Что либералы ставят в вину Сталину в отношении советских ученых? Мол, загнал невинных в так называемые "шарашки", где их нещадно эксплуатировали, выжимая все силы, сталинские сатрапы. Все исключительно в таком негативном контексте - "ученых заставляли днем и ночью творить за колючей проволокой в тяжелейших условиях заключения". Примерно так. А как было на самом деле?
Правда, сразу должен сказать - в статье не будут рассматриваться обстоятельства ареста того или иного известного исторического персонажа, статья будет не об этом. Поэтому в комментариях читателей прошу не поднимать эту тему - А за что того или другого арестовали с массой подробностей, далеко-далеко не правдоподобных.
Вернемся к теме.
Вначале "шарашки" представляли собой небольшие коллективы ученых, осужденных по известной 58-й статье УК. Далее, после войны, в этих центрах разместили ученых и специалистов из разгромленной фашистской Германии - трудиться на благо Советского Союза, так сказать - грехи свои замаливать. А уже в 1950-х годах эти самые "шарашки" превратились из научных центров в крупнейшие моногорода с закрытой инфраструктурой.
Понятно, в короткой статье в Дзене весь комплекс вопросов по "шарашкам" охватить невозможно. Тогда коротко поговорим об основном.
Но это была совсем не идея Сталина. Ее стали реализовывать, когда Сталин еще совсем не был тем самым Сталиным, про которого либералы только и говорят. Было еще немало тех, кто считал его "одним из", равных с другими.
Первые "шарашки" или ОКБ - Особые конструкторские бюро (ОКБ), появились 15 мая 1930 года, когда заместитель председателя ОГПУ Г.Г.Ягода подписал у В.В.Куйбышева, председателя ВСНХ СССР, циркуляр, который на уровне Правительства СССР узаконивал ОКБ при ОГПУ. В циркуляре, в частности, говорилось -
"Использовать вредителей ... таким образом, чтобы работа их проходила главным образом в помещении органов ОГПУ"
Уже 1 апреля 1931 года Приказом ОГПУ в составе Экономического управления (ЭКУ) ОГПУ создали 5-е Специально-Техническое Отделение. Именно оно теперь и отвечало за решение вопросов по использованию труда осужденных специалистов.
А спустя несколько месяцев - 10 августа 1931 года, решением Политбюро ЦК начальником ЭКУ ОГПУ СССР был утвержден Лев Григорьевич Миронов, который работал в органах ОГПУ с мая 1924 года
Миронов принадлежал к близкому кругу Ягоды и довольно резво взялся за выполнение порученного его дела - создавать те самые ОКБ из числа "вредителей". ОКБ (другими словами "шарашки") стали возникать в разных городах страны, как грибы после дождя.
Но такое рвение Миронова вызвало обратную реакцию - в Правительство стали потоком идти жалобы с мест от ученых и специалистов на необоснованность ареста и помещения в "шарашку". Реагируя на эти жалобы сам Серго Орджоникидзе направил председателю ВСНХ Л.М.Кагановичу письмо, где предлагал закрыть "проектные и конструкторские бюро", что были при ОГПУ. Мол, их дальнейшее использование нецелесообразно. Но ОГПУ в ответ в письме Кагановичу объясняло невозможность ликвидации "шарашек" и освобождения всех задержанных специалистов, перечислив контингент задержанных, которые работают в ОКБ при ОГПУ. Среди них были:
1. Шпионов - 74;
2. Террористов - 9;
3. Диверсантов - 44;
4. Руководителей вредительских организаций - 98;
5. Активных к/революционеров - 184.
И т.д. Как, мол, таких "врагов народа и вредителей" оставлять без надзора со стороны ОГПУ? Так что все осталось без изменений.
А в 1939 году новый руководитель уже НКВД, а не ОГПУ, Лаврентий Павлович Берия вернулся к идее "шарашек", значительно ее развив.
