В верхах, и при личном участии самого верхнего из верхних, сейчас активно обсуждается вопрос, почему в России не стало хорошего кино. И очень сильно все обеспокоились этим. Предложения поступили, конечно, и от названного самогò сàмого. Выразился он, примерно, так. Режиссёрам дают мало денег. А без денег, известное дело, кина не будет.
К тому же задавил нашего отечественного режиссёра недружественный нам забугорный кинематограф. Продыху от него нет. Этот самый понимающий у нас человек выразился буквально так: «Мы-то чего рот разеваем? И идеологически пропускаем какие-то вещи совершенно тупые, нам не нужные. Ну и финансово не поддерживаем своего производителя».
Речь тут идёт вот о чём. Нет у нас хорошего отечественного кино потому, что в кинотеатрах сплошь идут иностранные фильмы. Так что пора «тупой» загранице поставить заслон. А нашим режиссёрам открыть неограниченный доступ к государственной кассе, и дело будет сделано. Тупых фильмов не станет, а наш кинематограф снова засверкает острым умом и привлекательностью.
Посмотрим, однако, на это дело глубже. Действительно ли нашим режиссёрам не давали до сей поры ходу, то есть, — денег на их прекрасные замыслы?
Посчитаем, однако.
Будем считать вместе с Исследовательским центром КГ Progress.
Деньги кинодеятелями у нас, оказывается, изымаются из госбюджета вполне исправно, с каждым годом всё больше. Поскольку аппетиты растут.
В итоге же получается у нас, тем не менее, вот какая удручающая пустота вместо кино — из 41-го фильма, снятого при государственном участии в прошлом году, окупились ровно пять. Пять штук. Остальные 36 фильмов собрали гораздо меньше, чем на них потратили, то есть, с треском провалились, — причём речь идёт не о символических потерях в пару миллионов. Речь о катастрофических дырах в госбюджете, которые образовались от хищной прожорливости псевдотворческой саранчи, которая обсела отечественный кинематограф.
В результате эта саранча в одном только 2025-м году выела дыру в госбюджете размером в 14 млрд рублей.
Отчего это происходит?
В частности, от того, что некоторые кинодеятели считают распределение бюджетных средств всего лишь личными карманными расходами. Ведь бюджеты большинства фильмов невозвратны, подобны подарку. А они-то и особенно лакомы для ловких творцов провального кино.
Вот, например, есть такой знаменитый кинодел Алексей Учитель. Знаменитый благодаря рекламе, конечно, которая теперь много важнее заслуженного успеха. К настоящему времени этот Учитель снял несколько десятков фильмов. Ни один из них не окупился. Провал за провалом. Однако от бюджетной кассы он никогда не уходил с пустым карманом. Эта загадка рассматривалась ещё лет десять назад в Государственной думе. Но так и не была разгадана. Но одна деталь тут могла бы многое прояснить. «Все его фильмы — финансовые банкроты. При этом личное благосостояние Учителя неуклонно растёт», — удивлялась тогдашний депутат Госдумы Наталья Поклонская. Фильмы, между тем, он снимает поганые, русофобские, оскорбляющие духовное содержание русского человека. Впрочем, за то ему, конечно, и платят из народной кассы.
Всматриваешься в эти дела и невольно ловишь себя на ненужной, и даже особо опасной теперь мысли, что в кино нашем обосновалось неистребимое русофобское (я не трогаю весь еврейский народ, который не имеет к тому отношения) лобби, которое на деньги русского народа, делает издевательские об этом народе и его истории киноподелки. Которые, к счастью, мало кому интересны. Потому и в провале. Но для чего же их тогда снимать?
В российском кинематографе существует некая вредоносная кибуца по выращиванию бесплодных смоковниц. Мёртвое море, но некоторые в этом море ухитряются ловить золотую рыбку.
