В открытое окно Клара услышала заливистый визг косилки, с улицы потянуло запахом свежескошенной сочной травы. Кто же это спозаранку? - думала она, снимая передник на ходу, она готовила обед, поспешила на улицу. У неё трава перед домом выше колена уже, а покосить некому. Мужчины в доме нет, они вдвоём живут с 7-ми летним Сашей.
- Только бы Света наняла косаря, - рассуждала вслух Клара, выходя за двор, - можно и договориться, чтобы у меня сразу покосил.
Каково же было удивление Клары, когда она увидела соседа с триммером в руках в рабочем комбинезоне поверх выгоревшей, растянутой футболки, защитный экран на всё лицо, но Клара его узнана. Она узнает всегда. Не из-за выдающего живота и ширины плеч, не по простой стрижке под машинку. Клара её терпеть не могла! Но Семёна рада видеть в любом виде, хоть по пояс в машинном масле.
- Семён! – крикнула она ему через плечо, приподнявшись на носочки, чтобы услышал.
Сосед повернулся, рукою попросил отойти не мешать, скоро закончит. Клара так и сделала, отошла в сторонку, терпеливо ожидая. Семён, ощущая её взгляд на себе, не остановился пока не закончил. Выключил прибор, поднял маску на красном, небритом лице и только тогда удостоил раскрасавицу Клару вниманием. К тому моменту она поправила причёску, платье, проверила, не пахнет ли от неё готовкой, изо рта несвежим. Единственный день, когда она не накрасилась с утра, сына на такси отправила в школу. И тут, как назло! Сосед вернулся. Её дорогой, долгожданный сосед. С юности никого она так не ждала, как сейчас этого мужика. Только закроет тенью своей фуры свет в её окнах или зальёт светом фар посреди ночи, Клара уже готова на все 100. Но не в этот раз. Большегруза соседа-дальнобойщика не было перед его домом, напротив тоже, он иногда позволял себе ставить машину так.
- Здравствуй, Клара.
- Доброго дня, Семён. А где, - оглядывалась она по сторонам, - где машина твоя? Такую не спрячешь. Или всё? Завязал с дорогами?
- Да нет, - откашлялся он и харкнул перед собою. Клара не скривилась, но ей неприятно. Зато Семён не думал кривляться перед нею и манерничать. – На ремонт загнал. Устала подруга.
- Ты как в рейс съездил? Небось вымотался, как всегда, – ласково интересовалась соседка.
Семён почесал небритую, помятую щёку, похоже, не умывался ещё сутра и посмотрел на неё чуть искоса.
- А тебе чего, Клар? Я рано тут с косой своей затеялся? Разбудил тебя?
- Что ты, Сёмушка, - соседа передёрнуло, - я рано встаю. Свежий завтрак Саше приготовить, в школу собрать, проводить, а потом обед. Вот, - развела она белёсые пухлые ручки в стороны, - девяти нет, а у меня всё готово! Чистенько, уютненько.
Семён вздохнул, отворачиваясь – ему неинтересно, начал разбирать триммер.
- Семён! Будь другом по-соседски, чего уж там… по-свойски, - умасливала его Клара.
- Говори чего надо.
- Раз уж ты «при параде» срежь у меня перед домом траву. Гляди, какая вымахала, - показывала она рукой. - Я женщина одинокая, сама не успеваю…
Пока она причитала и жаловалась Семён взялся за косу и пошёл! За пять минут управился. Клара рассыпалась в комплиментах о его мужской хозяйской руке.
- Семён, может, зайдёшь. Отблагодарю… - лукаво заглядывала ему в глаза Клара.
- Санька хоть дома?
- В школе, - напевала Клара.
- Тогда не пойду! – махнул он рукою. – Чё мне там делать? – и направился в свой двор. – Хорошая ты женщина, Клара, но я по Саньке твоему больше скучаю, - недовольно кряхтел Семён.
- Ты неправильно понял! Обедом домашним накормлю, поговорим, как люди.
- Спасибо, Клара, я не голодный.
- Тебе спасибо, такую пользу мне сделал, деньги сэкономил, - кричала она. Семён хлопнул калиткой и пропал у себя во дворе. – Саша после двух дома будет, - продолжала она выкрикивать, подойдя к его воротам. В ответ хриплый кашель, грохот и другие непонятные звуки. Клара недовольная пошла домой и чуть на разбила стол на кухне, стуча от досады по нему кулаком. – Болван! Дубина! Осёл! – обзывала она соседа, перед которым так заискивала ещё минуту назад. – Погоди же! Всё равно будешь моим.
