У мастера по мебели из искусственного ротанга есть один особенно тяжёлый этап. Не плетение. Не закупка. Не переделка. Самое трудное начинается тогда, когда кресло уже готово и надо назвать цену. Пока вещь создают, все вокруг полны уважения. Говорят правильно, даже красиво: — Вот это труд! — Вот это терпение! — Вот это работа! Но как только звучит сумма, в человеке просыпается древний торговый дух с лицом приличного покупателя: — А почему так дорого? — Там же просто ротанг. — Я видела почти такое же дешевле. «Почти такое же» — любимое убежище чужой жадности. У нас ведь всё почти одинаковое: почти такой же дом, почти такой же ремонт, почти такая же жизнь. Особенно когда платить не хочется. Мастер в этот момент стоит перед клиентом и одновременно перед собственным страхом. Он уже всё посчитал: каркас, ротанг, крепёж, расходники, доставку, упаковку, брак, инструмент, часы работы, переделки. Даже спину свою мысленно приплюсовал, хотя она давно требует отдельной графы. Сумма выходит норма