Берия обратился к Сталину с предложением, что будет гораздо полезнее для страны, если использовать труд арестованных ученых, конструкторов и специалистов во вновь созданных Особых технических бюро (ОТБ) при НКВД. Дела по ним были приостановлены, не велись, лучше было бы направить их работать для пользы Родине, так сказать - по специальности.
Первыми по предложению Берия должны быть созданы ОТБ по проектированию самолетов и по проектированию двигателей для них. Сталин с этим согласился.
Интересно, но за идею именно авиационных ОТБ (или ОКБ по-старому) с привлечением арестованных специалистов выступали не только "кровавые палачи" Сталин и Берия, но и те, кого считают их жертвами! В частности, заместитель начальника ВВС РККА командарм 2-го ранга Яков Алкснис
Еще в 1930 году в Бутырской тюрьме из заключенных специалистов по его настоянию было создано два КБ по самолетостроению и по двигателям. Для руководства созданием истребителя и двигателя в условиях "шарашек" в Бутырской тюрьме были подобраны два руководителя - Н.Н.Поликарпов и Д.П.Григорович.
А еще ранее, в 1938 году, в Бутырской, Лефортовской и Таганской тюрьмах были созданы группы авиаконструкторов В.М.Петлякова и В.М.Мясищева, а также группа аэродинамики и расчетов. Всех перевели в поселок Болшево Московской области и разместили в бывшей колонии для малолетних преступников. Получился СТО - Спецтехотдел НКВД.
И не стоит думать, что только арестованные специалисты трудились в "шарашках" в нечеловеческих условиях", как любят болтать либералы!
К примеру - КБ Петлякова получило задание создать двухмоторный высотный истребитель. Его и создали под названием "100". Но закончившаяся "зимняя война" с Финляндией показала - армии срочно нужен пикирующий бомбардировщик. Тогда Петляков был вызван к наркому НКВД Берии - была поставлена задача срочно сделать из высотного истребителя пикирующий бомбардировщик! Срок был дан кратчайший - 1,5 месяца! И вот тогда на помощь Петлякову из КБ Яковлева, Ильюшина срочно передали для выполнения этой задачи около 300 специалистов. КБ Ильюшина и Яковлева - это не "шарашки".
Стоит сказать, касательно этого примера, эскиз будущего пикирующего бомбардировщика Петляков выполнили за несколько дней. Работа над новым самолетом шла напряженная, практически без отдыха.
Но, в итоге, через 1,5 месяца истребитель "100" превратили в знаменитый пикирующий бомбардировщик Пе-2.
Его серийное производство началось с 23 июня 1940 года. А 25 июля 1940 года дело против Петлякова было прекращено, он продолжил свою работу.
Стоит сказать, что с самой лучшей стороны во время работы над Пе-2 показал себя авиаконструктор Владимир Михайлович Мясищев. В результате было принято решение организовать специальное КБ Мясищева.
После трагической гибели В.М.Петлякова в авиакатастрофе в январе 1942 года Мясищев был назначен главным авиаконструктором возглавил КБ Петлякова.
Стоит рассказать и о работе группы А.Н.Туполева. Ему было выделено помещение на заводе №156 для формирования ОТБ численностью под 50 человек для работы над двухмоторным бомбардировщиком под шифром "103". Самолет должен был нести бомбовую нагрузку до 1,5 тонны и иметь дальность полета до 2 000 км.
Любопытно, что в группе Туполева работал и Сергей Павлович Королев. Я не буду останавливаться на вопросе ареста Королева (как и всех упомянутых в этой статье) - это отдельная тема. Но после следствия, суда, пересмотра дела и т.д., Королев был направлен в ОКБ-82. Так называлась "шарашка" в Тушино, где трудились специалисты по двигателям, руководил ей Валентин Петрович Глушко. Но Туполев имел, вероятно, какие-то возможности, раз сумел перехватить Королева и забрать его к себе. Вот так шла работа над пикирующим бомбардировщиком Ту-2.
