхального разговенья. Их Величества сидят друг против друга. Нас, с двумя офицерами, семнадцать человек. Великие княжны Ольга и Мария отсутствуют, равно как и Алексей Николаевич…
Воскресенье 15 апреля. Пасха. Мы в первый раз выходили с Алексеем Николаевичем на террасу перед дворцом. Чудный весенний день».
Из воспоминаний Пьера Жильяра,
учителя царских детей
«Прежде чем сесть за трапезу, император по старинному русскому обычаю трижды поцеловал господ из свиты и офицеров, а императрица поцеловала дам и подарила мужчинам-придворным, коменданту и офицерам пасхальные фарфоровые яйца. Комендант принял подарок, но и тут не упустил возможности подчеркнуть изменившиеся обстоятельства, намеренно проигнорировав направившуюся к нему императрицу и поприветствовав вначале других дам – к ней же он обернулся в самый последний момент».
Из воспоминаний Софии Буксгевден,
фрейлины императрицы Александры Федоровны
«Однажды в саду к Цесаревичу подошли пьяные матросы и, ухмыляясь, решили его унизить, начали ему кричать:
– Ну что, царь несостоявшийся?! Эх, заживем теперь без вас!
Цесаревич спокойно посмотрел на них и спросил:
– И как же вы теперь заживете?
Солдаты растерялись, и тут вдруг мальчик улыбнулся и звонко воскликнул: "Христос воскресе, братцы!" Солдаты, вытянувшись во весь рост, дружно грянули: "Воистину воскресе!"».
По воспоминаниям солдат охраны
1918 год. Последняя Пасха
Последнюю Пасху Царская семья встретила не вместе. Император Николай, императрица Александра и великая княжна Мария находились под арестом в Екатеринбурге в доме Ипатьева, а великие княжны Ольга, Татьяна и Анастасия и цесаревич Алексей в Тобольске.
«21 апреля (дата указана по старому стилю. – Прим. ред.). Великая Суббота. <...> По просьбе Боткина (доктора Евгения Боткина. – Прим. ред.) к нам впустили священника и дьякона в 8 час. Они отслужили заутреню скоро и хорошо; большое было утешение помолиться хоть в такой обстановке и услышать "Христос воскресе"».
«22 апреля. Светлое Христово Воскресение. <...> Утром похристосовались между собою и за чаем ели кулич и красные яйца, пасхи не могли достать».
Из дневника императора Николая II за 1918 год.
Екатеринбург
«Брату лучше, но в общем поправляется медленно. Еще лежит, но веселый. Поставили в зале иконостас, и всю Страстную была служба. В Четверг причащались. Так уютно устроили все для заутрени. Здесь обычай на Пасху ставить в комнату елку. Вот и у нас стоят 2 по краям иконостаса, а сверху нацепим ветки и внизу около икон поставим горшки с цветами. Маме так бы понравилось...
Сестра Ольга. 23 апреля 1918 г.»
Из письма великой княжны Ольги Николаевны
из Тобольска. ГАРФ
«Суббота 4 мая. Печальный канун Пасхи! Все удручены.
Воскресенье 5 мая. Пасха. Всё нет известий.
Вторник 7 мая. Дети наконец получили письмо из Екатеринбурга, в котором говорится, что все здоровы, но не объясняется, почему остановились в этом городе. Сколько тревоги чувствуется между строк!»
Из воспоминаний Пьера Жильяра,
учителя царских детей
«На Пасху в дом разрешили прийти священнику и четырем монахиням. Великая княжна Ольга Николаевна раздала придворным подарки, заранее приготовленные императрицей. Жители города прислали детям много праздничной еды, так что весь стол был заставлен куличами, пасхами и другими дарами».
Из воспоминаний Софии Буксгевден,
фрейлины императрицы Александры Федоровны
«Пасха прошла грустно. Народ в Екатеринбурге глубоко сочувствовал Царской семье, потихоньку посылал подарки, красные яйца, куличи, но все это с осторожностью. У простых людей была уверенность, что царя, царицу и их детей спасут…
После Пасхи, когда открылась навигация, Наследник Цесаревич с Великими княжнами Ольгой, Татьяной и Анастасией прибыли из Тобольска на пароходе "Русь" в Тюмень. Здесь собралась на пристани громадная толпа народа, которая приветствовала царских детей. <...>
В Тюмени был подан поезд, на котором царские дети прибыли в Екатеринбург».
Из рассказа Ивана Иванова для собрания книг
«Русская летопись». Книга 1
20 мая, на неделе святых жен-мироносиц, великие княжны Ольга, Татьяна, Анастасия и цесаревич Алексей были перевезены в Екатеринбург и также заключены в дом Ипатьева. Семья воссоединилась. До мученической кончины Царской семьи оставалось менее двух месяцев…