«Техническая ошибка» на 11 000 договоров: как данные из ПФР разоблачили НПФ «Газфонд пенсионные накопления»
В предыдущей публикации мы рассказали, как добросовестные агенты оказались крайними в масштабной пенсионной афере. Сегодня мы переходим к самому интересному — к документам. Мы покажем, как одна и та же «история» меняется в зависимости от того, кому ее рассказывает крупный негосударственный пенсионный фонд (далее - Фонд).
Версия №1: Для Пенсионного фонда: В январе 2018 года топ-менеджер Фонда пишет официальное письмо в отделение ПФР с просьбой отозвать более 11 тысяч договоров. Причина? «Допущенная техническая ошибка». Звучит безобидно, правда? Опечатались, бывает. ПФР принимает «ошибку» как должное.
Версия №2: Для суда (чтобы забрать 72 миллиона рублей). Спустя некоторое время тот же самый Фонд приходит в суд и заявляет совершенно иное. Теперь это уже не «техническая ошибка», а «злостное недобросовестное привлечение клиентов». В исковом заявлении руководство Фонда утверждает: «Были проведены проверки, выявлено, что номера телефонов не принадлежат клиентам, подписи подделаны, договоры заключены без ведома людей». Суд верит Фонду на слово, даже не истребуя доказательства, и выносит решение: агенты должны вернуть Фонду десятки миллионов рублей.
Версия №3: Реальность (данные из ПФР). Но самое интересное произошло, когда суд по ходатайству ответчиков всё же запросил официальные данные из Пенсионного фонда РФ. Ответ ПФР от 08.04.2022 года стал сенсацией: почти все те самые «фальсифицированные» договоры (более 17 000 штук) были успешно сданы в ПФР, более того, практически по всем (более 16 000 штук) поступили заявления от клиентов о переходе.
То есть, Фонд официально сдал документы в ПФР, ПФР их принял, а потом менеджмент Фонда в суде заявил, что «всё это фальсификат и ошибка».
Почему это важно?
1. Если договоры были сданы в ПФР — значит, Фонд заведомо знал, что они «нормальные», либо осознанно вводил в заблуждение госорганы.
2. Если Фонд признал их фальсификатом в суде — значит, он вводил в заблуждение суд, обвиняя агентов в «подделке».
3. Если практически по всем договорам ОПС поступили заявления, как такое вообще возможно, и кто их «подавал за клиентов».
4. Документы так называемой «Внутренней проверки», на которые ссылались суды, до сих пор вызывают вопросы: они появились в материалах дела лишь спустя годы (обнародованы через 4 года), их оригиналы никто не видел, а сами выводы ничем не подкреплены.
Вопрос на миллион (рублей, конечно): Как могло получиться, что суд принял решение о банкротстве агентов и взыскании с них субсидиарной ответственности на основании документов, которые противоречат официальному ответу Пенсионного фонда? И почему правоохранительные органы, имея на руках ответ ПФР, продолжают игнорировать признаки очевидного подлога доказательств?
Мы продолжаем следить за делом. У нас на руках все ответы ПФР, письма Фонда об «ошибках» и решения судов, которые ставят под сомнение всю систему защиты пенсионных накоплений.
Продолжение следует. В следующей статье: как банкротили честных агентов, намеренно игнорируя главных фигурантов.
Подписывайтесь на канал, чтобы следить за развитием истории https://dzen.ru/id/69d8ccba7d9e1f668e478fec?share_to=link
#пенсии #расследование #мошенничество #суд #газфонд #защитаправ
