Талер в России
Из сложнопроизносимого для русского человека «иоахимсталер» это слово трансформировалось в короткое и забавное – « ефимок». Для разных видов талеров возникали иные названия, например, для добротных талеров германских городов и государств – «любский», от Любека – города, через который они ранее всего приходили к нам еще в первой половине XVI века. «Крыжовыми», то есть «крестовыми» прозвали патагоны южных, испанских Нидерландов, им же принадлежит и название «рьяльские». Шведские талеры с изображением короля без короны или без другого головного убора стали «плешивцами», а датские с изображением короля во весь рост – «одноногими» (одну ногу прикрывает стоящий у нее щит). Но все они собирательно именовались ефимками: это было общим названием любых крупных высокопробных западных монет.
Но в России роль талера стала совершенно иной – только товарно-сырьевой. Денежное хозяйство России целиком зависело от привозного сырья, так как страна долгое время не располагала собственным источником драгоценных металлов. Открытый лишь на пороге XVIII в. в Нерчинске единственный тогда серебряный рудник не давал за год и пары пудов металла. Поэтому, вслед за русским купечеством, и правительство узрело в талере наилучший вид ввозимого монетного металла. Талеры надолго стали основным сырьем для русских монетных дворов, находившихся в Москве, Новгороде и Пскове, а после 1627 г. только в Москве.
Однако талер оставил свой след в истории русского денежного обращения, и связано это было с неудачной денежной реформой царя Алексея Михайловича, проводившейся с 1654 по 1662 г. Денежная система России того времени основывалась на серебряной копейке, которая изготовлялась из проволоки и внешне напоминала рыбную чешуйку. В середине XVII в. она уже воспринималась как анахронизм не только в Европе, но и в самой России.
Пробный рубль Алексея Михайловича. 1654 г. В связи с этим в 1654 . было решено выпустить в обращение, наряду с копейками, рублевую серебряную монету, равноценную талеру, для чего использовались закупаемые у иностранных купцов талеры. С них предварительно сбивались изображения и надписи, после чего эти талеры перечеканивались в рубли. Кроме того, выпускались полуполтины (¼ рубля), которые чеканились на секторах разрубленных на четыре части талеров. Одновременно была начата чеканка медных ефимков – круглых полтинников, то есть половины рубля. Авторы реформы, поверхностно знакомые с обращением медной монеты в других государствах, находили опору для своих доводов в наивной «теории» о всемогуществе царя, одного имени которого якобы достаточно для превращения меди в серебро.
Но московский монетный двор с его отсталой ручной техникой не сумел освоить производство больших круглых монет, и их чеканка вскоре была прекращена, а взамен в обращение были выпущены «ефимки с признаком» – западные талеры с надчеканкой на них двух клейм: изображение царя на коне и даты «1655». Такой талер получил официальную оценку в 64 копейки, поскольку при чеканке копеек из него их выделывалось 64 штуки. Впрочем, получали такие клейма и указанную цену не только полноценные талеры, но и более легковесные нидерландские патагоны. Однако все эти начинания не принесли оздоровления русскому денежному обращению, а, наоборот, внесли в него невероятную путаницу. В течение 1655 г. в денежный оборот поступило около 1 миллиона талеров-ефимков, которые оставались там до начала 1659 г., когда они были запрещены и выкуплены у населения за медные деньги.
Так закончилась история западноевропейского талера в России. Что же касается самой описанной выше реформы, то закончилась она грозным восстанием 1662 г. и события эти известны как « медный бунт». Он был, конечно, жестоко подавлен, но и реформу пришлось отменить. Вернулись к старому положению, то есть к серебряной копейке. Сочли, что так будет безопаснее и благоразумнее.
А купцы продолжали везти в Россию талеры, их выкупало правительство и делало из них проволочные серебряные копейки. И оставалась Московия особым миром отсталого ремесла и примитивной торговли, редких мануфактур и миром архаического денежного обращения, охраняемого государством. Талер, свободно ходивший по всей Европе и далеко за ее пределами, так и не смог в этот мир пробиться. Лишь в 1704 г., благодаря денежной реформе Петра I, Россия обрела, наконец, эквивалентный талеру серебряный рубль, ставший ее основной и надежной денежной единицей в течение двух с лишним веков.