Будьте здравы бояре и боярыни. Мир вашим домам. Всех, читающих эти строки, поздравляю с приближающимся праздником международным днём культуры!!!!! Он во всех странах мира отмечается 15 апреля. Желаю вам крепкого сибирского здоровья, благополучия, мира и целый океан позитивных эмоций!!!!! А также желаю вам, чтобы вы всегда были культурными людьми!!!!! Если уж вы пожелаете мне что-нибудь написать, то пишите в комментариях к моим статьям и видеороликам. В этом случае каждому из вас непременно отвечу.
В моём блоге «Огни и воды» буду постоянно и подробно рассказывать на личном примере об эксперименте: «Сможет ли человек с разрушенным сердцем дожить до ста лет?» Считаю, что этот блог заставит не только меня, но и вас, вести самый активный, здоровый образ жизни, который поможет нам всем, желающим долго жить, легко и в полном здравии перейти вековой рубеж. Моя цель вести этот блог до столетия также будет непременно подталкивать всех нас к долголетию. Есть народная пословица: «Раз взялся за гуж, то не говори, что не дюж». Я взялся за гуж, называемый «долголетием». Приложу максимум усилий, чтобы достичь поставленной мной цели.
Впервые статья о тёмной стороне моего детства вышла в моём блоге на двух сайтах, сайте «Одноклассники» и сайте «Яндекс Дзен», десятого марта 2024 года. Её размер составлял всего шесть листов машинописного текста. В настоящее время я перепишу эту статью в более интересном и широком формате, увеличив её объём более чем в пять раз. Редактируя старую статью «Детство. Тёмная сторона.», буду в неё добавлять новый материал, а может быть я её перепишу всю в новом более интересном формате. Посмотрим, что из этого получиться.
В моём детстве было много светлого, но и тёмного было неменьше. Однако именно его тёмная часть сделала меня спокойным и уравновешенным человеком, способным чаще принимать правильные решения. Мне не хотелось бы рассказывать о тёмной стороне моего детства, но придётся, потому что в одном источнике знаний я прочитал: «Если бы в мире не было зла, то люди никогда бы не узнали, а что собой представляет добро». Я верю в бога. К моему сожалению, в церковь на исповедь никогда не ходил. Пришло время, когда мне придётся исповедоваться перед всеми моими подписчиками. Я этого не боюсь. Зло – это, конечно, очень плохо, но именно оно подготовило меня в мои детские годы к преодолению всех трудностей моей взрослой жизни. Чужие плохие поступки меня постоянно заставляли никогда их не повторять. В детстве мне тоже иногда приходилось совершать нехорошие дела. Негативный жизненный опыт, полученный мной в начале моей жизни, помог мне в дальнейшем избежать многих грехов.
Значительную роль в формировании тёмной стороны моего детства сыграла неудачная история развития моей малой родины. До 1917 года моё село называлось Георгиевкой. Его покровителем был христианский святой Георгий Победоносец. Благодаря ему оно до этого времени развивалось быстрыми экономическими темпами. Люди в нём жили в полном достатке. Примерно в 1905 году была построена церковь. При ней открыли церковно-приходскую школу. К 1917 году население Георгиевки составляло более полутора тысяч человек. В этот год в селе родилось около шестидесяти детей. В конце 1918 года антирелигиозные представители новой Советской власти переименовали мою малую родину из Георгиевки в Егорьевку. С этого времени развитие села медленно, набирая обороты, покатилось под гору, так как слово Егорьевка хорошо ассоциируется со словосочетанием «горе луковое». К началу моих школьных годов у нас осталось только три класса начальной школы. Село стало бригадой соседнего колхоза, находящегося в селе Васильевка. Из-за таких условий жизни большая часть хороших моих земляков, чтобы их дети учились в нормальных условиях, переехала в другие населённые пункты нашей области.
Большую часть оставшихся в Егорьевке людей составили такие граждане, которые очень сильно болели алкоголизмом. Почти все свои заработанные потом деньги они тратили только на водку. Главной темой всех их разговоров всегда был алкоголь. Они с интересом и с воодушевлением старались рассказать другим людям о том, с кем гуляли, что пили, сколько выпили и т.п. Такие представители нашего народа постоянно стремились напиться водки до полной потери памяти. В таком алкогольном состоянии ими творились на глазах детей непотребные вещи. Благодаря им я до начала моей учёбы в школе подробнейшим образом знал в самом похабном варианте о том, откуда берутся дети. Некоторые мои земляки успели отсидеть в тюрьме. Они в пьяном виде посвящали дошкольников в знания о тюремных порядках. Не начав учиться в школе, я уже от них знал, как на зоне мужиков опускают, как там играют на неприличные желания в карты, как иногда люди проигрывают себя, или других. Мне такие знания в том возрасте были совсем не нужны, но мне ими обильно забивали голову. Немало граждан от пьянства, особенно мужчин, рассталось со своими жизнями в расцвете сил. Во время моего детства часто колхозники управляли транспортными средствами в нетрезвом состоянии. Органы власти в тот период это не контролировали, а иногда даже поощряли. К нам в село иногда приезжал участковый. Так у него всегда вместо пистолета в кобуре всегда лежал огурец для закуски после принятия алкоголя. Во время моего детства в нашем сельповском магазине самым ходовым товаром была водка. Её не успевали завозить, так как она моментально раскупалась.
Я с двоюродной сестрой Богдановой Ниной Артёмовной.
