Привет, это снова Женя Черняк.
Я пишу остросюжетные романы и время от времени ловлю себя на мысли: «А как бы я продавал свои книги, если бы не было интернета? Если бы нельзя было просто выложить главу и получить обратную связь через минуту?»
Ответ, как выясняется, был бы прост: я бы устраивал скандалы.
Потому что писатели всех времён — это не тихие библиотечные мыши, какими их любят изображать. Они умели привлекать внимание. Иногда — гениально. Иногда — безумно. Иногда — ценой своей жизни.
Я порылся в истории литературы и нашёл несколько историй, от которых мои современные методы продвижения кажутся детским лепетом. Держитесь крепче — эти ребята знали, как заставить о себе говорить.
Часть 1. Эдгар Аллан По: мистификация как искусство
Начну с того, кто умел пугать читателей ещё до того, как они открывали его книги.
В 1849 году Эдгар Аллан По решил привлечь внимание к своему рассказу «Гробница Лигейи». Казалось бы, что может быть проще? Написать хороший текст — и читатель сам найдёт. Но По был не из тех, кто ждёт у моря погоды.
Он опубликовал в газетах объявления о пропаже женщины по имени Лигейя .
Описание внешности. Обстоятельства исчезновения. Вознаграждение за информацию.
Люди поверили. Они искали эту женщину. Они строили теории. Они были готовы платить.
А потом оказалось, что Лигейя — это героиня его рассказа. И вся эта история была... выдумкой.
Вы представляете масштаб? Сегодня мы пишем в соцсетях: «Скоро выйдет новая книга». А По устроил настоящий детектив по мотивам своего текста. Люди не просто узнали о рассказе — они его прожили.
По не просто рекламировал книгу. Он заставил читателей стать героями его истории. Они искали Лигейю, не зная, что Лигейя — это они сами.
Часть 2. Марк Твен: «Слухи о моей смерти сильно преувеличены»
Марк Твен — человек, который умел превратить любой слух в рекламу.
Когда газеты начали писать о его смерти (да, такое случалось и с великими), он не стал обижаться. Он не стал писать опровержения в официальном тоне. Он написал письмо в газету с фразой, которая вошла в историю:
«Слухи о моей смерти сильно преувеличены» .
Остроумно? Безусловно. Но главное — эффективно. Эта фраза разлетелась по всем изданиям. Люди смеялись. Люди запоминали. Люди покупали книги Твена, чтобы понять, кто же этот парень с таким чувством юмора.
Современные пиарщики назвали бы это «кризисным менеджментом». А Твен просто был собой.
Часть 3. Футуристы: жёлтые кофты и стихобойни
Русские футуристы начала XX века — это отдельная глава в учебнике по литературному эпатажу.
Владимир Маяковский, Давид Бурлюк, Игорь Северянин выходили на сцену в жёлтых кофтах, с разрисованными лицами и читали стихи так, что публика визжала. Их называли «поэтами свихнувшихся мозгов» . Но они не обижались. Они мечтали «деконструировать все существующие каноны — от словесных до визуальных — а заодно хорошенько встряхнуть буржуазную публику» .
Их гастроли назывались «поэтоконцерты» или «стихобойни». Маяковский раздавал «словесные оплеухи направо и налево» . Признанных критиков он обзывал «бараньими головами», а поэзию прошлого сравнивал с застрявшим в зубах недоваренным мясом .
Результат? Их книги выходили на обойной бумаге, пятиугольной формы, с «аляповатыми цветочками» . Их называли халтурой. Их покупали. Их помнят до сих пор.
Футуристы поняли главное: чтобы продать книгу, не нужно угождать читателю. Нужно заставить его спорить. Потому что тот, кто спорит — тот вовлечён. А тот, кто вовлечён — тот купит.
Часть 4. Сальман Рушди: цена скандала
Иногда скандал находит автора сам. И цена его может оказаться слишком высокой.
Роман Сальмана Рушди «Сатанинские стихи» вышел в 1988 году. И стал, пожалуй, самым опасным литературным произведением в истории. Верховный лидер Ирана аятолла Хомейни издал фетву — религиозный приказ убить писателя. Рушди провёл больше десяти лет в подполье, меняя дома, охраняемый полицией.
В 2022 году на него напали на сцене во время лекции. Он потерял глаз. Его японский переводчик был убит .
Прошло 36 лет. В 2024 году в Индии, на родине писателя, запрет на книгу был снят только потому, что чиновники не нашли бумажку, подтверждающую запрет .
Книга стоит 2000 рупий (около 2500 рублей). И её продажи в Индии идут бойко .
Рушди не выбирал скандал. Скандал выбрал его. Но эта история напоминает нам: литература — это не всегда безопасно. Иногда книги стоят дороже, чем написано на обложке.
