История Виктории Бурым – это не просто рецепт идеального Сан-Себастьяна. Это рецепт любви, где на грамм безумства приходится килограмм мужества, а щепотка отчаяния замешана на тоннах веры в себя.
Первый тортик – жесть
Вике 34. За плечами золотая медаль, красный диплом столичного вуза, работа бухгалтером в структурах «Роснефти». Казалось бы, жизнь удалась: стабильность, дебет с кредитом сошлись, можно стелить соломку.
– Но было ощущение, что я не на своем месте, – вспоминает Вика.
2018 год стал точкой невозврата в профессию. Занялась саморазвитием: психология, тренинги. Сама пришла в сетевой бизнес – хотела понять механику общения, нашла кучу интересных людей, но через год поняла: Продажи – это ад.
Случайно в соцсетях мелькнула знакомая с тортиком. Вика залипла, стала смотреть и пробовать готовить сама.
– Первый бенто-тортик – жесть. Усилий вагон, а результат – микро, – рассказывает она.
Ушла в событийный сегмент. Делала не торты, а арт-объекты с необычным декором к свадьбам, юбилеям, праздникам. Сначала для своих, потом за «спасибо», потом по себестоимости. Почти 4 года ушло на заявку о себе.
Экзамен на прочность
Летом 2023 пришлось пройти главный экзамен. Заказали торт на 70 человек гостей. Двое суток Вика не спала, вымеряла граммы, колдовала на кухне. А за день до мероприятия трехъярусный красавец поплыл прямо на столе.
– Смотрю и не верю. Что-то пошло не так. Опыта не хватило, какой-то нюанс упустила, – голос Вики до сих пор вздрагивает. – Шок. Я села на пол и разревелась. В голове только одно: Ты неудачница, ты подведешь 70 человек!
10 минут истерики, а потом она встала, заварила крепкий чай. Взяла ложку, зачерпнула с пола кусочек расползшегося торта, съела, успокоилась и пошла готовить заново. Еще сутки на ногах. Торт был готов и, кстати, безумно вкусен.
– Тогда я сказала себе: если можешь после такого взять и переделать – ты можешь все, – смеется Виктория.
Неделя на любовь
Три года назад на дне рождения Вики появился Руслан. Финансист, банкир, который тоже выгорел дотла. Бросил все и горел мечтой уехать в Аргентину.
Через неделю после знакомства он должен был улетать. И тут Виктория принимает решение, от которого у любого нормального человека волосы встают дыбом: «Я еду с тобой».
– Шесть месяцев я собирала документы и готовилась к прыжку в пропасть. Просто внутри щемило: этот парень, которого знаю меньше, чем длится отпуск – моя судьба, – пожимает плечами Вика, будто речь идет о поездке на дачу.
Аргентина: попугаи и грабители
Буэнос-Айрес встретил красивой архитектурой, богатой природой – много зелени и попугаи, которые летают надо головой, как у нас воробьи. Эйфории хватило ровно на три недели. А потом рай обернулся суровой реальностью: денег нет, работы нет, языка нет. Единственный доход – аренда квартир в Краснодаре.
Руслан сутками вгрызается в айти, чтобы заработать. А Вика выходит на русскоязычные форумы и начинает печь, но не торты. В Аргентине с ингредиентами беда, страна живет будто в 90-х годах.
– Я лепила Моти – японские пирожные из рисовой муки. Только их там реально было сделать из тех скудных продуктов, что есть в магазинах, – говорит Вика.
Параллельно приходится осваивать сектор продвижения и продаж – и все это в чужой стране, без знакомств и связей. Помогает открытость аргентинцев, которые через два дня называют тебя лучшим другом и лезут целоваться при встрече. Но есть и другая сторона жизнь в Аргентине. Телефон на улице доставать нельзя. Никогда. Руслан лишился своего за секунду – выхватили мотоциклисты-грабители прямо из рук. Кругом грязь, маргиналы, нестабильная экономика. Базовое чувство небезопасности не отпускает ни днем, ни ночью. Цены на яйца за одну ночь могли вырасти в пять раз.
– Мы начали отношения с кризиса. У нас вообще не было медового периода – только работа и выживание, – говорит Вика. – И это спасло. Мы сразу увидели друг друга настоящими.
13 метров счастья
Через год ребята поняли: так дальше нельзя. Чувство опасности и тоска по дому победили экзотику. Но вернувшись, они столкнулись с настоящей черной дырой.
– Самый страшный момент: мы приехали, а дома нет. В нашей квартире живут чужие люди, – говорит Вика. – Ты прошел ад, выжил, вернулся героем, а тебе некуда идти.
Ни работы, ни клиентов. Снова ноль. Тогда они решили рискнуть: открыть чискеечную. Крошечный павильончик на 13 квадратов. Своими руками за два месяца сделали минимальный ремонт. Так родилась «Бланка».
Вика сделала ставку на Сан-Себастьян – тот самый десерт, который выпекают без муки, а внутри он, как тающее мороженое. В Краснодаре с ним мало кто работал. У ребят сейчас порядка 20 видов.
Спали по два часа
График – убийственный. Вика встает в 6 утра. До 10 печет пирожные. Руслан отвозит товар, она продолжает печь. И так до полуночи. Без выходных целый год. Точку безумия поставил рилс, который вдруг завирусился в соцсетях и набрал 200 тысяч просмотров.
– Нас накрыло волной. Люди звонили, шли толпами. Да, мы проснулись знаменитыми, но спали по два часа, – улыбается Вика.
Сейчас ребята наконец-то ввели выходные. Понедельник и вторник. В планах – вторая точка, свой цех и помощники.
Рецепт любви
Разграничить рабочее и личное, когда вы спите в одной кровати и месите тесто на одном столе, почти невозможно.
– Строить бизнес любимым человеком – самое сложное, что может быть, – вздыхает девушка. – Мы ссоримся до хрипоты. Бывает, хочется разбежаться. А бывает, понимаешь: только он меня и понимает. Я – мотор. Он – база. И Руслан никогда не позволит мне сесть на пол и разреветься. Хотя торт с пола доесть, наверное, даст.
Виктория признается, что несмотря на сложности, ей нравится процесс. Особенно когда люди узнают новые вкусы, а потом возвращаются и говорят спасибо. Это вдохновляет.
– А еще, я ведь ничего не бросаю. Если упала – встаю, вытираю слезы и двигаюсь дальше, – говорит Вика и идет варить крем.
У этого бизнеса, замешанного на любви и упорстве, точно есть все шансы стать еще более успешным.
Ольга Кирова