Приёмная дочь родного дяди Богданова Нина Артёмовна рассказал мне об одном случае. Она в девятом классе с одноклассницами засыпала во время посевной семена в сеялки. После окончания посевной компании председатель колхоза на глазах детей прямо в поле премировал каждого механизатора бутылкой водки. Они её тут же всю выпили и поехали домой пьяные. В то время за хорошую работу часто награждали алкоголем. В нашем селе жил грамотный человек Иванов Пётр Николаевич. У него была интересная кличка «Синдикат». Он работал в молодости механиком на авиационном заводе в городе Куйбышеве (ныне Самара). За пьянку его оттуда уволили. Пётр Николаевич вернулся в родное село и начал в нём работать трактористом. Один раз он в пьяном виде зацепил культиватор за трактор и поехал в поле культивировать. Там его застал главный агроном колхоза Фатеев Николай Максимович. Он увидел, что на культиваторе нет половины режущих траву лапок. Агроном не смог Петру Николаевичу объяснить то, что так работать нельзя. Также у него не получилось заставить его уехать с поля домой. Жить в детстве среди часто пьющих водку людей нелегко. Они могут в бессознательном состоянии оскорбить, покрыть отборным матом и даже зверски избить ребёнка, а потом оправдываться тем, что они были пьяными и ничего не помнят. Своим пьяным состоянием они пытались оправдать все свои нехорошие выходки в алкогольном угаре. О некоторых случаях моих нелицеприятных контактов с пьяными людьми расскажу ниже. В настоящее время в моём селе пьяных механизаторов на рабочем месте не увидишь, так как их за это моментально лишают прав, а затем заставляют выплачивать большие денежные штрафы. Восстановление прав им обходится финансово очень дорого. Все эти нововведения отбили у многих любителей выпить желание садиться в нетрезвом состоянии за руль.
Сослуживец Эглисов Сергей с морпехом Какалевским Юрием.
В одной статье я рассказал о том, как один девятилетний мальчик заставил угрозой четвероюродного брата, который был на два года младше его, сказать похабные слова женщине, которая им годилась в матери, а затем его поймал и отдал ей для наказания. Она жёстко побила этого семилетнего мальчика. Мой сослуживец Эглисов Сергей, прочитав эту статью, сделал такие выводы. Семилетнего пацана надо было за такие слова хорошенько высечь, а про девятилетнего не надо ничего плохого писать, так как нельзя позорить старшего брата. Благодаря этому брату я никогда его негативных поступков не повторял. Можно с уверенностью сказать, что он помог мне избежать в моей жизни многих грехов. Это брат в своей жизни натворил очень много нехороших дел. Про некоторые из них я не буду писать из-за того, что не хочу травмировать других людей, которых они касаются. Ниже я буду писать не только о плохих поступках других, но и о своих. Я не хочу быть им судьёй. Судьёй может быть только бог. Есть один такой смертный грех: «Не суди и не судим будешь». Эта моя статья должна помочь людям избежать в их жизнях таких плохих поступков, за которые им в будущем будет стыдно.
Моя бабушка Сидоренко Васса Игнатьевна со своим внуком, моим двоюродным братом, Булгаковым Александром Александровичем.
Один из моих негативных поступков в моей памяти не сохранился. Мне о нём рассказала моя бабушка Сидоренко Васса Игнатьевна. Мне было около четырёх лет. Я на задах двора моего дяди Булгакова Якова Васильевича нашёл десятилитровый дубликатор, который был под завязку заправлен смазочным материалом. Всё его содержимое было мной зачем-то выкачено на моё тело. Таким образом оно с головы до пят было обильно покрыто этой смазкой. В таком виде я заявился к моей бабушке. Ей меня пришлось отмывать полдня. До семнадцати лет я не курил. Несмотря на это, дядя Яков Васильевич решил меня в шесть лет отучить от курения. Сам он никогда в своей жизни не курил. Иногда в пьяном виде брал сигарету, поджигал её и делал вид что курит, так как никогда в свои лёгкие дым не затягивал. Он просто набирал его в рот и выпускал в атмосферу. Один раз я оказался рядом с ним в такой момент. Яков Васильевич протянул мне подкуренную сигарету. Я, не понимая его действия, попытался ей взять. В это время дядя резко горящим концом сигареты прижёг мне губы. Они моментально у меня распухли. Мне было больно. Бабушка Васса Игнатьевна две недели смазывала мне их гусиным жиром и ругалась на своего сына. Он же ей оправдывался такими словами: «До свадьбы заживёт. Теперь твой внук никогда курить не станет». Яков Васильевич ошибся. Его наука не помогла. Она оставила только память о сильной и очень неприятной боли. Я с семнадцати лет прокурил около сорока лет. Был злостным курильщиком.
Троюродный брат Булгаков Пётр Николаевич.
Я ещё не ходил даже в подготовительный класс нашей школы. В это время мне мой троюродный брат Булгаков Пётр Николаевич, который был старше меня на восемь лет, предложил добыть денег на покупку патронов для его ружья. За это он мне обещал дать пострелять из него. В то время, по сравнению с настоящим, многие люди свободно в своих домах имели ружья. Им для этого не нужно было оформлять необходимые в наше время документы на хранение и применение оружия. Перед нашим домом наискосок через улицу жила Ахмеева Христинья Ивановна. Она женила своего сына Владимира Ивановича на девушке Валентине, похожей на цыганку. Её направили после училища из города Куйбышева, ныне Самара, работать киномехаником в наше село. Я хорошо помню, как она на своей свадьбе во дворе будущего мужа лихо отплясывала калинку. Люди били ей под ноги керамическую посуду и кидали денежные монеты, которые в то время неплохо стоили. Я брал у мамы пятикопеечные монеты для оплаты просмотров детских кинофильмов, а Валентине врал, что забыл взять деньги дома. Просил её пустить меня в клуб смотреть кино. Обещал потом принести ей долг. Несколько раз мне удалось её обмануть. Так я начал собирать пятачки для покупки патронов для ружья. Ахмеев Владимир Иванович прожил со своей молодой женой чуть больше года и развёлся. Он её обвинял в том, что она не может ему родить детей. Валентина вернулась в город Куйбышев. Там она второй раз вышла замуж и родила двух дочерей. Ей удалось с мамой первого мужа сохранить очень дружеские отношения. В последствии Валентина со своими детьми почти каждое лето приезжала к ней в гости. Владимир Иванович после развода уехал в город Куйбышев. Там женился. Построил дом. У него долго не было детей. Потом родился сын. Люди говорили, что ему кто-то в этом деле помог.
Троюродный брат Булгаков Пётр Николаевич.