Три года Клара борется за сердце и кошелёк Семёна. Соперниц у неё нет – кому он нужен! И похудела ради него. Потом снова поправилась. «Раньше было лучше», - умничал Семён, но ни худая ни полная она не могла его заманить в свои сети. В доме он у неё бывал сто раз, с сынишкой поладил сразу, как только переехали они сюда. Всегда Семён привозил соседскому ребёнку дорогую игрушку из рейса, сладкие угощения и много-много забавных, необычных историй. Мужик он одинокий, разведённый, детей своих нет. Клара считала, он непременно должен стать её сыну папой, раз так хорошо относится к нему. В кабине разрешает посидеть, показывает, что у него там, во двор без спроса пускает. Идеальным отцом был бы Семён Саше, а Кларе мужем. И пусть он мужлан, каких поискать. Выругаться может при ней, комплимента от него не дождёшься, полнеет год от года непропорционально. Работа сидячая сказывается. Лицом меняется от рейса к рейсу – не всегда узнаешь, но это ничего, зато зарабатывает хорошо! Фура рабочая своя, внедорожник во доре в гараже тоже свой, дом большой. Зачем ему одному столько? – ломала голову Клара. Человеку семья нужна дети. Семёну она всё это в полном объёме даст, готовое! Не в чулки же ему складывать заработанное. А захочет общего - родит, что делать. Но не даётся в руки Семён, скользкий тип, и в постель ничем не заманишь.
Добро пожаловать в мой МАХ с рассказами или ТЕЛЕГРАМ
- Саша там дядя Сеня приехал, - Клара науськивала сына, забрав его из школы.
- Ура! – закричал мальчишка и побежал вприпрыжку быстрее мамы.
- Саша, подожди! – догнала его мать и дёрнула за шиворот. – Куда летишь? Он без грузовика своего, - мальчик немного расстроился, но всё равно хотел скорее повидать друга. – Да постой же! К нему не ходи. Позови у калитки, к нам пусть идёт.
- Так, он не хочет. Тысячу раз его звал.
- Снова позови! – злилась мама, поправляя на нём курточку. – И не сразу беги к нему, это неприлично. Ближе к вечеру. Скажи, что наказан, мама никуда не отпускает. Пусть к нам идёт.
- А за что я наказан? – не понимал ребёнок.
- Ни за что! – задёргала его всего Клара. – Просто скажи так.
- Ну мам, я к нему хочу в гараж.
- Ты вообще слышишь, что тебе мама говорит? Или всё мимо ушей? Гараж этот можешь каждый день видеть, не как сейчас, раз в три месяца.
- Правда?
Клара щёлкнула ему по носу.
- Маму слушаться надо. Понял?
Саша кивал, улыбаясь во весь рот.
И ей удалось! Семён у неё дома. Вечером, как она хотела, как задумала. И никуда он не делся от домашних котлет, пирожков, рулетов и сочников. Клара без остановки нахваливала и благодарила соседа за скошенную траву, за теплое отношение к её сыну, Саша сидел в гостиной и разбирался с огромным, фирменным конструктором. Такого у них в городке ни в одном детском магазине нет.
- Ой, Семён, сколько в тебе любви нерастраченной, - поглядывала на сына Клара, подсев ближе к соседу. – Сколько мужского начала…
- Клар, ты это… - хмурился Семён и отодвигался от неё, - Санька здесь.
- Ну и что? Знаешь, как он мечтает о таком отце, - горячо дыша, нашёптывала ему Клара.
- Клар, ты того… - Семён руками стал отгораживаться.
- Да что ты как салага зелёный?! Женщин, боишься, что ли? – взбесилась Клара, когда он встал и пересел от неё в кресло. – Или тошнит тебя от меня?
- Да нет, - смущался Семён, - хорошая ты баба. Сына одна тянешь. Не пьющая, не гулящая, хозяйка вон какая…
- Так чего тебе ещё надо?!
- Да ни чё… - пожимал он плечами. – Не надо мне.
- Разве плохо, когда тебя дома ждут? Жена, сын.
- Санька не мой сын.
- Будет и свой! Наш общий.
- Да мне не надо, - ломал дурачка Сеня. – Я такой человек сегодня тут, завтра там. Сегодня с одной бабой, завтра с другой.
- Зачем же ты Сашу обнадёживаешь! – воскликнула Клара. Саша повернулся на них, и тут же снова увлёкся конструктором. – Ты видел эти глаза? Как он на тебя смотрит? У него есть заветная мечта, спит и видит, чтобы дядя Сеня стал ему папой.
- Ну ты это… объясни ему… Я-то… увидел – купил. Сам ещё не наигрался. У меня на всякий случай всегда безделушка какая-нибудь для ребят в кабине. Я ж говорю, у меня на каждом перекрёстке «жена» есть, - усмехнулся Семён. – Ну, ты… ты хорошая баба. Тебя не хочу обижать. Сане подарил игрушку, а тебе зачем надежду зряшную. Пирожков поел – спасибо, я домой.