О работе в "туполевской шарашке" в своей книге "Туполевская "шарага" написал Л.Л.Кербер, впоследствии - работник ОКБ Туполева -
"... Будили нас в 7 утра, время до 8 отводилось на уборку спален, умывание, бритье, физзарядку и т. д.
С 8 до 9 был завтрак, после чего работа до часу дня, когда мы шли обедать. С 2 до 7 опять работа, затем отдых до 8, ужин и свободное время до 11, когда гасили свет. Проверка производилась ночью, в кроватях, когда мы спали.
Ближе к войне рабочий день удлинили до 10 часов, а с весны 1941 года и до 12.
Кормили достаточно хорошо, на завтрак — кефир, чай, масло, каша; обед из двух блюд и компота; на ужин — горячее блюдо, кефир, масло, чай. Для работавших после ужина часов в 10 в столовую приносили простоквашу и хлеб ... При тюрьме была лавочка, где раз в неделю на деньги, передаваемые родственниками, можно было приобрести туалетное мыло, одеколон, лезвия для бритья, конфеты ...".
Стоит отметить, что питание в "шарашке" было лучше, чем у обычных граждан, бывших на свободе. При этом и питание, и папиросы были бесплатно.
А еще в "шарашке" платили зарплату, которую работники пересылали родственникам.
Немного о работе ОКБ Валентина Глушко. Он был арестован 23 марта 1938 года. Помимо стандартного обвинения в связях с Тухачевским и его подельниками, Глушко был обвинен в растрате государственных средств. В итоге его направили на Тушинский авиамоторрный завод №82, где формировалась двигателестроительная "шарашка" ОТБ-82 под руководством главного конструктора Алексея Дмитриевича Чаромского.
Под руководством Глушко в Тушинском ОТБ-82 дизельных двигателей постепенно формировалось КБ по созданию реактивных двигателей. Стоит сказать, что Глушко вел себя довольно своеобразно - в свободное время в "шарашке" он проводил лекции-диспуты для остальных. В этих порой очень сильных спорах рождалась идея создания реактивных двигателей.
После начала Великой Отечественной Тушинский моторостроительный завод (вместе с "шарашкой") был эвакуирован в Казань. Именно там Валентин Глушко начал активно работать над созданием реактивных двигателей.
Но это, если можно так сказать - были известные люди и известные "шарашки".
Но были и менее известные. Немного о них.
Конструкторская группа Константина Ивановича Страховича. Он был крупным специалистом по компрессорам, его направили в Тушинское ОТБ-82, Страхович возглавил группу проектирования компрессора для реактивных двигателей, над которыми работал Глушко.
В будущем, уже после войны, профессор Страхович преподавал термодинамику в Политехническом институте в Ленинграде.
Конструкторская группа Аркадия Сергеевича Назарова. Он был конструктором авиадвигателей. В свое время был командирован во Францию, где на заводе "Гном-Рон" изучал производство двигателей. На основе французского двигателя Назаров сделал новые двигатели М-86 и М-87. С декабря 1937 года Назаров, уже после ареста, работал в Тушинской "шарашке" в распоряжении уже упомянутого Чаромского. На Тушинском заводе как раз собирали те самые двигатели Назарова. Он их регулярно усовершенствовал. Далее Назаров работал в составе ракетного ОКБ-16 под руководством Глушко.
Конструкторское бюро Алексея Михайловича Добротворского. В его судьбе много неясного. Он был специалистом по карбюраторам, в Тушинском ОТБ-82 работал над созданием бензиновых авиадвигателей.
Конструкторское бюро Ульриха Келера. Он был бывшим швейцарским подданым, арестован за шпионаж против СССР и оказался в Тушинском ОТБ-82, как очень квалифицированный механик по дизельным двигателям. Работал над дизельными двигателями для морских и речных судов. Разработал оригинальную муфту для обеспечения реверса при движении по воде.