Немного денег на патроны к ружью я собрал путём обмана киномеханика Валентины. Какую-то часть украл у моей мамы. В моё детство к нам в село часто приезжал человек, который у ребят покупал высушенные шкурки сусликов. Он за них платил по пять копеек, или предлагал какой-нибудь товар на обмен. Часто это были надувные шары. В то время в нашей местности сусликов водилось бесчисленное количество. Они считались тогда злостными вредителями сельскохозяйственных зерновых культур. Государство стимулировало их уничтожение путём покупки шкурок этих зверьков по цене пять копеек за штуку. В то время столько стоил резиновый шар, который можно было надуть воздухом по размеру больше футбольного мяча. Весной сусликов выливали водой, которой было много в канавах после таяния снега. Из ведра льёшь воду в норку. Она заставляет суслика из неё вылезать на поверхность. Когда показывалась голова, то его сзади брали за шею и вытаскивали всего из норки. Если промаргивали это момент, то суслик пробкой выскакивал из норки и убегал. Летом ловили этих зверьков капканами. Один раз суслик мне своими острыми зубами очень сильно прокусил на руке большой палец. Я думал, что у меня шрамы на нём останутся на всю жизнь, но они со временем рассосались. Несколько пятачков мне удалось получить за шкурки сусликов. Мясо этих зверьков в жаренном виде с лучком ели с удовольствием современники моих родителей, так как их детство проходило в более голодное время. Мне же суслиное мясо не понравилось. В наше время сусликов никто не ловит. Несмотря на это, их количество резко сократилось. В поле редко удаётся увидеть этого зверька. В конце моих не совсем честных усилий я смог собрать на патроны целый рубль. Брат Пётр дал мне из ружья около леса Большой Верх выстрелить один раз по мишени и сказал, что мои деньги закончились. Меня это дело очень разочаровало, и я больше не занимался сбором пятачков ему на патроны.
Сохранившиеся остатки церкви, построенной в селе в 1905 году.
В ранние детские годы я был очень сообразительным пацаном. Благодаря этому в церкви мной был совершён большой грех. Это культовое здание стояло на полутораметровом, выложенном из камня, фундаменте. В некоторых местах вместо камней зияли дыры. Мы через них залазили под полы церкви и там почти в рост передвигались. Под зданием было много тумб, выложенных из камня. На них опирались брёвна, к которым были сверху прибиты половые доски. Никто из пацанов, даже тех, кто был старше меня, не обладал сообразительностью равной моей. Я заметил, что одна каменная тумба не касается вверху полов, а над ней имеется забитый деревянный люк. Решил сказать мальчишкам, что в этой тумбе замурован клад. Они её быстро раскурочили. Нашли в ней деревянный крест и немного царских медных монет. Мне потом взрослые объяснили, что это место с крестом осветили молебном перед строительством церкви. Во время этого ритуала туда кидали
монеты. Потом крест заложили на растворе камнями. Я тогда ещё не знал, что любая инициатива всегда наказуема.
Видимо бог меня за это наказал тем, что мне пришлось, в отличие от моих земляков, которые живут только для себя, служить всю мою жизнь трудовому народу. Я понял это только сейчас, когда прожил больше шестидесяти лет моей жизни. Бывшая жена постоянно меня обвиняла в том, что я верой и правдой служу народу, а не ей и моим детям. Моих врагов она считала моими друзьями. Мне на работе коллеги на день рождение подарили золотую цепочку с иконкой святого Пантелеймона. Во время болезни я её надел, надеясь на то, что она улучшит моё плохое состояние. Не получилось. У меня начались удушья. Цепочка стала жечь тело огнём. Когда я её снял, то состояние моё резко улучшилось. Знающие люди мне объяснили, что мне нельзя иметь у себя золото. Видно, слугам народа это драгоценный метал не положен. После этого случая ношу медный крестик на верёвочке, так как все мы ходим под богом. Мои знакомые, увешанные драгоценными украшениями, за это смотрят на меня с презрением. Я не стремился стать слугой народа, но мне пришлось это сделать. В старших классах мной была получена полная информация о том, как народ может отплатить за верную службу ему. За это дело Иисус Христос был сначала распят на кресте, а потом на него стали молиться. Жанна д Арк приняла активное участие в освобождении своей родины от захватчиков. После этого её сожгли на костре, а затем сделали святой. Хорошо о народной плате написал Максим Горький в своём рассказе «Легенда о Данко». Люди после того, как его служба им стала не нужна, затоптали сердце Данко в грязь. Зная всё это, я часто планировал, как все нормальные граждане нашей необъятной страны, жить только для себя и для своей семьи, но у меня это не получилось.
Все мои земляки жили сегодняшним днём и только для себя. Их не волновало то, что завтра может случится с их родным селом. Будущее моей малой родины не давало мне покоя с детских лет. Мою голову систематически долбили такие мысли: «Для сохранения моей малой родины необходимо сделать следующее: до райцентра от села отсыпать поднятый грейдер, восстановить восьмилетнюю школу, создать отдельное рентабельное хозяйство, чтобы в нём люди могли хорошо зарабатывать, восстановить церковь, построить для проживания односельчан 20-30 отличных домов. Для осуществления этих целей мне надо много учится. После этого необходимо сделать головокружительную карьеру, чтобы получить должность, которая поможет мне решить все проблемы моего села, или научиться зарабатывать очень много денег, на которые можно будет создать всё необходимое для моей малой родины». Такие думы меня терзали и не давали покоя. Мне же хотелось спокойной семейной жизни. Близнецы обладают интуицией и могут предвидеть будущее. Эти способности помогли мне точно определить мою единственную половинку северную, холодную красавицу Хельгу. Она могла легко отменить мою службу народу. Ей надо было для этого всего на всего предложить мне на ней жениться, а не ждать, когда это сделаю я. Если бы я предложил ей выйти за меня замуж, то бог бы мог нас обоих за мой отказ служить народу наказать лишением счастья, удачи и покоя. Если бы она проявила смекалку и женила бы меня на себе, то бог был бы вынужден отпустить меня со службы и дать нам прожить долгую счастливую жизнь. Хельга же, хорошо не подумав, оставила меня служить народу. Ей за такое решение пришлось все свои ресурсы тратить на мою службу трудящимся.
Моя единственная половинка Хельга.
