Самая пострадавшая в Западной Европе
На днях написал статью о тяжёлой судьбе наших военнопленных в лагерях оккупированной гитлеровцами Голландии, а некоторые комментаторы как следует прошлись по самим голландцам. Ну, в смысле, припомнили эсэсовских добровольцев и пособников гитлеровцев. Как человека, активно изучающего специфику нацистских преступлений против разных стран (в том числе и западноевропейских), меня это, признаюсь, немного расстроило, потому что с таких позиций можно придраться даже к нам самим. Только в отличие от нас голландцы с немцами для начала хотя бы действительно очень родственны и близки (то есть причин для коллаборации уйма).
На самом деле, если взять факты, Голландия – самая пострадавшая страна из всех, оккупированных нацистами в Западной Европе (имею ввиду процентное соотношение). Из 8,8 млн. населения данной страны погибло 237 тысяч жителей (из них 105 тыс. – еврейского происхождения), и "только" 10 тысяч – в рядах СС, коллаборантских легионов и прочей мерзости. Конечно, по нашим меркам это кажется сущей мелочью, но вы посмотрите на факты с другого ракурса.
Вплоть до Второй мировой Голландия, не воевавшая в Европе с 1830 года, имела прочные связи с Германией и была наиболее дружелюбно настроенной к немцам. Даже во время Первой мировой она оставалась нейтральной, а среди голландцев, едва ли не единственных западноевропейцев, не наблюдалось германофобии. Не зря беглый кайзер Вильгельм укроется и будет доживать свою поганую жизнь именно там.
И вот на фоне всего этого гитлеровцы, в нарушение всех договоров, на ровном месте оккупировали столь дружественную страну, а после того, как абсолютное большинство населения отвергло заигрывания с голландско-немецким "арийским братством", буквально за 5 лет довели страну до полной ручки, фактически изнасиловав её.
Немудрено, что голландцы оказались куда более последовательными в деле наказания немецких преступников после войны (даже принципиальнее нас). Да и отношения между немцами и голландцами были испорчены на долгие десятилетия. Что там говорить, если вплоть до 2010-х гг. немецким официальным представителям запрещалось присутствовать на памятных мероприятиях в Голландии.
Я думаю, что, в том числе, и оккупационным шоком была вызвана инициатива Амстердамского университета, на протяжении 40 лет собиравшего и каталогизировавшего под обложкой специальной книжной серии все немецкие преступления в Европе, известные по послевоенным судебным делам (такого не сделала ни одна страна!). И именно этим шоком, повторюсь, была спровоцирована абсолютная непримиримость к конкретным нацистским преступникам. Если СССР последние из них покинули уже в середине 50-х (по соглашению Аденауэра и Хрущёва), то Голландию – под конец... 80-х!
О последних таких сидельцах, вошедших в историю как "четвёро из Бреды" (Бреда – это голландский город), пользуясь случаем, и расскажу в данном материале...
"Бредская четвёрка"
Если навскидку назвать самых известных нацистских "сидельцев", то, в первую очередь, на ум придёт гитлеровский соратник Рудольф Гесс, безвылазно просидевший в тюрьме вплоть до своей смерти в 1987 году, "рейхскомиссар" Украины Эрих Кох, аналогично просидевший до 1986-го, и, пожалуй, эсэсовец из формирования "Рейхсфюрер СС" Вальтер Редер, сидевший в Италии до 1985-го (в итоге он был освобождён, об его судьбе рассказывал здесь). И лишь очень и очень немногие припомнят о "четверке из Бреды". А ведь именно они наиболее ярко отражают голландскую непримиримость к нацистским преступлениям.
Столь странное название к осуждённым военным преступникам прилипилось благодаря голландскому городу Бреда, в котором располагалась весьма известная в Европе купольная тюрьма, ставшая местом отбывания наказания для пожизненно приговорённых. Кем были эти четверо нацистских преступников?
Ну, первым и самым "выдающимся", несомненно, можно назвать главу амстердамской полиции безопасности и СД Вилли Лагеса. Как и с прочими крупными руководителями СД, нам не хватило бы электронной бумаги для перечисления всех его военных преступлений...
В первую очередь, он виновен в аресте и депортации 70.000 голландских евреев в Аушвиц и Собибор, из которых погибли 99,9%. Также на совести Лагеса многочисленные казни заложников и членов Сопротивления, которые проводились вплоть до последних чисел апреля 1945-го.
Например, именно по личному приказу Лагеса 17 апреля 1945-го расстреляли известную голландскую подпольщицу Ханни Шафт. К тому моменту за спиной 24-летней "рыжей бестии" числились многочисленные убийства голландских коллаборантов и членов немецкой администрации.
