Как Кировская область за "мёртвые коровьи души" орден Ленина получила

Не так часто в исторических фильмах, книгах, передачах всероссийского уровня возникает Кировская область. Поэтому всякий факт, будь то ссылка Василия Шуйского в Вятку или пребывание в Кирове во время эвакуации Евгения Шварца, привлекает внимание местного жителя. Цикл "Исторические хроники" с Николаем Сванидзе состоит из документальных лент с начала 20 века до распада Советского Союза. В серии "1961. Хрущёв - начало конца" авторы приводят любопытный эпизод из истории нашего региона.

Чтобы выполнить и перевыполнить авантюристические планы руководства страны, не получить по шапке и хотя бы временно погреться в лучах славы и высочайшего партийного одобрения, кировские начальники во главе с первым секретарём обкома КПСС А.П. Пчеляковым внедрили схему "бестоварных квитанций", попросту говоря, приписок, и в этих приписках красок не жалели. В 1959 году Кировская область выполнила двойной план по сдаче мяса государству. Мясо было только на бумаге, но на цифрах Америку догоняли, и Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25 декабря 1959 года область была награждена орденом Ленина "за успехи в развитии общественного животноводства, выполнение соцобязательств по производству и продаже государству мяса, а также за увеличение производства и продажи хлеба и других сельскохозяйственных продуктов".

Гордиться тут, возможно, нечем. После того, как обман был раскрыт, в газете "Сельская жизнь" вышла статья под названием "Карьеристы", и в начале 1961г. Пчеляков был снят с должности. Однако обращает на себя внимание оценка ведущего "Исторических хроник", который называет методы кировчан адекватными ненормальным требованиям сверху. Безусловно, если сравнивать этот случай с рязанской аферой, во время которой секретарь обкома А.Н. Ларионов организовал выполнение тройного плана по поставкам мяса, пустив под нож большую часть скота частных подворий и колхозных стад, скупая мясо в соседних регионах и среднеазиатских республиках, чем сделал Рязанскую область орденоносной и сам получил звание Героя Соцтруда, то в Кировской области всё прошло более-менее успешно. Оперировать квитанциями за товар, которого не существует, было настоящим вятским "ноу-хау" времён всеобщей рапортомании. Орден не отобрали ни у кировчан, ни у рязанцев, но Ларионов довёл ситуацию в сельском хозяйстве области до полного краха и в 1960-м году застрелился.

Колхозники-старожилы, рассказывая о буднях нашего бобинского колхоза "Заветы Ильича", тоже не раз вспоминали эпизоды с приписками. При этом они утверждали, что ордена получали действительно замечательные труженики, но чтобы их выработка соответствовала установленным нормам для представления кандидатов к государственным наградам, руководство колхоза было вынуждено идти на разного рода ухищрения. Например, у доярки официально числилось 25 коров, к надою которых приплюсовывали молоко ещё от 10 коров неучтённых. Я лично знал награжденных орденом Ленина Веру Попову и орденом Трудового Красного Знамени Валентину Тарасову (извините, не помню отчеств), под началом первой мне довелось год поработать после окончания школы, вторая была моей соседкой - это были великие труженицы. Жаль, что безумие бюрократов порою бросает тень на самых достойных.

Приписками вообще-то у нас никого не удивишь. Это старинное изобретение, существовавшее и при царизме, и при советской власти, успешно сохранившееся до наших дней. Складывается впечатление, что там, где присутствует заинтересованность чиновничества, прекрасные показатели статистики можно смело делить надвое. Но то, что Кировская область в хрущёвскую эпоху выступила своеобразным коллективным Чичиковым, безусловно, выделяет её из общего ряда. Судя по позициям нашего региона в различных рейтингах на сегодняшний день традиции административной хватки и удали во многом утрачены. Вероятно, это объясняется тем, что уже около двух десятилетий область возглавляют приезжие специалисты.