Прошли годы. От райцентра до нашего села был построен поднятый грейдер. Он значительно облегчил моим землякам поездки в село Курманаевку. Восстановили церковь. Открыли девятилетнюю школу. Создали два мощных рентабельных крестьянских хозяйства, способных дать рабочим возможность заработать нормальные зарплаты. В моей голове стали возникать мысли о том, что меня в связи с моим возрастом бог освободит от службы народу, подскажет моей единственной половинке Хельге то, как ей женить меня на себе и даст нам возможность счастливо душа в душу прожить остатки наших жизней. Но не тут-то было. Я оказывал всяческое внимание моей даме сердца, стараясь её подтолкнуть к верному для нас обоих решению. Мои мечты, что мы каждый год будем с ней отдыхать на берегу моря, или океана, не осуществились. Моя половинка Хельга непреклонно заставила меня опять верой и правдой служить трудовому народу. Её душа два-три раза в неделю прилетает ко мне ночью и дарит мне изумительную любовь, которая стимулирует меня жить дальше. Одна знакомая мне сказала:
- Брось её. Она тебе не любит. Я тебя люблю. Люби лучше меня.
- Как я тебя смогу полюбить, если ко мне прилетает и дарит любовь её душа, а не твоя? Я только за счёт этой любви и живу, - был мой ответ ей. Ко мне во сне пришёл покровитель моей половинки Николай Угодник и сказал мне:
- Ты должен ей за такую любовь систематически отдавать десять процентов от всех своих доходов.
- Мне дарит любовь не она, а её душа, а душе, я думаю, ничего материального не надо, - возразил ему я.
- Смотри, как бы тебе о таком своём мнении в будущем не пожалеть. Твоя жадность может тебя привести к тому, что ты всё потеряешь. Подумай об этом хорошенько на досуге, прежде чем что-либо решать - спокойно сказал мне он, а затем исчез из моего сна.
В этом дом до 1985 года жил мой родной дядя Булгаков Яков Васильевич.
С горечью обхожу моё родное село. Не всё в нём так гладко, как бы мне этого хотелось. Большинство домов разрушено. Их дворы обильно заросли клёном. У нас осталось всего сорок квартир и домов, пригодных для жилья. Они все заняты. У нас нет рынка жилых построек. Из-за этого некоторые его жители покидают родное село, так как они сами построить себе дома не могут. Желание стать собственником жилья им приходиться осуществлять в других населённых пунктах. Некоторые сёла района гибнут. В них в семидесятые-восьмидесятые годы двадцатого века государство построило много двухквартирных домов. Большинство таких квартир не имеет хозяев. В то время в нашем селе жильё почти не строили. В настоящее время необходимо срочно построить хотя бы пять хороших домов для бесплатной передачи их многодетным семьям, чтобы в ближайшее время сохранить функционирование девятилетней школы. Требования людей к условиям жизни увеличились. Теперь им мало иметь от села поднятый грейдер. Его необходимо покрыть асфальтом. На это тоже нужны большие деньги. Их у моих земляков пока нет.
Это дом раскулаченного Багарова сохранился до нашего времени..
В настоящее время вырисовалась ещё одна срочная проблема села. В 1833 году люди наше село назвали Георгиевкой в честь христианского святого Георгия Победоносца. Он стал покровителем моей малой родины. Благодаря его покровительству Георгиевка развивалась быстрыми темпами. Была построена церковь. В 1917 году в селе проживало более полутора тысячи человек. В год рождалось около шестидесяти детей. Большинство людей жило в деревянных домах. В конце 1918 года один из наших предков возомнил себя выше бога. Он решил покровительство села Георгием Победоносцем заменить на своё. По его указанию мою малую родину назвали Егорьевкой. Большинство деревянных домов разрушили. Настроили саманных землянок. От многих из них в настоящее время ничего не осталось. Необходимо срочно вернуть селу его старое название, чтобы Георгий Победоносец возобновил над ним своё покровительство. Я уже переговорил со многими моими земляками об этом, но они почему-то против этого. Если моя единственная половинка северная красавица Хельга прикажет мне на ней жениться, то я буду обязан немедленно выполнить это её указание. В случае моего неповиновения ей я потеряю счастье и удачу, а без них мне решить проблемы моей малой родины будет нельзя. В настоящее время по её решению я должен верой и правдой служить моему родному селу несмотря на то, что многие мои односельчане за это будут на меня плевать с высокой колокольни. Моя единственная половинка Хельга вместо того, чтобы остаток своей жизни прожить счастливо со мной, будет помогать мне выполнять своё непреклонное решение. Она может в любой момент его изменить, но не будет это делать назло мне. У меня же нет возможности что-либо изменить в этом моём сердечном деле.
По центру Прокофьев Иван Алексеевич. Справа его жена троюродная сестра мамы Феодосия Михайловна. Слева мама Булгакова Валентина Васильевна.
У моей мамы была троюродная сестра Булгакова Феодосия Михайловна. Она вышла замуж за офицера-фронтовика Прокофьева Ивана Алексеевича. Во время войны он прошёл трёхмесячные курсы по подготовке командиров взводов и получил офицерское звание младший лейтенант. Затем он дослужился до старшего лейтенанта. После сорок пятого года, в связи с тем, что у него было всего семь классов образования, его из армии уволили. Тётя Феня и дядя Ваня всю свою жизнь отработали на колхозной ферме, она дояркой, а он пастухом-скотником. У них в семье было трое детей. Старший сын Прокофьев Николай Иванович родился в 1957 году. Дочь Прокофьева Татьяна Ивановна родилась в 1958 году. Младший сын Прокофьев Владимир Иванович родился в 1960 году. Старшие Прокофьевы прилично зарабатывали на ферме и детей изрядно баловали покупками из магазина. Духовно эти родственники были нищими, потому что всегда завидовали моей маме, хотя она не могла купить то, что было доступно им. Дядя Ваня и тётя Феня всегда за своих детей всех беспощадно били, внушив своим потомкам мысль, что они всегда правы. Односельчане боялись трогать их чад. В результате этого старшие Прокофьевы добились того, что их сыновья начали всегда во всех жизненных ситуациях считать себя правыми. Встав взрослыми, они отплатили своим родителям тем, что начали их часто поколачивать при решении спорных вопросов, возникающих между ними. Прокофьеву Ивану Алексеевичу в городе Орске, как фронтовику, дали квартиру. Его сын Владимир, во время очередного скандала со отцом, спустил дядю Ваню со второго этажа по лестнице вниз. Из-за этого родителям этого семейства пришлось оставить квартиру сыну и вернуться жить в Егорьевку. Затем сыновья вынудили их побоями уехать к дочери Татьяне на Украину. Там они умерли и похоронены.
