Глоссарий статьи:
ПАЗ* — Паспорт антитеррористической защищенности (паспорт безопасности) объекта — это информационно-справочный документ, который отражает состояние защищенности объекта от террористических угроз и содержит перечень мероприятий по их предупреждению или пресечению.
БПЛА* — Беспилотный летательный аппарат (БПЛА) — это воздушное судно, осуществляющее полет без экипажа на борту. В Воздушном кодексе РФ используется понятие «беспилотное воздушное судно» (БВС), под ним понимается аппарат, управление которым ведет оператор вне борта.
РЛС* — Радиолокационная станция (РЛС) — радиотехническая система для обнаружения воздушных, морских и наземных объектов, а также для определения их дальности, скорости и геометрических параметров.
РЭР* — Радиоэлектронная разведка (РЭР) — дисциплина сбора разведывательной информации на основе приема и анализа электромагнитного излучения.
РЭБ* — Радиоэлектронная борьба (РЭБ) — термин, который означает совокупность согласованных мероприятий и действий войск (сил) по радиоэлектронному поражению радиоэлектронных объектов противника и радиоэлектронной защите своих объектов.
ПВО* — Противовоздушная оборона (ПВО) — термин, который означает комплекс мероприятий, сил, средств и действий, направленных на отражение воздушного нападения противника и защиту объектов, населения и войск от ударов с воздуха.
Угрозы от БПЛА: какие они сегодня?
БПЛА больше не игрушки и не экзотика. За все время СВО они превратились
в универсальный инструмент террора, разведки и саботажа на гражданских инфраструктурных объектах. Причем угрозы исходят не только от военных: диверсанты, криминал и даже конкурентные фирмы «грешат» и активно осваивают современное «дроновое» оружие. Что сейчас опасно для топливно-энергетического комплекса, транспорта и энергетики? Почему время реакции стало главным ресурсом? И какие изменения в физическую защиту объектов ПАЗ требуются немедленно?
Разведывательные миссии с использованием БПЛА позволяют злоумышленникам выявлять уязвимости объекта, получать данные о производственных процессах и особенностях охраны. Эти действия зачастую предшествуют направленным атакам с применением ударных FPV-дронов, квадрокоптеров и дронов самолетного типа. Цель противодействия сегодня — создать систему раннего обнаружения БПЛА для защиты особо важных объектов и городов на территории РФ. Мы должны быть готовы к угрозам не только извне, но и изнутри — саботаж, шантаж, внутренние заговоры никто не отменял. В условиях давления со стороны недружественных государств важно действовать на опережение.
Сегодня развитие беспилотных технологий заметно опережает нормативно-правовую базу. На практике уже существует широкий спектр технических решений — от пассивных защитных конструкций до комплексов РЭР и РЭБ, дронов-перехватчиков, однако прямое и детализированное отражение этих мер
в требованиях к объектам, моделях угроз и паспортах безопасности опасных объектов и критической инфраструктуры в значительной мере отсутствует. Если еще несколько лет назад атака дрона на нефтеперерабатывающий завод казалась чем-то нереальным, буквально кадром из фантастического боевика, то сегодня, к сожалению, это реальность. Модераторы отраслевых форумов констатируют: противник и злоумышленники перешли к групповому применению беспилотных систем. Операторы таких групп — совсем не любители. Это высококвалифицированные специалисты, часто имеющие боевой опыт. Их главное преимущество — скорость принятия решений и умение работать в условиях активного радиоэлектронного противодействия.
Вывод, который делают эксперты: защищаться от одиночного дрона уже недостаточно. Необходимо создание системы, где сотрудничество — единственный путь к эффективной защите. Только через объединение усилий всех сторон можно создать надежную и устойчивую систему безопасности. Системы безопасности больше не могут быть только ответными — время реагирования на угрозу критично.
Ахиллесова пята ТЭК, транспорта и энергетики — где она?
Первое, что стоит выделить — высокая концентрация критических элементов.
Резервуарный парк, технологическая установка, распределительная подстанция, узел управления — вот они фатальные особенности объектов. Один точный удар маленьким дроном (размером 30×30 см, скоростью до 300 км/ч и стоимостью 40-70 тысяч рублей) может привести к катастрофе. Цифры говорят сами за себя: ущерб отдельному НПЗ достигает 1,5 миллиарда рублей, срок восстановления — до двух лет, а потери перерабатывающих мощностей — 10-12%. И это от одного маленького БПЛА.
Примечание редакции. Пример основан на отраслевых отчетах и публикациях СМИ. Эти данные созданы из комбинации реальных кейсов и экспертных оценок Следственного комитета РФ и Международного энергетического агентства (МЭА).
Второе, протяженные линейные объекты.
