Я снова в командировке
Собирала чемодан за полчаса до предполагаемого выхода из дома. Это очень плохая привычка, но ей ровно столько лет, сколько я летаю куда-нибудь авиапассажиром.
Во время сборов обнаружилось:
- я не зарегистрирована, потому что билет мне приобретала принимающая сторона и указала нероссийский номер телефона,
- у меня разряжен накопитель для батареи и второй телефон, где нерусская симка,
- все футболки в корзине для грязного белья.
Собрав телефон, дав наследнику последние напутствия "Если я не вернусь" и выходя из дома, я поняла, что не помню, где ключи от машины. Они оказались в сумке для ноутбука - на самом дне самого потайного кармана.
Другие предметы, которые я решила проверить (паспорт, телефон, нерусская карта, второй телефон), лежали на дне остальных потаенных карманов, их в сумке штук шесть.
Сначала заехала на работу, оставила ключи, СТС и банковскую карту коллеге, который обещал загнать машину на сервис.
PS с машиной облом
На работе съела пирожок и заказала такси. Подробно указав таксисту, где я буду его ждать.
Таксист с няшным именем Тофик сообщил, что он подъехал. Не обнаружив ни такси, ни Тофика в нужной точке, звоню ему.
Тофик говорит: "Я у пешеходного перехода".
В Москве миллион переходов.
- Слушай, отменяй заказ, раз такая умная, - вспылил Тофик.
Я не люблю, когда уважаемые люди вынуждены просить меня два раза, поэтому отменила заказ, поставила единицу и написала в поддержку плохо про Тофика.
Я - токсичный клиент, избалованный столичным сервисом. А Яндекс всегда защищает потребителя, это давно проверено на практике.
Зато второй таксист попался веселый. Он работает в службе безопасности одного серьезного места, а в отпуске таксует. Ну неудивительно, почему у нас все печально с безопасностью. К самому таксисту никаких претензий - его дело, но это как бы неправильно. Безопасность в отпуске должна отдыхать, а не латать финансовые дыры.
А потом я проходила всевозможные досмотры в аэропорту.
А потом много ела. Обожралась. Из того, что помню - пицетты (это батон с запеченным сыром и ветчиной) , блины с творогом (я ем белок и защищаю мышцы) и лимонные корзинки - песочное тесто с кислой химозой.
А потом ела в самолете и читала рассказы Василия Макарыча Шукшина.
Я однажды слушала интервью Жванецкого, и он признался, что с возрастом стал читать только малые формы - рассказы. Потому что после 70 ты рискуешь не просто забыть начало, пока дойдешь до середины какого-нибудь Уллиса, ты в принципе рискуешь не дожить до финала.
С тех пор я превентивно читаю исключительно рассказы :)
А потом я проходила паспортный контроль в другом аэропорту, и пограничник спрашивал меня бдительно, зачем я прилетела в их страну.
А потом меня отвезли в гостиницу. А по дороге я писала сообщения: "Вы смотрели договор"?, "Я завела на оплату", "Коллеги, когда у нас второй платеж?" и прочую ерунду.
А потом я поняла, что меня тошнит. И я просто не соображаю ничего от тошноты.
Я долго выслушивала приветственный спич девушки на ресепшене гостиницы (завтрак, вайфай, приятного пребывания), поднялась в номер, на автомате спустилась на ужин.
Меня тошнило страшно.
От усталости.
Казалось бы, ну что такого - ехала и ела.
Но я очень устала.
Это и есть возраст