Прокофьева Феодосия Михайловна считала своего мужа и сыновей полными дураками. Она это даже не скрывала от людей. Говорила, что её сыновья родились точными копиями своего дурака-папаши. Считаю, что Прокофьев Иван Алексеевич в трезвом состоянии был адекватным человеком. В молодости же я его видел чаще всего в пьяном состоянии. Тогда он нёс при маленьких детях всякую околесицу. Иван Алексеевич мог нам под воздействием алкоголя подробно рассказать, как он на войне насиловал немок. Один раз в пьяном угаре из-за ненависти к моей маме он показал на меня пальцем своим сыновьям и сказал: «Бейте его. Это выкормыш хитрой подколодной змеи». Правда в этот раз его дети над ним посмеялись и меня не поколотили.
Сверху. Слева Пичурин Фёдор Павлович. Справа Виктор - племянник Прокофьева Ивана Алексеевича. Снизу. Слева Прокофьев Владимир Иванович - мой троюродный брат по маме. Справа я.
К третьему классу я догнал по учёбе моего троюродного брата Прокофьева Вову. Учился он плохо. Сидел в каждом классе по два года. В школу привезли красивые шашки. Они были белыми и красными. На них были изображены здания Московского кремля. Диаметр каждой шашки был где-то около 5-6 см. Я с кем-то играл в эту игру. Подошёл Вова. Ему что-то не понравилось. Он резко меня плечом оттолкнул и выкрикнул мне: «Ну ка отошёл отсюда выблядок!» Отлетев, постояв и хорошо подумав, вернулся к столу. Похлопав его левой рукой по плечу, я нанёс ему правой рукой три прицельных удара в нос. При этом мной были ему сказаны следующие слова: «Ты кому, сучонок, это сказал!?» У Вовы из носа ручьём потекла кровь. Он убежал домой. Прошёл один школьный урок, и я забыл об этом конфликте.
Не помню, как я на перемене оказался в промежутке между стеной школы и высоким крыльцом. В это время на коне прискакал Прокофьев Иван Алексеевич и начал меня беспощадно сечь кнутом. Он, наверное, убил бы меня, если бы мне не удалось заскочить на крыльцо и убежать от него в здание школы. Спустя много лет я сидел на скамейке рядом с построенным мной домом. В этот момент ко мне подсел пьяненький дядя Ваня и начал жаловаться на свою жизнь: «Почему ты, Серёг, не такой как мои сыновья? Меня то Колька бьёт, то Вовка. Не знаю уж, куда от них прятаться». Я ему жёстко ответил: «В этом ваша с тётей Феней вина. Вы им с детских лет внушили, что они всегда правы. Благодаря этому теперь вы их родители будете всегда перед ними не правы».
Четвероюродный брат Прокофьев Николай Иванович.
Про старшего сына Прокофьева Николая Ивановича у меня очень много плохих воспоминаний. О некоторых из них расскажу вам в этой статье. Он был старше меня на целых пять лет, но, как старший брат, ничему хорошему не научил. Пацаны почему-то дали ему кличку «Холуй». Коля сам всегда называл себя дураком, чтобы не отвечать за свои пакостные поступки. С пяти до семи лет я по своей дурости получал от этого четвероюродного брата только зло. Потом мной было почти прекращено всякое общение с ним. На всю мою жизнь я сохранил полное отвращение к нему. Николай Иванович велел мне держать у моей груди красивый резиновый мячик, подаренный мне бабушкой. В это время он в него выстрелил из лука. Хорошо, что стрела попал не в меня, а в мяч, который тут же спустил. Один раз этот брат вытащил из брюк свои половые причиндалы и велел мне с угрозой сделать минет. Я от этих его слов пришёл в ярость, но не показал виду. Спокойно подошёл к нему и резко нанёс ему удар ботинком по его гениталиям. Мне повезло, попал точно. Колю тут же от боли согнуло пополам. Я же в этот момент рванул от него со всех ног и целый месяц старался не попадаться ему на глаза. За это время он об этом инциденте забыл, но уже такое никогда в своей жизни никому не предлагал.
Троюродный брат Булгаков Сергей Николаевич.
Мне было около семи лет. Летом в огороде Прокофьевой Феодосии Михайловны её старший сын и мой троюродный брат Булгаков Сергей Николаевич отмечали чьё-то день рождение. У них была бутылка водки. Тогда она стоила три рубля шестьдесят две копейки. В огороде тёти Фени было посажено несколько яблонь. Из них мне запомнилась своими вкусными прозрачными ранетками «Золотая китайка». Созревшие яблоки были основной закуской моим братьям. Они смогли за несколько подходов заставить меня выпить больше ста грамм водки. В пьяном состоянии я пришёл домой. Прошёл мимо бабушки Вассы Игнатьевны в задней половине избы, стараясь на неё не дышать, чтобы она не почувствовала от меня запах алкоголя. Ей сказал: «Что-то у меня голова заболела. Пойду в передней части избы полежу на кровати. Может быть она от этого перестанет болеть». Когда лёг в кровать и закрыл глаза, то для меня началась по моим ощущениям сильнейшая морская качка. Меня переворачивало, бросало то вверх, то вниз. После такого состояния я сполз на пол. Всё содержимое желудка непроизвольно начало из меня вылетать на пол. После окончания рвоты я смог в кровати заснуть. Васса Игнатьевна догадалась о причинах моего такого состояния и потом ещё долго говорил: «Вот изверги. Напоили ребёнка водкой чуть ли не до смерти». Именно этот случай заложил в моё сознание полное отвращение к спиртному на всю мою жизнь.