Работать Келлеру очень нравилось, он так и остался в СССР, умер в Ленинграде в 1971 году.
Конструкторская группа Ивана Ивановича Сидорина. Сидорин занимался авиационным материаловедением, его еще называли "Отец русского дюраля".
С января 1938 года он работал в Болшево в "шарашке" двигателистов. Затем был переведен в Тушино к Чаромскому. За свою работу И.И.Сидорин был удостоен ряда правительственных наград, посмертно (в 1986 году) стал лауреатом Государственной премии за учебник "Материаловедение".
После победоносного завершения войны, спустя год, в символический день - 22 июня 1946 года помощник главы МВД Круглов предоставил Сталину отчет, что среди военнопленных немцев выявлено 114 докторов технических наук и свыше 1 000 крупных специалистов по производству самолетов и авиадвигателей.
Выполняя распоряжение Сталина о рациональном использовании немецких военнопленных, на заводе №86 в Таганроге была создана "интернациональная шарашка" по производству самолетов.
Однако труд немецких специалистов был не только в "шарашках" на территории Советского Союза, работали они и на территории Германии в советской зоне оккупации. Это были, как предлагалось в письме наркома авиапромышленности А.И.Шахурина еще 24 июня 1945 года -
"специального типа организации с особым режимом (под наблюдением НКВД), где немецкие ученые могли бы вести научно-исследовательскую работу по нашим заданиям"
Эти работы велись в режиме полной секретности - по решению Ялтинской конференции 4-11 февраля 1945 года военное производство на территории Германии было запрещено.
Но, несмотря на все усилия советской стороны во главе с генерал-полковником И.А.Серовым создать вокруг "шарашек" в Германии завесу полной секрретности, этого сделать не удалось. Сведения о работе немецких специалистов стали доходить до англо-американской стороны. Они обратились за разъяснением к командованию советских оккупационных войск в Германии. Тогда и было принято решение перевести "шарашки" на территорию Советского Союза.
Немецких специалистов перевозили на заводы в Подмосковье, в Куйбышевскую область. Трудились немцы еще на заводах в Харькове, в Ленинграде, в Рыбинске, в Запорожье.
Естественно, что немцам были созданы максимально удобные условия (в той конкретной обстановке) для жизни и работы. Им и платили выше наших работников, для немцев в местах их работы были созданы специальные закрытые продуктовые магазины, в столовой они питались отдельно от наших. Многие немцы приехали с семьями, их детей учили в специальных классах с преподаванием на немецком языке. Был у немецких специалистов и отпуск, но выезд за пределы территории нахождения был запрещен.
Вообще, к началу октября 1946 года общее число работающих специалистов из Германии составляло около 8 000 человек.
Отдельная большая тема - "шарашки" и создание ракетно-ядерного щита Советского Союза. К этой теме вернусь позднее.
В "шарашках" занимались не только авиацией и двигателями, материаловедением, хотя всем этим занимались, конечно, в первую очередь. Вот записка Берии Сталину от 18 июля 1943 года о работе "шарашек" при создании новых видов артиллерийского вооружения -
Подводя итог, можно сказать, что в тех конкретных условиях без "шарашек" обойтись было нельзя. Они не только сыграли важнейшую роль в создании новых видов вооружения для нужд обороны страны, тем самым приближая Великую Победу, но и вполне реально, что многим конструкторам, инженерам работа в "шарашках" спасла жизнь.
Это был опыт решения задач и достижения цели в тех реальных исторических условиях. Открытий и изобретений там было сделано гораздо больше, чем за период после распада СССР. Немало сотрудников "шарашек" были награждены высокими правительственными наградами, стали лауреатами Сталинских премий - а это были очень большие деньги тогда. Подходить к этому опыту критически, с точки зрения (и условий) дня сегодняшнего ... А правилен ли будет такой подход?
Спасибо, что дочитали, комментируйте, подписывайтесь, ставьте лайк.