Только недавно обсуждал разницу между Дагестаном и Кубанью в части помощи при ЧС. В республике в сумме цифра от людей приближается к миллиарду. Как-то мне кажется Кубань более безразлична, тут писал – почему. И вот несколько мнений на эту тему.
Депутат ЗСК Иван Жилищиков (КПРФ). «Не думаю, что есть какая-то принципиальная разница между Краснодарским краем, Дагестаном и вообще, в принципе, любой другой точкой на карте России. ЧП в Крымске, где лично участвовал в ликвидации тогда последствий стихии разыгравшейся и видел, сколько обычных простых людей, волонтерами приезжали, точно так же помогали разрешать эту проблему, сколько потом было собрано и средств, и техники для помощи пострадавшим, либо семьям, к сожалению, погибших.
Есть и другая сторона медали, которая характерна как для Дагестана, так и для Кубани. Помимо этой простой людской безвозмездной помощи, крика души и позыва душевного, существование кучи всяких малопонятных фондов, как мы знаем, вскрывают у нас правоохранительные органы в последний год. Дело не одного миллиарда оказывается. Вот здесь надо разбираться».
Секретарь отделения ЕР, первый вице-спикер ЗСК Николай Гриценко. «Я бы не стал сравнивать регионы, где поддержка больше или лучше. Когда случается беда – люди объединяются везде и помогают в том объеме, который требуется в ситуации. Кубань, к сожалению, тоже сталкивается с ударами стихии. Многие помнят трагедию в Крымске, помощь шла от всей страны. В 2018 году были серьезные подтопления в Горячем Ключе, и тогда одна семья лишилась дома, который мы помогали строить заново. Дагестан в этом году столкнулся с немыслимым масштабом наводнения. И, конечно, помощь, которая сегодня идет со многих регионов, колоссальная финансовая поддержка – которую оказывают люди – она поможет жителям справиться и вернуться к нормальной жизни».
Депутат гордумы Краснодара (МГЕР) Юрий Костомаха. «Такого уровня финансовой поддержки на Кубани от частных лиц как в Дагестане не было просто потому, что происшествий подобного характера не было.
В Дагестане есть конкретный пласт людей, которым надо помочь с восстановлением жилья. И цифра, мы примерно понимаем, не будет увеличиваться, потому что основная фаза разрушений прошла. С таким подходом можно собирать средства для помощи.
Если же разбирать ситуацию, например, с атаками украинских беспилотников на жилые дома, то тут число пострадавших будет увеличиваться постоянно, и частные лица не смогут неопределенное время собирать средства, так как нет понимания, о каких финальных суммах идет речь, какой круг лиц. Вот эта неопределенность – ключевой фактор, почему дагестанский сценарий не повторится, например, по этой проблеме.
Также эту историю нельзя приземлить на экологическую катастрофу в Анапе. Сразу оговорюсь, что там бизнес взял серьезную нагрузку в плане обеспечения условий для волонтеров, выделения техники для очистки пляжей. Но они не смогли бы собрать 1-2 млрд на ликвидацию последствий разлива мазута. Суммы, о которых говорят в Дагестане и у нас на Кубани, несравнимые. Потому бизнес, люди у нас такие же отзывчивые как в Дагестане, и это наша сильная черта – всех россиян».