Естественно, после войны Лагес был арестован и в 1949 году приговорён к смертной казни. Тогда же в Голландии казнили его шефа, обергруппенфюрера СС Ханса Роутера, но Лагесу повезло. Пока утверждали приговор, королева Юлиана, сменившая на престоле свою мать, ввиду ярого неприятия смертной казни отказалась подписать его, что привело к пересмотру дела. В итоге Лагесу казнь заменили на пожизненное и отправили отбывать срок в купольную тюрьму Бреды.
Под стать ему, хотя и менее видными, были и остальные из четвёрки. Например, эсэсовец Йозеф Коттала служил в концлагере Амерсфорт, о котором мы говорили в предыдущей статье. За многочисленные зверства и убийства злодей получил высшую меру, но благодаря всё той же королеве Юлиане также был переведён в "пожизненники".
Третьим был штурмшарфюрер СС Франц Фишер, с ноября 1940 года руководивший эйхмановским рефератом "IV B4" РСХА в Гааге (отдел гестапо под руководством Адольфа Эйхмана, занимавшийся депортацией европейских евреев в лагеря смерти). Под его руководством были арестованы, депортированы и убиты 13000 голландских евреев. Получив высшую меру, он аналогично избежал казни и вскоре стал пожизненно заключённым в тюрьме Бреды.
Ну и четвёртым был ещё один персонаж из эйхмановского отдела по "еврейской эмиграции" Фердинанд аус дер Фюнтен, приговорённый к смертной казни за многочисленные преступления против человечности (смертную казнь ему также заменила королева Юлиана).
После осуждения о четверых негодяях надолго забыли и лишь после громкого процесса Эйхмана в Иерусалиме неожиданно вспомнили. К началу 60-х они оставались единственными и ещё живыми немецкими преступниками в Голландии, поэтому вскоре началась дискуссия о том, а не отпустить ли их на свободу? Естественно, инициатива исходила из либеральных кругов. Но категорически против выступали ветераны Сопротивления и родственники пострадавших от нацистских репрессий. А в 1966-м грянул скандал...
В тот год у Вилли Лагеса обнаружили запущенный рак кишечника, ввиду чего под нажимом западноевропейского общественного мнения ему разрешили на три месяца отправиться в одну из больниц ФРГ. Но назад он уже не вернулся, ибо западногерманские законы запрещали... выдавать граждан ФРГ. Лагес проживёт ещё 5 лет и в 1971-м скончается на родине.
Эта некрасивая история породит волну протестов в Голландии и сыграет дурную шутку уже с "бредской тройкой". Теперь ни о каком милосердии не могло идти и речи, а малейшая новость о возможном смягчении приговоров вызывала в голландском обществе протестный ажиотаж. Вот почему эсэсовцу Коттале, парализованному в 1973-м инсультом, на удалось провернуть аналогичный трюк и вплоть до своей смерти в 1979-м он мучился на тюремных нарах.
Но время шло и в начале 1980-х разговоры о помиловании ещё остававшихся в живых эсэсовских преступников поднимались всё чаще и громче. К тому моменту они уже разменивали пятый тюремный десяток...
Конец "двоих из Бреды"
В 1987 году, после смерти Гесса в Берлине, Аус дер Фюнтен и Фишер стали последними немецкими военными преступниками в Европе, которые непрерывно находились в заключении с 1945 года. Даже по голландским меркам их содержание в тюрьме уже смотрелось несколько нетипично. Дебаты об освобождении престарелых эсэсовцев непрерывно шли с начала 80-х. Вопрос поднимался на уровне парламента, но под тяжестью протестов раз за разом снимался. Политикам не хотелось рисковать рейтингом...
Понимая, что получить поддержку от народа не получится, представители голландской власти под нажимом Запада решили действовать через голову общества. Конечно, на ситуацию повлияла и общеевропейское ослабление позиций "левых" в тот период. В общем, в январе 1989 года в парламенте прошли закрытые двухдневные дебаты по вопросу о помиловании "бредской двойки". В итоге 85 голосами против 55 решение об их освобождении удалось протащить. В ту же ночь престарелые преступники были объявлены "нежелательными персонами" в Нидерландах, спешно доставлены на границу ФРГ и переданы западногерманским представителям.
Как и следовало ожидать, сие известие вызвало бурю народных протестов и довольно негативно была встречено народом. Вот только изменить ничего уже было нельзя. В то же время немецкая сторона выражала голландской благодарность "за человечность". Помилованных преступников окружили на родине вниманием и доставили в больницы, попутно назначив им федеральные пенсии. Правда, воспользоваться ими сполна негодяи не успели. Через три месяца, в апреле 1989 года, умер сначала Аус дер Фюнтен, а в сентябре того же 1989 года — Франц Фишер.
Таким образом, несмотря на "финальный штрих", голландцы оказались наиболее последовательными в деле наказания немецких преступников. Мы-то своих за несравненно более тяжкие преступления выпустили уже в 1955-м. Хотя, справедливости ради, пособников продолжали ловить и казнить вплоть до распада СССР...