Ох и злилась Клара про себя - задушить готова! Но из дома не отпускала, как ни рвался Семён к себе. Чаю предложила перед уходом, Семён усмехнулся, Клара всё поняла, и, не спрашивая, принесла виски себе и ему. Он залпом выпил и снова домой засобирался. Клара тогда бутылку принесла на кухне подмешав в неё что-то.
Не ушёл в тот вечер от них Семён. Проснулся у Клары в постели, она рядом, глядит на него, наглядеться не может. Саша дома в школу не пошёл. Стыдно Семёну, домой скорее хочется будто ждут его там.
- А чего Саня… того… дома-то?
- Проспал, - сладко потянулась в своей постели Клара, - мы все проспали сегодня. Даже я! Давно так сладко не спалось, так безмятежно. А всё ты Сёмушка, - не прятала она своего кружевного пеньюара.
- Ну ты прикройся… – Семён показывал на закрытую дверь в спальню. Из гостиной доносился голос мальчика. Но Клара поднялась и начла осыпать Семёна поцелуями, пока он суматошно одевался. Еле ноги унёс в то утро.
Клара проходу ему не давала пока он в рейс не сбежал. Во двор к нему без звонка, без приглашения входила, в дом ломилась. Семён не то, чтобы не пускал, но что там делать посторонним?
- Приходи в субботу, - завала его Клара.
- Пусть лучше Саня ко мне.
- Его не будет, к бабушке уедет, - привычно заигрывала она с соседом, как будто та ночь между ними была лучшей в её жизни. Да только ничего хорошего! Не спала она тогда, храп Семёна слушала.
- Клар… ты эт…
Она не слушала, лезла обниматься и целоваться, не давая пройти и вздохнуть мужику. Семён уже побаиваться её стал, закрывал калитку изнутри, но не всю жизни же ему прятаться в собственном доме. И фуру не спрячешь, сразу видно – он дома. Ему это надоело до зубовного скрежета. Надоело вздрагивать, когда у соседей калитка хлопает, надоело прислушиваться к голосам за воротами. От Саши чего ему прятаться? Не виноват ребёнок, что мать у него одержимая.
Послал Семён соседку. Грубо, прямо, надеялся далеко и надолго. Но не тут-то было. Вернулся из рейса, а Клара его не с караваями, а со справками и тестом на беременность с двумя полосками встречает. Утверждает, что его ребёнок! Только его. Ни о ком другом она и думать не могла всё это время, в этом Семён не сомневался, а в остальном не проведёшь.
- Родишь, тогда посмотрим.
И снова сбежал в рейс от назойливой соседки. Вернулся, Клара в трауре, бледно-жёлтая – потеряла ребёнка. Пыталась найти утешение хоть чуточку у этого остолопа, но он опять ни в какую. Извелась с ним Клара, замучилась. Ни один бы мужчина не выдержал, а он упёрся. Тяжелее своего грузовика человек. Нет! И всё тут.
- Ну, смотри, Семён! Пожалеешь! – испепеляла его взглядом Клара.
Семён только рад, что она так круто обиделась, калитку на его воротах чуть с петель не сняла так хлопнула ею уходя. Отстала! – думал он, надеялся и верил. Мечты его сбылись. Оскорбить пришлось женщину хорошую, но достала! Не понимает иначе. Правда, Саню Семён тоже не видел весь свой отпуск. Не пускала его Клара или увезла куда-то. Семён тосковал, но долго не переживал – в следующий раз повидаются и передаст ему новую забаву.
Но в следующий раз ему пришлось повидаться и с младшим приятелем, и с его матерью в суде. Семён сначала не поверил, что так бывает: повестка, заседание, Клара с Сашей напротив, и она несёт такую чушь! У Семёна глаза на лоб лезли. Слезами обливается, воды просит, твердит, как заведённая: Семён - кровный отец Саше. Сашка глаза в пол, твердит, как мама велела. Семён просидел первое заседание, как дурак с открытым ртом, собраться с мыслями не мог. Хватило лишь на то, чтобы всё отрицать. Экспертизу назначили, но это время, опять нервы, мальчишку растревожили.
Конечно всё разрешилось спустя время, но оно потеряно. И отношения со смышлёным соседским мальчишкой у Семёна расстроились навсегда. Подарки ему дядя Сеня больше не привозит, отворачивается от греха подальше, видя пацана на дороге. Живут сейчас одинокая соседка и сосед злейшими врагами, терпеть друг друга не могут. У Клары каждый год зарастает травой по пояс перед двором, покосить некому. У Семёна некому и кабину проверить после длительного рейса, Сашкины гостинцы заброшены подальше, а потом и вовсе выбросил их Семён где-то на дальней стоянке для большегрузов между Ярославлем и Москвой.
Конец. Благодарю за внимание.