Картина, находящаяся в испанской королевской коллекции, традиционно приписывалась Джорджо Вазари (1511–1574), пока Герман Фосс в 1913 году убедительно не приписал её Карло Портелли (1510е–1574), подчеркнув влияние на него «Милосердия» Франческо Сальвиати (1510–1563) (Галерея Уффици, Флоренция)
и стилистические связи с некоторыми работами самого художника, такими как «Мученичество святого Ромула» (1557)
и «Аллегория Непорочного Зачатия» (1566).
Однако женская фигура Портелли изображена перевернутой, повернутой вправо, а не влево, как во флорентийском панно, а расположение путти менее плотное, следуя крестообразной композиционной структуре: один путти расположен высоко слева, обнимая пылающую урну, хорошо отделен от центральной группы, в то время как другой, внизу справа, на переднем плане, крепко спит.
Композиционная структура путти, выглядывающего из-за спины молодой женщины, весьма схожа, хотя на мадридской картине он изображен сдержанной улыбкой, а не многозначительным выражением лица, как на работах Сальвиати.
Портелли также позаимствовал у Сальвиати также внимание к деталям, которое видно в пряжках и лентах, застегивающих драпировку, расписанных эмалью, достойной лучших работ Аньоло Бронзино (1503-1572).
Вьющиеся волосы аллегорической фигуры, практически шлем из золотых локонов, напоминают не только Сальвиати, но и богатые, украшенные драгоценностями причёски, написанные Вазари в 1540-х годах, например, на картине «Свадьба Эстер и Ахасуэра» (1548).
Согласно этим аргументам, картину «Милосердие» из Прадо, исходя из её стиля, следует датировать пятидесятыми годами Чинквеченто, когда Портелли создал свои самые важные алтарные картины.