Жизнь моего четвероюродного брата Прокофьева Николая Ивановича сложилась плохо. Его после службы в армии родители женили на хорошей девушке из города Орска. Она работала учительницей в нашей начальной школе. В их семье родился сын. После этого пьяный Коля её из-за не обоснованной ревности сильно избил. Эта учительница забрала ребёнка и уехала с ним к своим родителям в город Орск. Ещё у Коли была дурная привычка гоняться пьяным с вилами за земляками. Им это надоело. Они собрались, вытащили его из дома и очень сильно избили. После этого он долго боялся выходить за пределы своего дома. Второй раз моего так называемого брата женили на простой девушке Татьяне Николаевне. Она работала в колхозе разнорабочей. У них в семь родилось двое детей, сын и дочь. Николай Иванович практически нигде не работал, жил в основном за счёт жены. Затем он убил моего соседа Кривохижина Вениамина Петровича. За это преступление ему пришлось отсидеть семь лет. Вернувшись с зоны, за ум не взялся. Через некоторое время топором на смерть зарубил свою жену. После этого Николай Иванович отсидел ещё семь лет. В тюрьме ему удалось заработать хорошую пенсию. На неё он мог бы неплохо существовать. Коля же после зоны занялся бомжеванием и бродяжничеством. В районном центре клянчил деньги на водку у главы района Коляды Юрия Дмитриевича. Одну падшую женщину заставлял угрозами собирать милостыню для покупки ему алкоголя. Обокрал четвероюродную сестру, пустившую его по своей глупости переночевать. Николая Ивановича нашли мёртвым в подъезде многоквартирного дома в селе Курманаевке. То ли замёрз, в то время стояли морозы ниже тридцати градусов, то ли сгорел от обильного алкоголя. Васильевскому сельскому совету пришлось собирать деньги, чтобы его похоронить на Сухореченском кладбище в городе Бузулуке.
Младший сын Прокофьевой Феодосии Михайловны Владимир Иванович был редчайшим пакостником. Он постоянно старался причинить зло мне, или другим людям. Это доставляло ему удовольствие. Мне его в этом сдерживать не удавалось. Вова решил почему-то отомстить Авдееву Петру Михайловичу, участнику войны в Западной Украине. Я считал этого человека для чужих людей безобидным. Он пас в Мордовском долу по очереди с Прокофьевым Иваном Алексеевичем дойный гурт. У них смена длилась по трое суток. Под плотиной Мордовского пруда находился отличный родниковый колодец. Его стенки были выложены камнем. Вода в нём была чистой и вкусной. Она стояла в этом роднике на уровне земли. Мы с Вовой часто пешком ходили в Мордовский дол. Когда началась смена Авдеева Петра Михайловича, то мой так называемый брат в отместку ему за что-то сходил в этот родниковый колодец по большой нужде, точно зная, что через три дня из него будет пить воду его отец. Пётр Михайлович был вынужден это родник потом хорошо почистить. Не зная о поступке сына, через три дня из него пил воду отец Вовы. Через десять дней в сильную жару пришлось напиться воды и самому пакостнику. Он никогда так и не усвоил смысл пословицы: «Не плюй в колодец, пригодиться, когда-нибудь из него воды напиться». Я же из этого колодца после такого случая воду никогда уже не пил.
О конце жизни Прокофьева Владимира Ивановича я подробно рассказал в другой статье. В каждом из нас одновременно находятся бог и дьявол. Они всё время при нашей жизни ведут между собой непримиримую борьбу за наши души. Моему брату не повезло, в нём победил сатана. В детские годы я не мог предположить, что волевого и упрямого сына офицера, когда он станет взрослым, жизненные трудности сломают, как человека, и превратят полностью в животное. Авдеев Пётр Михайлович является олицетворением негативных жизней многих моих земляков в годы моего детства. Он имел грамотную жену. Она одно время работала учётчицей в колхозе. В их семье было три сына и одна дочь. Родители ещё имели отличный яблоневый сад. Их потомки его в таком состоянии содержать не смогли. Яблони погибли, а земельный участок обильно зарос клёнами. Всему вина болезнь, поразившая их семью. Эта болезнь называется алкоголизм. Она резко сократила жизни всем членам Авдеевской семьи. Один раз Пётр Михайлович ехал с большой сумкой в тракторной будке из села Васильевки в село Егорьевку. Женщины с интересом его спросили о том, что у него в ней лежит. Он сказал им, что везёт гостинцы детям. Затем раскрыл сумку и показал людям её содержимое. Увидев, что сумка под завязку набита бутылками с водкой, женщины очень удивились. К моему сожалению, алкоголь в то время очень сильно сокращал население моей мало родины.
До моего окончания начальной школы молодёжь села активно занималась по вечерам спортом. Около клуба была сделана волейбольная площадка. На ней почти каждый вечер играли в волейбол две команды. Третья ждала проигрыша одной из команд, чтобы её заменить в игре. С моим взрослением молодёжь в клубе постепенно заменила игру в волейбол на пьяные попойки. Мне было лет семь. Я находился днём на этой игровой площадке с моим старшим четвероюродным братом Прокофьевым Владимиром Ивановичем. В это время там появился пьяный Иванов Николай Сергеевич, двадцатилетний парень по кличке «Чирок». Года два он отсидел в тюрьме за чистку погребов своих земляков. Видно, на зоне у него ум совсем помутился, или ему его там отшибли. Вова его зацепил своими ядовитыми словами, но пьяный Чирок стал разбираться за это почему-то не с ним, а со мной. Он начал ко мне приближаться и крыть меня всеми матерными словами и понятиями, полученными им на зоне за два года. Я, семилетний пацан, с большим трудом от него отбрехался и не дал ему меня поколотить. Брат Вова в это время стоял в сторонке и над обоими нами от души смеялся.
