Глава 35
Когда Глеб проснулся, Ульяна ещё спала. Осторожно выскользнув из-под одеяла, он пошёл в душ. Через пятнадцать минут он вышел с полотенцем на бёдрах, с его волос стекали капельки воды. Он вспомнил про телефон. Стоило ему его включить, как посыпались сообщения и с десяток непринятых звонков. В основном звонила и писала Рита, остальные были от отца. Вот ему он и перезвонил
- Доброе утро, пап! Чего звонил?
-У тебя оно может и доброе, а вот у твоей жены нет.
- Всё? Больше сказать тебе нечего?
-Ты где?
- Я в гостинице, хоть выспался наконец-то.
- Когда думаешь вернуться?
- Мне очень хочется тебе ответить, что никогда. Но обещаю вернуться к вечеру.
-Ты позвони жене
- Нет, пап, могу я пару дней отдохнуть от её нытья и капризов. Родители спихнули мне это чудовище и глаз не кажут, а мне хоть вешайся.
- Не преувеличивай, в каждой семье есть трудности
- У меня одна трудность, я её не люблю и видеть не хочу. Я хочу сбежать на край света.
-Ладно, остынь немного, я ей сам позвоню, а ты к вечеру возвращайся.
Он уже хотел отключить телефон, но звонок от Риты заставил его ответить
- Да, чего тебе?
- Глеб, ты почему не ночевал дома, меня тошнит, мне плохо.
- Позвони матери, пусть приедет, я должен от тебя отдохнуть.
- Ты не любишь меня
- Нет, и ты, и ты твои родители, об этом знали и заставили меня, понимаешь.
Рита это пропустила мимо ушей. - Ты когда придёшь?
- Поздно, а может, завтра.
- А где ты ночуешь?
- В гостинице - и положил трубку. Он уже устал от неё.
********
Утро было замечательное. Ульяна проснулась и нежилась в постели, не открывая глаз, наслаждаясь последними мгновениями полудрёмы. В комнате пахло свежестью — видимо, ночью прошёл дождь, и воздух наполнился ароматом влажной земли и распускающихся осенних цветов. Лёгкий ветерок колыхал полупрозрачные шторы, пропуская в комнату первые лучи утреннего солнца.
Она медленно потянулась, выгнула спину дугой, разминая затёкшие мышцы, и улыбнулась сама себе, ощущая внутри лёгкость и необъяснимую радость нового дня. Наконец, Ульяна открыла глаза — и замерла на мгновение.
Перед ней стоял Глеб. Он улыбался и смотрел на неё с такой жадностью, с такой всепоглощающей нежностью, что сердце девушки пропустило удар. Его тёмные волосы были слегка растрёпаны после душа, а в глазах плясали озорные искорки. Солнечные лучи, пробившиеся сквозь шторы, очертили силуэт мужчины, сделав эту картину почти нереальной, словно сошедшей с полотна художника.
Ульяна невольно поманила его рукой, не в силах оторвать взгляд от его лица.
— Какой же ты красивый, — тихо произнесла она, и её голос прозвучал чуть хрипло после сна, но от этого стал ещё более искренним и волнующим.
Глеб шагнул ближе, опустился на край кровати и осторожно провёл пальцами по её щеке. Его прикосновение было лёгким, почти невесомым, но оно отозвалось теплом во всём теле.
— А ты — словно утренняя заря, — ответил он, и в его голосе прозвучала та глубина чувств, которую невозможно было скрыть. — Когда ты открыла глаза, весь мир заиграл новыми красками.
Ульяна тихо рассмеялась, чувствуя, как на душе становится ещё светлее. Она приподнялась на локтях, ближе к нему, и заметила, что в его руках — небольшая чашка ароматного кофе.
— Ты даже кофе успел приготовить? — удивлённо спросила она, втягивая носом насыщенный шоколадный аромат.
— Конечно, — подмигнул Глеб. — Я хотел, чтобы твоё утро стало ещё лучше. И чтобы первый глоток был таким же тёплым, как мои чувства к тебе.
Он протянул ей чашку. Ульяна обхватила её ладонями, ощущая приятное тепло, и сделала небольшой глоток. Кофе оказался именно таким, как она любила — не слишком крепким, с лёгкой сладостью и пряной ноткой.
— Идеально, — прошептала она, глядя ему в глаза. — Как и всё, что ты делаешь.
******
Глеб наклонился ближе, и на мгновение их дыхание смешалось. И опять для них двоих в этот миг существовали только они сами — и это удивительное, трепетное ощущение счастья, которое дарил новый день. Никакая Рита, никакие родители не могли заставить их оторваться друг от друга и испортить этот волшебный момент.
Ни голод, ни время, ни чьи‑то ожидания не имели значения. Только тепло её ладони, осторожно коснувшиеся его руки, только её соблазнительные губы и тихий шёпот:
— Останься ещё сегодня…
Он улыбнулся, не отрывая от неё глаз. В груди разливалась такая лёгкость, будто он мог взлететь, оттолкнувшись от пола. Всё, что раньше казалось важным — работа, жена, ссоры, бесконечные разговоры о будущем — всё вдруг потеряло смысл. Сейчас была только она, этот дом, этот свет и это чувство, обещающее что‑то новое.
— Конечно, останусь — едва слышно произнёс он.
За окном щебетали птицы, где‑то вдалеке гудел проезжающий автобус, но звуки доносились словно сквозь вату. Мир сузился до размеров этой комнаты, до расстояния между их лицами, телами, до биения двух сердец, вдруг зазвучавших в унисон.
Глеб осторожно провёл рукой по её волосам, заправил за ухо непослушную прядь. В его глазах читалось что‑то такое, от чего перехватывало дыхание — нежность, уверенность и ещё что‑то неуловимое, будто он, наконец, нашёл то, что искал всю жизнь.
— Знаешь, — тихо сказал он, — мне кажется, я всегда тебя знал. Даже до того, как мы встретились.
Она подняла взгляд, и на секунду ей показалось, что время остановилось. В этом взгляде было всё: доверие, радость, лёгкая растерянность и та самая искра, которая когда‑то зажгла между ними что‑то настоящее.
— Мне тоже очень хорошо с тобой,
Они рассмеялись — тихо, почти неслышно, но этот смех был наполнен таким счастьем, что казалось, оно никогда не закончится и так будет всегда: даже когда придётся выйти из этой квартиры, вернуться домой, отвечать на вопросы и выдержать слёзы и капризы Риты,- всё равно это ощущение останется с ними.
Глеб чуть отстранился, но руку не отпустил.
— Пойдём завтракать? — спросил он
— Пойдём, — она встала, всё ещё улыбаясь. — Но сначала…
Она встала на цыпочки и легко коснулась губами его губ.
— Спасибо за эти моменты.
Он на секунду замер, а потом широко улыбнулся — так, что в уголках глаз собрались весёлые морщинки.
— Ты мне очень нравишься, — сказал он. — У нас ещё много таких моментов впереди.
- Я бы очень этого хотела - не стесняясь своих желаний, ответила Уля.
Продолжение