Меня зовут Ирина, мне 34 года. Замужем за Денисом уже 12 лет. Двое детей — дочка 10 лет и сын 7. Живём в своей квартире, ипотеку почти выплатили. Вроде бы всё хорошо. Но есть одна проблема. Моя свекровь. Валентина Петровна.
Она меня невзлюбила с первой минуты.
Мы познакомились, когда Денис привёл меня знакомиться. Я тогда училась на экономиста, работала в маленькой фирме, жила в общаге. Никаких богатств за душой. А Валентина Петровна — женщина с принципами. Она всю жизнь проработала в администрации города, привыкла к власти и тому, что её слово — закон.
— Денис, ты посмотри на неё, — сказала она тогда, думая (или делая вид), что я не слышу. — Худая, бледная, одежда с рынка. Ты достоин лучшего, сыночек! Ты же у меня вон какой, высокий, красивый!
Денис покраснел, но промолчал. Я тоже промолчала. Глупая была, думала — привыкнет, разглядит во мне что-то хорошее.
Не привыкла.
Она критиковала всё. Мою стрижку. Мой голос («писклявый»). Мою стряпню («соли не жалеешь, наверное, казённая?»). Моих родителей («раз такое воспитание дали — молчит, когда её обсуждают»). Мою работу («бухгалтер — это прислуга при деньгах, а не профессия»).
После рождения дочки она пришла в роддом с цветами. Я растаяла. Думала, вот он — переломный момент. Валентина Петровна посмотрела на внучку, потом на меня и сказала:
— Глаза Дениса. А нос... ну да ладно, не в мать, и слава богу.
Когда родился сын, она вообще заявила, что он «весь в нашу породу». Под «нашу» она имела в виду себя и Дениса. Меня там снова не было.
Я терпела. Ради мужа. Ради детей. Он просил: «Мам, ну ты помягче», — но маме не перечил. Она его воспитала одна, он ей обязан. Я понимала. Но внутри всё кипело.
А год назад случилось то, что переполнило чашу.
Денис тогда часто задерживался. Сказал, что на работе новый проект, нужно задерживаться. Я верила. Потом он стал пропадать по субботам. «С ребятами в баню». Окей, мужикам нужно отдыхать.
Однажды в воскресенье я стирала его джинсы. Из кармана выпала заколка. Обычная женская заколка. Не моя — у меня короткие волосы.
Я не стала устраивать сцену. Просто спросила вечером:
— Денис, чья заколка?
Он замялся, покраснел, начал мямлить про то, что «на работе подняли, может, с волос упало чьих-то». Я не поверила. Но он больше ничего не сказал, а я не стала копать. Боялась правды.
А правда открылась сама.
Мне позвонила моя подруга Катя. Она работает в том же здании, что и Денис, только в другой компании.
— Ир, я не знаю, как сказать. Но твой муж каждый четверг ходит обедать в кафе на первом этаже. С одной девицей. Молоденькая, длинные волосы, вся в розовом. Я видела, как он её за талию обнимал.
Я сидела и не дышала.
— И ещё, — добавила Катя. — Мне твоя свекровь в соцсетях попалась. Она этой девице комменты пишет. Типа «Танечка, вы с Дениской такая красивая пара». Я скрин скинула. Посмотри сама.
Я зашла в Вконтакте. Нашла ту самую Таню. Молодая, лет 25. Губы бантиком, грудь, ресницы как веники. И под её фото — комментарий Валентины Петровны: «Танечка, вы с Дениской просто созданы друг для друга. Я так рада, что он нашёл тебя».
Я перечитала три раза. Моя свекровь. Мать моего мужа. Бабушка моих детей. Публично. Под фотографией любовницы.
Денис пришёл вечером. Я выложила телефон на стол с открытым скрином.
— Это правда? — спросила.
Он не стал врать. Выдохнул и сказал:
— Да. Таня. Мама нас познакомила. Она дочка её подруги. Хорошая девочка, добрая, уважает мою маму.
— А меня ты не уважаешь? — спросила я.
— Ир, ты сама виновата. Ты вечно недовольная, с мамой моей ругаешься, детей воспитываешь как-то неправильно. Мама права — ты нам не подходишь.
Я смотрела на этого человека. Которому родила двоих детей. Который клялся в любви. Который смотрел, как его мать унижает меня 12 лет, и ни разу не сказал: «Мама, хватит».
— Уходи, — сказала я.
Он ушёл. К Тане. Валентина Петровна, говорят, уже въехала к ним. Помогает «молодой семье» обустроить быт.
Я подала на развод. Алименты. Раздел имущества. Денис сначала сопротивлялся, потом согласился. Таня ждёт ребёнка, ему нужно разводиться быстрее.
А вчера звонит Валентина Петровна. В первый раз за год.
— Ирина, здравствуйте. Я вот что хотела сказать... Вы уж не обижайтесь. Я всегда желала сыну добра. А вы ему не подходили. Это не со зла. Просто жизнь. Но внуков я люблю. Может, договоримся? Я буду забирать их по выходным. Денис тоже соскучился.
Я слушаю и молчу.
Скажите мне. Я должна разрешить ей видеться с детьми? Они любят бабушку, не знают, что она сделала. И если запретить — я стану злодейкой в их глазах. А если разрешить — она победила. Она всегда побеждала.
Что делать?
Ваше мнение? Кто здесь главный виновник — свекровь, муж или я сама, что терпела 12 лет?