У Иванова Сергея Фёдоровича было четыре сына и одна дочь. Из них только Николай Сергеевич не смог создать нормальную семью. В наше село из села Костино приехала красивая девушка работать учительницей в начальной школе. Мой четвероюродный брат Прокофьев Владимир Иванович перед службой в армии начал с ней дружить. Потом он в неё по уши влюбился и хотел даже на ней жениться. Иванов Николай Сергеевич отбил её у него и вступил с ней в законный брак. В их семье родился сын. В народ дошли жалобы жены Чирка на то, что он начал приучать своего грудного ребёнка к боли путём тыкания в него иголкой. После этих слухов эта семья сменила место жительства. Там эта женщина от Иванова Николая Сергеевича вместе ребёнком ушла. Мне интересно, но я не знаю, как сложились в дальнейшем жизни жены и сына Чирка. Он же после этого другой семьи завести так и не смог. Много пьянствовал и бродяжничал. Всё это привело его к ранней смерти.
Мне было лет 8-9. Я сидел на скамейке, расположенной у ворот дома дяди Булгакова Якова Васильевича, вместе с моим четвероюродным братом Прокофьевым Владимиром Ивановичем напротив нашего сельповского магазина. Из него вышел пьяный вор рецидивист Багаров Василий Яковлевич. За ограбление этого магазина он отсидел пять сроков. Этот мужчина также любил грабить односельчан. Обычно выбивал в передней избе окно и забирал всю водку из дома. Заявления в милицию за личные дома на него никто не подавал, а то отсидок в тюрьме у него было бы гораздо больше. Увидев его испитую рожу, так называемый брат Вова в его адрес сказал очень ехидные слова примерно такого содержания: «Вот ещё один синюшный алкаш выползает из магазина!». Василия Яковлевича эти слова буквально взбесили, но ему почему-то показалось, что их сказал я. Он мне за это высказал свою матерную претензию. На неё был дан мной жёсткий ответ:
- Протри свои зенки и уши, старый козёл! Я тебя не трогал и ничего тебе не говорил.
- Я хорошо слышал твой писклявый голос. Это ты выблядок сказал. Я тебя сейчас убью, - заорал он мне и кинулся меня убивать. Я не стал его ждать и рванул от него наутёк. Он схватил камень и запустил его вдогонку. Мне повезло. Если бы я не споткнулся и не упал, то он мне бы точно попал в голову. Считаю, что он побоялся связываться с отцом так называемого брата и всё зло своё сорвал на мне, так как в то время меня защищать было некому.
Через тридцать лет после этого случая я работал заведующим током колхоза. В один день меня что-то подтолкнуло ехать домой на машине не обычной дорогой, а другой. На середине плотины Русского пруда из автомобиля ЛУАЗ заметил у кромки воды плавающее, согнутое пополам тело человека. Подойдя к нему, узнал, что это мёртвый Багаров Василий Яковлевич. Кто-то более сильный взял его с берега за шиворот и притопил. Его тело в таком положении и застыло. Его сын Сергей работал у меня на току мотористом. Я ему сообщил о гибели отца. Так нелепо закончил свою жизнь этот гражданин. С членами семьи Прокофьевых после окончания начальной школы я начал контактировать очень редко, потому что хорошо понял, что с дураками лучше никаких дел не иметь. У Вовы в начальной школе была красивая кличка «Каштан». Она ему нравилась, но не совсем соответствовала. В Васильевском интернате ребята дали ему другую кличку «Телок». Это слово его правдиво характеризовало. Он действительно был упрямо прущим на людей тупым бычком.
В нашем селе жил Митрофан. Он был старше меня на три года. Благодаря подобным ему людям мне удалось прочитать много полезных и интересных книг, а также закончить среднюю школу на одни четвёрки и пятёрки. Митрофан любил в детстве придумывать пакостные игры для тех, кто был младше его. Один раз он предложил игру, в которой одни должны были быть наездниками, а другие конями. Не предвидя подвоха и не зная правил игры, я согласился быть конём. Это событие происходил около деревянного здания нашей начальной школы. Рядом с ним было саманное строение, в котором раньше было два учебных класса. После ликвидации восьмилетней школы им не пользовались. Кто-то из сторонников Митрофана тайно от меня справил около его задней стены большую нужду и накрыл своё дерьмо листом бумаги. Затем, подведя меня к этому месту, этот организатор заподлянок мне сказал: «Конь должен обеими руками схватить пакет, затем его разорвать зубами и подать наезднику» - при этом он смачно почавкал своим ртом, как будто сам рвёт зубами эту бумагу. За его спиной стояли Чехол, Сютря и другие ребята старше меня. Я догадался, что там находиться под бумагой. Сторонники Митрофана по их грозному виду были готовы схватить меня и макнуть головой в их дерьмо. Во мне на всех них закипела злость. Поняв, что убежать мне они не дадут, я резко наклонился, схватил дерьмо двумя руками и хотел его затискнуть в рот человеку, придумавшему эту пакость, но не успел. Вся компания Митрофана со смехом моментально рванула от меня со всех ног. Я никого не смог догнать.
Прибежав домой, зашёл в огород и там из крана трёхкубового бака, наполненного всегда для полива огорода водой под завязку, тщательно вымыл руки. У китайцев есть такой обычай. Гость должен всё съеденное у хозяина оставить на его земельном участке для улучшения плодородия земли. Говорят, что увидеть во сне много отходов человеческой жизнедеятельности, к большим деньгам. Может быть эти пакостники этим своим поступком отдали мне свои доходы, необходимые им самим в жизни. Повезло ли Митрофану в дальнейшей жизни, или нет? Наверное, если бы я догнал и намазал ему лицо этим дерьмом, то его жизнь может быть сложилась бы гораздо лучше. Ему в начале повезло. Его после службы в армии взяли работать охранником на секретный военный завод. Там ему платили хорошую зарплату. На пенсию он бы вышел гораздо раньше своих сверстников. В последствии этой работы получил бы в городе Москве прописку и квартиру. Приехав в отпуск, Митрофан ушёл в пьяный загул. Начал хвастаться всем о своей хорошей жизни. Люди в то время предполагали, что его за это наказал Кривохижин Вениамин Петрович. Они считали, что именно он украл секретные документы собутыльника и продал их в городе Куйбышеве (ныне Самаре). Митрофану повезло. Его за утрату этих документов не посадили, а просто выгнали с работы. Возможно именно благодаря ему в наши дни у меня приличная пенсия, а у него нет. В настоящее время в нашем селе вместо Митрофана живёт другой человек. Он полностью осознал все свои ошибки, совершённые им в молодости. Если бы ему удалось отмотать свою жизнь назад, то он бы её прожил совсем по-другому.