Зачастую объекты промышленности — это не одно предприятие. Для мишеней используются склады, логистические центры, нефтепроводы, линии электропередачи, железнодорожные пути — они тянутся на сотни километров. Традиционная охрана (вышки, патрули, видеокамеры) физически не способна контролировать каждый метр, а БПЛА способен пролететь незамеченным вдоль трассы, с высоты своего полета он выберет уязвимое место и нанесет удар.
Третье, самое опасное для гражданского сектора — близость к жилой застройке.
Многие промышленные объекты расположены в черте города или рядом с ней. Именно это накладывает жесткие ограничения на применение огневых средств и мощных систем РЭБ. Вы не можете открыть огонь из пулемета или оружия для подавления дрона в спальном районе. Значит, на первый план выходят раннее обнаружение и точечное противодействие, что позволит сохранить жизнь и, возможно, избежать ущерб.
Отдельно хочется сказать про транспорт. Аэропорты, железнодорожные узлы, морские порты: именно здесь даже неразорвавшийся дрон, просто замеченный в зоне полетов, способен парализовать работу аэропорта на часы. Остановка движения, массовые задержки, срыв логистики — экономический ущерб зачастую может превышать прямой материальный. Поэтому отраслевые требования по транспортной безопасности ужесточаются с каждым инцидентом.
Новые виды атак — с чем имеем дело?
Нужно четко разграничить два типа угрозы.
Первый тип — вражеский разведывательный БПЛА самолетного типа, угроза по типу «крылья». Они летят высоко, внушительных размеров, маршрут у них относительно предсказуемый. «Крылья» и защита от них — задача ПВО.
Второй тип угрозы — малые и быстрые БПЛА. Те самые FPV-дроны, гражданские квадрокоптеры. У них другая физика полета: малая высота, хаотичная траектория. Как правило, у таких БПЛА стандартный набор частот. Время — единственное, что реально работает: укрыться, включить портативный подавитель (который, к слову, будет бесполезен против «крыльев» с автономным полетом) или экстренно покинуть позицию. Раннее обнаружение здесь — залог спасения. А вот малые дроны — это вызов для систем радиочастотного мониторинга.
И пока обыватели обсуждают наиболее известные БПЛА, профессиональные аналитики выделяют семь типов беспилотных систем, которые представляют реальную угрозу для гражданской инфраструктуры. Некоторые
из них способны обходить любые существующие системы РЭБ. Что важно знать сейчас? Опасна не столько мощность каждого дрона, сколько скорость адаптации противника. Пока вы закупаете систему РЭБ под один диапазон, злоумышленники переходят на другой. Сегодня используется оптоволокно — завтра управление через спутники — послезавтра полностью автономный полет по магнитному полю.
Время реакции — главный ресурс. Представьте себе три рубежа защиты.
Дальний (5–10 км). Вы обнаружили дрон. У вас есть несколько минут, чтобы идентифицировать его, поднять тревогу, перекрыть опасные секторы и включить системы РЭБ.
Средний (1–3 км). Дрон уже видит объект. У вас есть десятки секунд — отдать команду на поражение
или вывести людей из опасной зоны.
Ближний (100–300 м). У вас 5–10 секунд. Успеете ли вы нажать кнопку? Сможет ли система автоматического перехвата сработать быстрее?
Почему это критично для объектов ТЭК, транспорта и энергетики? Потому что без времени вы (как объект инфраструктуры) — легкая мишень для противника. Располагая временем, вы становитесь тем, кто может принять решение. Потеряли 10 секунд на дальнем рубеже — пропустили удар на ближнем. И все! Времени на реакцию больше нет. В таких критических ситуациях приходится реагировать на то, что есть, а как правило, это уже разрушения.
Реальный пример: НПЗ, оборудованный РЛС обнаружения малых дронов, получает предупреждение за 2 минуты до подлета. Этого достаточно, чтобы обесточить опасный участок, перекрыть подачу сырья и активировать систему подавления. Без предупреждения — взрыв и два года простоя, потери, и хорошо, если они только материальные. Время реакции — это ваша стена, которую вы строите между штатным режимом и катастрофой.
Современные сценарии атак включают:
- Ударные действия противника с применением средних и больших БПЛА, в том числе дальнего действия и барражирующих боеприпасов, по промышленным и энергетическим объектам на средних и дальних рубежах, с риском крупных разрушений и длительной остановки производств.
- Диверсии со стороны малых групп (диверсанты, террористы), использующих малые и средние БПЛА ближнего/среднего радиуса (дроны FPV типа) для саботажа, локальных ЧС и давления на руководство объектов.
- Применение малых БПЛА криминальными структурами и конкурентами для разведки режимных зон, промышленного шпионажа, хищений и несанкционированного доступа к закрытой информации.
Что менять в физической защите объектов (ПАЗ)?
