«Лунная ночь на Днепре» Архипа Куинджи до сих пор излучает тот же мягкий свет, перед которым 146 лет назад нищие и князья становились равны. Как рождалось это полотно, кому довелось в него влюбиться и как оно пережило собственную славу читайте в моей статье.
Немного биографии Куинджи
Архип Иванович Куинджи (1842, Мариуполь – 1910, С.-Петербург) — крупнейший русский пейзажист XIX века, прославившийся картинами «Лунная ночь на Днепре», «Украинская ночь» и «Берёзовая роща». Ученик Айвазовского и впоследствии влиятельный педагог, преподавал в Академии художеств, возглавлял передвижников, а в 1909 году учредил собственную премию для молодых живописцев.
История написания: полгода у открытого окна
Архип Куинджи писал «Лунную ночь» полгода, не отпуская кисти ни на день. Задолго до завершения по городу поползли упорные слухи о «картине невиданной красоты», и под окнами мастерской вырастали живые очереди. Чтобы хоть немного унять любопытство, художник каждое воскресенье на два часа распахивал двери, превращая студию в капличку, где можно было увидеть, как рождается лунный свет. За те краткие «показы» в мастерской побывали Тургенев, Менделеев, Полонский, Крамской и Чистяков. Однажды к Куинджи заглянул скромный морской офицер и поинтересовался ценой. Услышав цифру «пять тысяч рублей» — баснословную по меркам эпохи, — он спокойно кивнул: «Хорошо, оставляю за собой». Лишь позже выяснилось, что это был великий князь Константин Константинович Романов.
Выставка-одиночка: тёмный зал и «шарлатанская» луна
Полотно впервые показали в зале Общества поощрения художников на Большой Морской улице в Санкт-Петербурге в октябре 1880 года. Тогда в России ещё не устраивали персональных выставок из одной работы, эта была первой. Куинджи приказал закрыть все окна и осветить холст единым направленным лучом. Посетители входили в полумрак и замирали: серебристо-зелёный диск казался живым, а свет — настоящим. Многие заглядывали за раму в поисках скрытой лампы, но обмана не находили. По городу ходили легенды, будто художник использует редчайшие японские пигменты и заключил сделку с потусторонними силами. На деле Куинджи добивался свечения через бесконечные эксперименты над контрастом и составом красок, в которых ему помогал друг-химик Дмитрий Менделеев. Результат — холодное мерцание украинской ночи, перед которым Илья Репин заставал зрителей «в молитвенной тишине со слезами на глазах».
Дальнейшая судьба картины
Князь-владелец так влюбился в полотно, что повесил его в каюте собственной яхты и увёз в море. Тургенев пришёл в ужас: «Вернётся совершенно испорченной!» — писал он Григоровичу. Соль, ветер и сырость не прошли бесследно: краска потрескалась, цвет поблек. Но даже с потёртостями картина продолжала завораживать, будто свет в ней жил независимо от холста. В 1882 году Константин Романов привез полотно автору на реставрацию. Куинджи вспоминал, что увидел свою работу потускневшей, с царапинами и местами — с солевым налетом. Художник обновил пейзаж, но полностью восстановить картину ему не удалось.
Громкая слава подтолкнула Куинджи написать ещё две авторские версии (1882 год). Одна сегодня в Третьяковке, другая в Ливадийском дворце (Крым). Сам же художник внезапно закрыл мастерскую и прекратил выставки: «Певцу надо уходить, пока не спадёт голос». Три десятилетия он не показывался публике, но каждый день брал в руки кисть или карандаш, и даже лёжа перед смертью рисовал эскизы.
Картина пережила и владельца, и художника, и империю, в которой родилась. Сегодня она продолжает светиться в трёх экземплярах. «Лунная ночь» напоминает: настоящий свет не тускнеет, даже если потрескается краска.
Спасибо за то, что читаете. Лайки и подписка помогают развитию канала.