В прошлом году мы отметили 100-й юбилей любимого многими из нас писателя Аркадия Натановича Стругацкого (1925-1991). Не удивительно, что нашлись люди, которые решили написать об этом человеке, чей вклад в отечественную и мировую литературу действительно значителен. Так появился сборник "Аркадий Стругацкий. Понедельник на все времена", составленный из эссе, воспоминаний и интервью разных людей. Составителем и основным автором сборника стала петербуржская писательница Марианна Алферова. Книга получилась любопытная. Во всяком случае, она содержит немало фактов, которые лично мне были неизвестны, а потому интересны. К сожалению, этим положительные стороны данного сборника и исчерпываются.
Я все понимаю. Человек имеет право на свои собственные политические убеждения и взгляды. Можно быть антисоветчиком, либералом и еще черте кем, нельзя лишь одного, превращать книгу, посвященную жизни и творчеству (по крайней мере, так заявляют авторы) большого писателя, человека с нелегкой судьбой, в политическую агитку самого дешевого пошиба. С первых же глав, рассказывая о блокадной юности своего героя, госпожа Алферова начинает пинать советскую власть, цитируя некого деятеля, который возмущается тем, что в ополчение брали не подготовленных к боевым действиям гражданских лиц. И уже от себя добавляет, что оказывается, о, ужас, ленинградцы должны были выкупать хлеб по карточкам за свои кровные деньги! А что, в 1941-1945 в стране был объявлен коммунизм?
От военных ужасов, авторы сборника плавно перешли к ужасам послевоенной жизни. Всех "фактов" изложенных в книге я перечислять не стану, достаточно фразы, что при Сталине господствовал принцип, что "лучше расстрелять десять невиновных, чем упустить одного виновного". Вот так, безапелляционно. Складывается безрадостная картинка тотальной децимации, которая, видимо, регулярно проводилась в СССР. Но это так, реплика в сторону. Главный лейтмотив сборника таков - советская власть только и делала, что не давала Стругацким печататься, а если и печатала, то на плохой бумаге и со страшными обложками. Насчет обложек, это целиком дело вкуса, поэтому тут обсуждать нечего, а вот насчет бумаги - опять чистая политическая агитка. Вряд ли на книги Стругацких специально выделяли бумагу низкого качества, это чисто технически трудоемкий процесс, ведь типографии не печатают только одну книгу зараз.
Объективности ради следует сказать, что на фантастику, детективы и приключения в Советском Союзе бумагу и типографские мощности выделяли по остаточному принципу. Хорошо ли это или плохо, но так было. Разумеется среди писателей существовала конкуренция, ведь от публикаций зависели гонорары. Что греха таить, авторы старались понравиться издательскому начальству, завести друзей среди редакторов и так далее. Те из писателей, которые чем либо не нравились лицам, принимающим решения, могли оказаться в конце очереди на публикацию. И все это никак не было связано с уровнем авторского таланта. Были и другие объективные трудности, которые есть в жизни любого писателя, не зависимо от места и времени рождения. Ничего этого авторы сборника, особенно госпожа Алферова, в расчет не принимают. Они твердят одно - весь госаппарат СССР сосредоточился на преследовании Стругацких. При этом в книге стыдливо рассказывается история о том, что когда Стругацким понадобилась помощь этого самого госаппарата, в лице КГБ, они прибегли к ней и, вы не поверите, страшная "тайная полиция" эту помощь оказала.
И все бы ладно. Я читал, говоря себе, что с этим ничего не поделаешь, что это такое специфическое мировоззрение, которое сложилось еще лет триста назад. Оно гласит, что "все русское плохо, все нерусское, точнее, западное, хорошо". В ХХ веке слово "русское" обладатели такого мировоззрения заменили на "советское", а затем - наоборот. Однако меня в данном сборнике смущает другое. Авторы сразу уточнили, что речь пойдет в основном о старшем брате и как могли придерживались этого принципа, но при этом сходу объявили и даже выделили это, что Аркадий Натанович Стругацкий был бабником и пьяницей. Разумеется, не в столь резких выражениях, но как еще понять слова о том, что АНС все время пил коньяк и только во время работы воздерживался, и был мягко говоря не равнодушен к женскому полу. Скажите на милость, какую ценную для понимания творчества Стругацких, информацию можно извлечь из сообщения об этих особенностях личной жизни писателя?
Есть в сборнике и интересные материалы, например реконструкция истории Полдня, сделанная исследователем творчества Стругацких "люденом" Михаилом Шавшиным, или рассказ Николая Караева о переводческой деятельности АНС, но, как говорится, все что здесь интересно то не ново, а что ново, то неинтересно. В основном авторы, к моему глубокому сожалению, сосредоточились на пинании мертвого льва, а именно моей Родины, Советского Союза, то самой страны в которой и мог только появиться феномен Братьев Стругацких, ибо они были глубоко советскими писателями, с чисто нашей, отечественной тягой к совершенству и тоской по всемирному человеческому братству. И уж во всяком случае старший брат, Аркадий Натанович Стругацкий, сохранил эту тягу, тоску и веру до конца своих дней.