В 2017-м году, напримеря, упомянутый Учитель получил государственное финансирование сразу на два фильма — «Цой» (общий бюджет — 150 млн руб; 30 миллионов рублей выделено Фондом кино) и «Стрельцов» (40 миллионов выделено Фондом кино). В прокате «Цой» принёс лишь только 26 миллионов рублей. Критика писала об этом фильме так: «Если честно, за такое сценаристам надо руки оторвать... Не нужно ни с кем судиться, не нужно никого клеймить и запрещать. Это кино все забудут недели через две».
А «Стрельцов» при общем бюджете в 330 миллионов рублей выручил в прокате 353 миллиона. Вроде бы нормально, но у профессионалов это считается полным провалом. Провалом с треском. Суть в том, что для полного успеха фильму надо набрать в прокате сумму в два с половиной раза большую, чем затраченные на него средства. Поскольку половина вырученных в прокате средств остаётся прокатчикам и кинотеатрам. Ещё надо вернуть значительные средства на рекламу и прочее. Так что и с самым успешным фильмом Учителя не всё в ажуре. Да и зрители были от этого фильма опять далеко не в восторге: «А этот Петров, жалкий посредственный лецидеешко, уже в кишках сидит! Не ему, пришедшему в кинематограф только ради бабла, играть советских людей!» Итак, только два фильма Алексея Учителя испепелили полмиллиарда рублей. Есть у Учителя и вроде бы очень сильно успешный фильм совсем недавний — «Летучий корабль». Выручил в прокате целый миллиард. Но всё опять упирается в бюджет, который составил 750 миллионов. Чтобы стать успешным этому фильму, как минимум, надо было набрать в прокате полтора миллиарда. Как мы выяснили уже, кинотеатры забирают половину прокатной выручки. Значит, создателям фильма остаётся только 250 миллионов. И это значит, они не могут вернуть государству и спонсорам даже долг. С учётом этого, похоже, Фонд кино и не скупится на безвозвратные подачки избранным своим. Алексею Учителю, в частности, на «Летучий корабль» этих безвозвратных средств было выделено аж 450 миллионов рублей. Народных, между прочим, собранных с нищенских, зачастую, зарплат и пенсий истинных и безответных трудяг, на беззаветном труде которых и держится ещё Россия. Легко подсчитать, сколько народных средств нечаянно улетучилось при сьёмках других десятков и сотен фильмов этих разнообразных учителей. Между тем, выручка кинокомпании Алексея Учителя выросла к началу прошлого года до 394-х миллионов рублей. Об этом торжественно заявил Telegram-канал «Звездач».
Выходит, вопреки мнению Президента, совсем неплохо живут режиссёры нашего кино. И фильмы снимают исправно. Так что, даже если совсем запретить забугорные фильмы, то нам вполне хватит своих. Но станет ли меньше в наших кинотеатрах «тупых и ненужных нам» фильмов, это остаётся под большим вопросом. Смутные сомнения меня одолевают после того, что узнал я киношедеврах Учителя «Цой» и «Стрельцов. И цитаты неподкупных критиков о том приводил.
Попробую узнать, что критики о некоторых других фильмах прославленных наших кинорежиссёров думают.
Самый знаменитый у нас режиссёр, меняющий иностранные паспорта, как перчатки, конечно, Андрон (или Андрей?) Кончаловский. И есть у него такой фильм, которым он всех настоящих и будущих Оскаров мечтал зашибить. Фильм называется «Щелкунчик и Крысиный король».
На создание этого фильма Кончаловский получил 50 миллионов долларов от банка ВЭБ, в котором ведь тоже народные деньги хранятся, потом получил он от доброхотов ещё 30 миллионов тех же долларов.
В итоге «Щелкунчик и Крысиный король» стал самым дорогим фильмом в истории российской киноиндустрии. Например, бюджет «Утомленных солнцем — 2» (фильм собрал в прокате лишь 20% от суммы бюджета, критики в прессе разгромили его) Никиты Михалкова, который тоже финансировал ВЭБ, составил от 40 до 55 миллионов долларов; «Обитаемый остров» Федора Бондарчука стоил 36,5 миллиона долларов, его же «Сталинград» — 30 миллионов долларов.
