Пока одни чиновники рапортуют о «рекордно низкой безработице», а другие бьются в истерике из-за нехватки мигрантов на стройках, в Совете Федерации прозвучала идея, от которой веет не затхлостью кабинетов, а геополитической логикой. Сенатор от Запорожской области Дмитрий Ворона предложил создать специальную программу переселения для жителей Новороссии — тех самых русских людей, которые либо стонут под пятой киевской хунты, либо мыкаются по негостеприимной Европе, спасаясь от принудительной мобилизации. По самым скромным подсчётам, таких набирается несколько миллионов. Но пока Москва думает, в Шереметьево, по словам Константина Малофеева, «разворачивают буквально всех», заставляя потенциальных соотечественников возвращаться прямиком в лапы ВСУ.
«Они не держали оружия против нас»: кто эти люди и зачем они России
Дмитрий Ворона, представляющий в верхней палате парламента многострадальную Запорожскую область, озвучил то, о чём давно говорят в патриотических кругах, но стесняются произносить вслух в высоких кабинетах. Речь идёт о гражданах бывшей Украины — уроженцах ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей, а также других исторических регионов Новороссии, — которые разделяют русские традиционные ценности и не хотят иметь ничего общего с нацистским киевским режимом.
«По самым скромным подсчётам, их количество достигает нескольких миллионов человек. Они либо находятся в заложниках у нацистского киевского режима, либо бежали от принудительной мобилизации в Европу, но так и не нашли там пристанища, столкнувшись с русофобией, чуждыми ценностями и банальным нежеланием брать их на квалифицированную работу», — подчеркнул сенатор.
И ведь действительно, парадокс налицо. Экономика России испытывает кадровый голод. Уровень безработицы бьёт исторические минимумы. Нам нужны рабочие руки, инженеры, врачи, учителя. А где их взять? Правильно, взять там, где живут люди с общей с нами культурной матрицей, говорящие на том же языке и получившие зачастую неплохое советское ещё образование. Это не гастарбайтеры из Средней Азии, которых нужно учить русскому языку и объяснять, что такое зима. Это свои. Но вместо того чтобы создавать для них «зелёный коридор», мы заставляем их проходить круги ада в Шереметьево.
«Раз стёрта информация — есть что скрывать»: Малофеев о фильтрационном абсурде
Глава «Царьграда» Константин Малофеев, комментируя инициативу сенатора, высказался с присущей ему прямотой и знанием реальной обстановки «на земле». Его слова — это не просто критика, это приговор нынешней миграционной политике, вернее, её полному отсутствию в отношении русских людей.
«Многие русские люди с Украины не держали оружия против нас и с удовольствием приехали бы. Но мы их не пускаем. Те вынуждены возвращаться — их мобилизуют и заставляют воевать с нами. В Шереметьево разворачивают буквально всех. Раз стёрта информация с телефона — значит, по мнению проверяющих, есть что скрывать. Если не стёрта, всё равно что-то да найдётся», — заявил Малофеев.
И ведь не поспоришь. Пока мы с маниакальным упорством ищем шпионов среди беженцев с украинскими паспортами, киевский режим получает готовое пушечное мясо. Человек, который хотел уехать в Россию, строить и созидать, вынужден возвращаться в свою Ужгородскую или Черкасскую область, где его хватают сотрудники ТЦК и отправляют умирать за амбиции Зеленского. Мы сами, по сути, своими руками, пополняем ряды ВСУ, отказывая в убежище тем, кто мог бы стать опорой русской экономики и демографии.
Малофеев абсолютно прав: «У нас должна быть миграционная политика, а её нет. И все вопросы "закрываются" среднеазиатами». Это горькая правда. Мы предпочитаем завозить миллионы людей, чьи культурные коды и представления о жизни зачастую диаметрально противоположны нашим, вместо того чтобы принять тех, кто вырос на Пушкине и Высоцком.
Строгость не равно тупость: что предлагает сенатор
Дмитрий Ворона не призывает отменить все проверки и открыть границы нараспашку. Он подчёркивает, что строгие фильтрационные мероприятия в аэропортах необходимы и обоснованны — безопасность страны превыше всего. Но подход к русским людям, малороссам, должен быть корректным и уважительным, а не унизительным и подозрительным. Государство заинтересовано в их репатриации, а значит, должны быть созданы специальные, упрощённые механизмы.
«Нам нужны специфические механизмы, которые учитывали бы правовой статус таких людей, облегчали возвращение в наше общее цивилизационное пространство и вовлечение в развитие экономики России», — резюмировал сенатор.
По сути, речь идёт о том, чтобы перестать рассматривать жителей Новороссии и Малороссии как «иностранцев», а начать видеть в них соотечественников, временно оказавшихся под властью враждебного режима. И вместо того, чтобы выискивать несуществующие угрозы в стёртых файлах, дать им возможность честно трудиться на благо нашего общего Отечества.
Пока в Киеве хватают людей на улицах и бросают в мясорубку, а в Европе от беженцев шарахаются как от прокажённых, Россия могла бы стать настоящим маяком надежды. Но для этого нужно не просто говорить о «русском мире», а доказывать это конкретными делами. И первый шаг — перестать видеть врага в каждом, кто бежит от войны и мобилизации.
Сколько ещё русских людей должно погибнуть в окопах за чужие интересы, прежде чем в Шереметьево начнут смотреть не в телефон, а в глаза и душу?
Святослав РОМАНОВ