Традиционный ПАЗ — забор, контрольно-пропускные пункты, видеокамеры, охранники с рацией — это такая классическая схема безопасности. Однако сегодня этого категорически недостаточно. Эксперты предлагают внести в систему физической защиты как минимум следующие элементы.
Эшелонированная система обнаружения:
- Радиолокационные станции для дальнего рубежа (обнаружение на 5–10 км);
- Акустические и оптические датчики для среднего рубежа;
- Радиочастотное раннее обнаружение малых гражданских БПЛА (типа FPV-дронов);
- Тепловизоры и системы компьютерного зрения на ближнем рубеже — для автоматического захвата и сопровождения цели.
Организационные меры — что можно предпринять?
- Создание единого центра мониторинга, куда стекаются данные со всех датчиков.
- Регламенты реагирования с пошаговыми инструкциями для охраны (что делать при обнаружении, при атаке, после падения дрона).
Интеграция с городскими системами — в чем сложность?
Поскольку многие объекты находятся в жилой застройке, необходимо наладить обмен информацией с муниципальными центрами управления, полицией и Росгвардией. Это позволит быстро блокировать районы, эвакуировать население и привлекать дополнительные силы.
Правовое и информационное обеспечение — чего хотим добиться?
Стоит отметить, что сегодня существует информационно-правовой вакуум в данном вопросе. Многие собственники объектов критической инфраструктуры вынуждены искать пути защиты самостоятельно, без четких нормативов.
Необходимо:
- Принять обязательные отраслевые требования по защите от БПЛА.
- Установить ответственность за отсутствие систем обнаружения и подавления.
- Создать сертифицированный перечень средств противодействия.
Мы уверены, что активность и вовлеченность руководителей органов власти и бизнеса в процессы внедрения и развития защитных технологий рассматриваются как важный вклад в общую безопасность: формируя на региональном уровне единую систему мониторинга и взаимодействия, предприятия и муниципалитеты становятся сегодня частью общего дела по спасению жизней через инженерные решения.
Что получим?
- Повышение эффективности системы антитеррористической защищенности промышленных объектов и объектов ТЭК за счет раннего обнаружения угроз с возможностью многоуровневого реагирования (обнаружение, электронное подавление + кинетическое уничтожение).
- Сокращение времени реакции на инциденты до нескольких секунд благодаря интеграции средств РЭР с системами РЭБ и кинетическими комплексами и автоматизированного мониторинга («Булат‑Онлайн», «Стриж» и др.).
- Снижение потенциального ущерба от атак дронов и киберугроз за счет комплексного противодействия на ранних стадиях угрозы.
- Повышение межведомственной координации (Росгвардия, МЧС, Минпромторг) и возможности интеграции с государственными системами оповещения и управления.
Без комплексной системы — никуда.
Беспилотные системы превратились из технической новинки в универсальный инструмент угроз. Они дешевы, доступны, легко модифицируются и способны наносить неприемлемый ущерб при минимальных затратах. Эффективная защита объектов топливно-энергетического комплекса, транспорта и энергетики сегодня невозможна без комплексных систем обнаружения, идентификации и противодействия беспилотным системам, интегрированных в общую архитектуру безопасности и ПАЗ.
Три главных вывода:
- Время реакции — это ресурс номер один. Каждая секунда на дальнем рубеже сохраняет миллиарды
на ближнем. - Универсального средства защиты не существует.
- Нормативная база должна догнать реальность. Пока закон молчит, ущерб растет.
Мы уверены в необходимости закладывать в ПАЗ конкретные инженерные решения по защите от БПЛА, интегрированные в общую систему ИТСО: от РЛС, РЭР комплексов и детекторов дронов до средств РЭБ,
с обязательным учетом требований законодательства «О связи», Воздушного кодекса РФ и норм радиочастотного регулирования, чтобы применяемое оборудование соответствовало допустимым параметрам и не создавало помех критически важным каналам связи. Ранее с нашими выводами согласились представители органов власти (НАО), промышленности, топливно-энергетического комплекса, силовых структур, научного сообщества и компаний, разрабатывающих технологии радиоэлектронной разведки и борьбы на нашем мероприятии (которое прошло 20 марта в Нарьян-Маре) «Реализация концепции комплексной системы безопасности: эффективное противостояние новым видам атак в гражданских структурах через раннее выявление угроз»
Напомним, что материал данной статьи подготовлен по итогам мероприятия, которое проходило в гибридном формате и объединило представителей органов государственной власти, топливно-энергетического комплекса, транспортной отрасли, ведущих охранных предприятий и разработчиков технологий радиоэлектронной борьбы (РЭБ). Инициатором мероприятия выступила компания 3mx при поддержке ключевого партнера — ООО ЧОП «Формула-А». Дискуссия прошла с участием экспертов Михайловской военной артиллерийской академии, специалистов по антидроновой защите и представителей объектов ТЭК, транспорта и энергетики.