Часть 5. Жан-Поль Сартр: отказ как высшая форма присутствия
В 1964 году Жан-Поль Сартр совершил то, что до него не делал никто: он отказался от Нобелевской премии .
Экзистенциалист, бунтарь, левый интеллектуал — он заявил, что премия имеет «буржуазный» характер и его причислят к правому крылу, если он её примет. «Мне кажется менее опасным отказаться от премии, чем принять её», — сказал он журналистам.
Скандал был оглушительным. О нём писали все мировые газеты. И, разумеется, продажи книг Сартра взлетели до небес.
Отказ от славы оказался самым гениальным способом эту славу обрести.
Часть 6. Брет Истон Эллис и Канье Уэст: литература поп-культуры
В 2013 году Канье Уэст выпустил промо-ролик к альбому Yeezus. В нём Скотт Дисик (свояк Канье, если кто забыл) воспроизводил знаменитую сцену из фильма «Американский психопат» — той самой, где Патрик Бейтман убивает Пола Аллена под Huey Lewis & The News .
Все думали, что это просто пародия. Оказалось — нет.
Сценарий написал Брет Истон Эллис. Автор книги «Американский психопат» .
Эллис получил сообщение: «Это Канье, у тебя есть время поболтать?». Через минуту ему позвонили и сказали: «Канье хочет, чтобы вы написали сценарий для промо Yeezus. И нужно это сделать сегодня» .
Эллис написал. За пару часов. Ролик сняли через два-три дня. И мир поп-культуры снова заговорил о книге, которой уже больше двадцати лет.
Это называется синергия. Или просто — умение быть там, где тебя не ждут.
Часть 7. Боб Дилан: плагиат на Нобелевской лекции
Лауреат Нобелевской премии по литературе 2016 года. Рок-музыкант. Кумир поколений.
И человек, который чуть не угробил свою репутацию на ровном месте.
Нобелевскую лекцию Дилан посвятил любимому произведению — роману Германа Мелвилла «Моби Дик» . И в этой лекции нашлись фрагменты, которые были почти дословно заимствованы с сайта SparkNotes — ресурса, где публикуют краткие пересказы литературных произведений для школьников.
Скандал разгорелся мгновенно. Филологи полезли в текст с лупой. Прессу кормили заголовками: «Нобелевский лауреат списал у школьников».
Но потом все выдохнули. Заимствования оказались фрагментарными. Шведское телевидение заявило, что Дилан никогда не скрывал, что иногда цитирует других людей. Скандал замяли, но осадочек, как говорится, остался.
Даже нобелевские лауреаты могут попасть впросак. Но главное — уметь выкрутиться. Или иметь адвокатов, которые умеют говорить красиво.
Часть 8. Кнут Гамсун: когда скандал переходит все границы
Самая мрачная история в моей подборке.
В 1920 году норвежский писатель Кнут Гамсун получил Нобелевскую премию за роман «Плоды земли». Через двадцать лет он отдал свою медаль и денежное вознаграждение... Йозефу Геббельсу.
Да, тому самому. Министру пропаганды Третьего рейха.
Гамсун поддерживал оккупацию Норвегии нацистами, встречался с Гитлером, писал после его смерти драматичный некролог, называя фюрера «воином».
После войны его судили. Из-за преклонного возраста (88 лет) он избежал тюрьмы, но заплатил штраф — 425 тысяч крон (больше миллиона долларов в пересчёте на современные деньги) . Его книги сжигали. Его больше не печатали.
Гамсун — великий стилист. Его проза — образец литературы. Но его политический выбор навсегда останется пятном на его наследии .
Скандал может быть разным. Один продаёт книги. Другой — уничтожает всё, что ты создал.
Что я вынес из этих историй?
Как автор, который пишет остросюжетные любовные романы, я задал себе вопрос: а готов ли я на такое? Готов ли я устроить мистификацию, как По? Или выйти на сцену в жёлтой кофте, как Маяковский? Или рискнуть свободой, как Рушди?
Ответ: нет. Но не потому, что я трус. Потому что у меня есть вы.
Мои читатели — моя лучшая реклама. Вы пишете комментарии, спорите, злитесь, благодарите. Вы не даёте моим книгам умереть.
И может быть, это самый гениальный способ продвижения. Не скандал. Не провокация. А честный разговор. Книга, которую читают, потому что она о вас. И о ваших чувствах.
Вопрос к вам, мои дорогие читатели:
Как вы думаете, готовы ли вы на скандал ради своего творчества? Если бы вы писали книги — устроили бы вы мистификацию? Или предпочли бы тихо публиковаться, полагаясь на силу текста?
Пишите в комментариях. Мне правда интересно, где проходит грань между гениальным маркетингом и саморазрушением.
И подписывайтесь, чтобы не пропустить новые истории. Следующая будет очень скоро...