Петров Вася, Евдокимов Вова (наш годок) и я.
В начальной школе со мной произошёл ещё один нелицеприятный случай. Мы с моим одноклассником Петровым Васей залезли в огород к Капитан Анне Степановне. Вася из него ушёл, а я почему-то в нём задержался. В результате этого хозяйка меня поймала и отвела в школу для наказания. Туда вызвали маму. Тогда в школе вторым учителем работала родная тётя Васи Петрова Матрёна Васильевна. Она с моей мамой вместе начала меня обильно порицать за кражу овощей из чужого огорода. Я не выдержал этого и сдал ей её племянника. Тогда она взялась за него и мне стало легче. Через день мне стало стыдно за то, что не сдержался и сдал друга. За воровство чужих овощей мне стало стыдно гораздо позже.
Один год отучился в Грачёвской восьмилетней школе. Я слева с чубом спускающимся к носу в виде треугольника.
Один год в четвёртом классе я учился в Грачёвской восьмилетней школе. Во время учёбы там жил у родной сестры мамы Окуневой Любови Васильевны. Отношения с одноклассниками налаживались плохо. Один раз на уроке меня достал Абрамочкин Костя. Он сидел сзади меня и чем-то ширял меня в спину. Это меня очень сильно разозлило. Я сжатой в левом кулаке авторучкой ударил его в голову, попал в висок и рассёк ему до крови кожу. В последствии мы с ним подружились и даже года два переписывались. Глухов и Смольянинов обещали меня убить. Я часто в мой портфель клал полкирпича для увесистого удара им по ним в случае нападения. Точно не помню, Мартынов, или Веретянкин, толкнул меня весной на перемене в грязь. Упав, я очень сильно испачкал мою одежду. В таком виде пришёл на урок. Учитель меня вместе с моим обидчиком отправил к нему домой для чистки моей одежды.
Я в детстве с двоюродной сестрой по маме Наташей.
В то время шоколадные конфеты в доме сельских жителей были большой редкостью. Тётя Любовь Васильевна купила их около двух килограммов и спрятала в доме под потолком для особых семейных случаев. В детстве я, в отличие от настоящего времени, не мог равнодушно проходить мимо шоколадных конфет. Меня к ним тянуло как магнитом. Я начал по одной штуке их из тайника воровать. Положу такую конфетку в рот и стараюсь как можно дольше наслаждаться её вкусом. Но увы, это у меня не получается, так как она быстро рассасывается и меня начинает тянуть взять новую. В то время мне конфеты не надо было даже запивать водой. В настоящее время, съев полконфетки, выпиваю большой бокал чая, чтобы хорошо утолить жажду. За короткий период я ликвидировал тётин запас шоколадных конфет. Когда она заметила их отсутствие, то я, не моргнув глазом, ей соврал: «Наташа просила у меня конфет, а я ей их по одной отдавал». Её дочери Наташе было в то время всего три года. Она ни подтвердить, ни опровергнуть мои слова ещё не могла. За этот проступок тётя Любовь Васильевна меня не наказала.
Родная сестра мамы Любовь Васильевна с мужем Сергеем Григорьевичем и дочерью Наташей.
Один раз меня в селе Грачёвке оставили в доме одного хозяйничать. Муж тёти Окунев Сергей Григорьевич был где-то в командировке. Любовь Васильевна была в отъезде. В то время у них было печное отопление. Топили углём. В доме я был с дочерью тёти Наташей. Вечером слишком рано закрыл трубу в печке. Уснул крепким сном. Любовь Васильевна приехала домой поздней ночью. Два часа ей пришлось барабанить по всем окнам. Мы с Наташей спали мертвецким сном. Громкий стук тёти с трудом меня оторвал от крепкого сна. Я встал с больной головой и открыл дверь Любови Васильевне. Она тут же почувствовала в доме угар. Затем она, открыв окна, хорошо проветрила все его комнаты. Если бы тётя в эту ночь не вернулась, то мы бы с Наташей погибли от угарного газа. Углём протопить дом сложно даже для взрослого, а для ребёнка тем более. Проблема заключается в том, что если трубу закроешь раньше, то в дом пойдёт угарный газ, а если позже, то всё тепло вылетит в трубу.
Родной брат мамы по отцу Булгаков Николай Васильевич.
После окончания четвёртого класса я попал летом в гости к родному дяде Булгакову Николаю Васильевичу в республику Таджикистан в город Орджоникидзеабад. Там мне понравились большие озёра. Я в них с большим удовольствием купался, когда туда меня приводил тётин Валин сын Леонид. Вода этих озёр, в отличие от горных рек, была тёплой и очень чистой. В то время я уже умел хорошо плавать и не боялся утонуть. Моему ровеснику дальнему родственнику дядиной жены, не умеющему плавать, не повезло. Он на одном из таких озёр погиб, когда пошёл туда купаться с знакомыми ребятами. Я попал на его похороны. Мама этого мальчика работала в школе учительницей. В её доме было много детских интересных книг. По моей просьбе она дала мне две книжки почитать. Один, старше меня примерно на четыре года, пацан, присутствующий на похоронах, строго сказал:
- После прочтения обязательно верни.
- Непременно верну, - не моргнув глазом, соврал ему я. Эти две книги до сих пор в моём доме в селе Егорьевке. Жене дяди Коли тёте Вале сказал, что купил их на свои деньги. У неё по всей квартире валялись кучки металлических монет. Из них я понемногу, чтобы не заметили, крал. В то время мне хотелось почему-то иметь свои деньги. Там в гостях я подслушивал разговоры родных дядей и о них докладывал тёте Вале. Они так и не поняли, кто их ей сдавал. В настоящее время жалею об этих моих негативных поступках.
Продолжение следует читать во второй части.