Закрыть огромный кредит авторы «Щелкунчика» рассчитывали из сборов в прокате, писал «Коммерсант». Но, несмотря на рекордный бюджет, фильм с треском провалился. Повторив этим судьбу всех голливудских наскоков А. Кончаловского на мировое признание. Сборы в США (Фильм в расчёте на Оскар снят на английском языке и с голливудскими сплошь актёрами: «Ну, когда деньги есть, можно собрать команду. Не так сложно, если ты можешь платить зарплату этим людям», — упивался свалившейся на него благодатью Кончаловский в интервью «Афише») составили всего 196 тысяч долларов.
«Полубредовая грандиозная феерия от неугомонного русского режиссёра… наполненная образами из кошмаров о Холокосте и наркотрипов», — писал Entertainment Weekly. «„Щелкунчик“ с аллегориями на нацизм… нечто корявое, чахлое и неправильное, что-то, чему нельзя было позволить увидеть свет», — отзывался Slate.
Чтобы уж точнее поняли фильм те, кто решает судьбу Оскара, Кончаловский крыс обрядил в нацистские мундиры, а его несчастные мыши ну просто вылитые обитатели еврейского гетто, покалеченные холокостом. Есть там даже речитатив о теории относительности Альберта Эйнштейна в исполнении некоего «дяди Альберта», самого Эйнштейна, надо понимать. Ну очень хочется Кончаловскому Оскара. Получилась эта гремучая смесь из отсылов к нацизму, холокосту и теории относительности затасканной, затхлой, двусмысленной, искусственно драматичной и даже смешной, что совсем уж неуместно в таком лихо закрученном контексте. Так что с Оскаром опять не получилось. Получилось, зато, с роскошной виллой в Италии. Особняк XVIII векa когда-то принадлежал итальянским аристократам. Во сколько он обошёлся киноделу Кончаловскому, одному Богу известно. Миллионы, естественно, исчезли без следа, начался вечный бесплодный суд, который Кончаловского не пугает. Он — француз, и наш суд ему по барабану.
Это к чему я всё написал. Не так уж бедствуют наши киноделы, как это описано в выступлении Президента. Видно, бумаги ему такие подсунули жалобные от этих фильмогонов, способные растрогать до слёз. Виллы-то в Италии не у всех, вот режиссёров и гложет обида.
Но в это же время о подлинной драме народной ни одна облечённая персона не заикнулась не разу. У фермеров глубинной России, которые составили было спасительный для нашей экономики средний класс, убивают без объяснений весь наличный скот. Это ведь смертельно и для людей, они становятся нищими, это смертельным может быть и для государства, ведь у него исчезает настоящая опора в лице этих фермеров, людей, умеющих работать и приносить пользу. Люди в шоке, они ничего не понимают, потому что им ничего не объясняют. Есть случаи, когда этих людей спасают от петли и самосожжения. Кое где уже подавляются вспышки народного бунта. Подавляются той самой боевой гвардией, которая создана, оказывается, защищать Президента и его окружения в случае чрезвычайных событий. И эти события назревают. Эта гвардия убивает пока коров, но ведь так скоро дело и до людей дойдёт. Вера в целесообразность государственной и президентской власти колеблется и гаснет. Да, есть, наверняка, веские причины не говорить правду людям о том, почему стали необходимы эти драконовские меры, тем не менее, относиться к ним, людям, надо бы по-человечески. Разработать хотя бы нормальную систему поддержки тех, кто лишился возможности продолжить своё дело. Оказался на грани голодной смерти…
Знаете, есть у меня предложение, временная мера. Давайте мы всех этих обнищавших фермеров, бывших держателей крупного рогатого скота сделаем на время кинорежиссёрами! Поддержим материально настоящих людей из народа. Ничего не создадут? Так, может, оно и лучше, очистятся киноэкраны от мути, подобной той, о которой я написал выше. А, может, эта новая волна неонародного кинотворчества и что путное создаст, ведь они, фермеры, ставшие кинодеятелями, как никто знают глубинную, неинтересную учителям и кончаловским жизнь России?..