Контроль называют нормой, когда ограничения называют свободой.
«Работа интернета нормализуется, когда исчезнет необходимость в мерах безопасности».
"Сейчас ситуация, когда соображения безопасности диктуют необходимость принятия определенных мер. Эти меры принимаются, и, безусловно, большинство наших сограждан понимают целесообразность и необходимость этих мер", — отметил Песков.
Это заявление Дмитрия Пескова — классический пример того, как власть объясняет неудобства граждан «временными мерами безопасности», не называя ни конкретных критериев отмены, ни ответственных за это сроков.
Заявление Пескова на первый взгляд — логично. Но на деле это означает: ограничения могут длиться годами или стать постоянными, потому что «необходимость» определяет само государство, и критерии её отмены не публичны.
Реальная ситуация с интернетом в России (из открытых источников):
- С мая 2025 года в регионах периодически отключают мобильный интернет (иногда и связь) — официально для борьбы с беспилотниками.
- Белые списки: доступ сохраняется только к крупным госресурсам и отдельным сервисам.
- Telegram замедляется с февраля 2026. Доступ существенно затруднён.
- VPN-сервисы активно блокируются, но в Кремле «ощущают перебои» — то есть ограничения бьют и по госслужащим.
- Жалобы: более 181 000 только за 12 дней марта 2026 (данные DownDetector). Лидеры — Москва, Московская область, Санкт-Петербург.
Характер сбоев показателен: интернет «есть, но не работает» — страницы не открываются, приложения (включая банки и доставку) зависают. Это не техническая авария, а частичное ограничение доступа.
Нам говорят «Необходимость мер исчезнет» — когда? Никаких критериев. Если угроза беспилотников или «неисполнение законов Telegram» бесконечны — то и ограничения бесконечны.
Песков говорит о блокировках — не «путь в прошлое»? Но фактически: белые списки, отключение регионов, замедление мессенджеров — это управляемый, фрагментированный интернет, напоминающий модели Китая или Ирана.
Песков заявляет, что «Большинство понимает». Риторический приём для легитимации ограничений. В условиях, когда независимые опросы невозможны или не публикуются, это утверждение неверифицируемо. Жалобы на сбои (тысячи в день) говорят об обратном.
Если следовать логике Пескова, то работа интернета в России никогда не будет полностью восстановлена в прежнем виде, потому что:
- Угроза беспилотников не исчезнет в обозримом будущем.
- Telegram и другие платформы не будут исполнять российские законы в том объёме, который требует государство.
- VPN-сервисы невозможно полностью заблокировать, но борьба с ними будет продолжаться.
Следовательно, «исчезновение необходимости» — это политически невозможное условие. Ограничения останутся, но будут подаваться как «временные» ещё много лет.
Как это связано с темой контроля и «системой насилия»? Механизм в привыкании к ограничениям через их риторическую нормализацию:
- Этап 1: Вам говорят, что неудобства временны и необходимы.
- Этап 2: Вы начинаете их принимать как данность («такой период»).
- Этап 3: Когда «период» затягивается, вы уже не задаёте вопросов — потому что система сформировала новую норму.
Песков не угрожает и не запугивает. Он нормализует контролируемый интернет. И делает это языком заботы о безопасности.
Интернет в России “нормализуют”, когда исчезнет необходимость в мерах безопасности. Переводя с кремлёвского: пока власти удобно держать страну на цифровом поводке — поводок останется. Сегодня это “временные ограничения”, “такой период” и “белые списки”. Завтра — ещё одна причина закрутить гайки. Когда у государства вместо нормальной работы сети — цензура, блокировки и отключения, это уже не безопасность. Это управление через страх и деградацию. Сначала душат интернет. Потом объясняют, что так и надо. Потом делают вид, что это не путь в прошлое. Очень удобно строить “стабильность”, когда у людей отбирают возможность свободно говорить, работать и просто жить.
Интернет “ограничили”, связь “нормализуют”, а людям предлагают не ныть, не паниковать, заняться живым общением и спрашивать дорогу у прохожих. Люди привыкают. Сервисы адаптируются. Бизнес молчит. Государство объясняет. И всё это начинает выглядеть… нормально. Вот только это не норма. Это просто момент, когда контроль перестаёт прятаться. И если это называется «временными мерами» — то главный вопрос уже не «когда всё вернут». А вернут ли вообще.
Сегодня — «неудобства». Завтра — «временные меры». Потом — «в интересах безопасности». А потом это просто есть. И уже никто не удивляется. И в какой-то момент ты ловишь себя на мысли: интернет исчез — и это не шок. Это «ситуация». Связь пропала — и это не проблема. Это «период». И вот здесь финальная точка. Когда тебе говорят, что потеря базовых вещей — это «детокс», это значит только одно: тебя уже не пытаются убедить. Тебя просто проверяют, насколько далеко можно зайти, пока ты продолжаешь называть это «неудобством».
Интернет в России, конечно, “нормализуется”. Когда-нибудь. Если разрешат обстоятельства. Если исчезнет необходимость. Если звёзды сойдутся. А пока — временные ограничения, белые списки и очень заботливое отношение к гражданам: чтобы, не дай бог, не увлеклись свободным доступом к сети. Ничего страшного, потерпите. Это же не цензура. Это просто такой период. Очень удобно: сначала отключить, потом объяснить, что так надо, а потом пообещать вернуть “полностью восстановленную” свободу. Когда-нибудь.
Пишу и снимаю. Присоединяйтесь ко мне
Авторский видеоконтент
Политический треш
Приглашаю в телеграмм-канал
Поддержка пряниками
Мои увлечения - история, философия, психология, музыка, экономика, политика, социология. Пишу об этом и о многом другом. Профессиональная модель. Выступала на международных музыкальных фестивалях. Танцую, пою, пародирую голоса исполнителей. Учусь в Нидерландах в Академии искусств, факультет индустрии кино и искусств. Совладелица видеостудии в Санкт-Петербурге.
Рада видеть всех вас в своих блогах.
Поддержите, пожалуйста, единомышленники, присоединяйтесь к телеграмм-каналу https://t.me/shipshard
Рецензии на серьезное кино
Самые тяжелые реальные фильмы о системе